ВРЕМЯ ВЫБРАTЬ СУДЬБУ

Аргументы людей, которые ставят под сомнение своевременность подачи Арменией иска к Турции в связи со столетием Армянского геноцида, и даже предполагают некую опасность такого шага для нашей страны, на первый взгляд кажутся столь же важными и основательными, как и аргументы тех, кто считает такое решение единственно правильным. На стороне первых – исключительно неблагоприятная международная обстановка: обострение традиционных конфликтов на Ближнем Востоке и появление нового, обещающего стать долговременным российско-украинского, в которые вовлечены практически все ведущие мировые державы, слишком разъединенные собственными противоречиями, чтобы заняться проблемой, благоприятное для нас решение которой как раз и требует единства во взглядах и позициях. Об этом свидетельствует как прогрессирующий кризис международного права, становящегося все более очевидно субъективным правом сильного, так и содержание самих законов о геноциде, известная амбивалентность которых можно объяснить тем, что они сформулированы с учетом интересов тех же держав. ( В тексте Конвенции о геноциде 1948 года нет даже намека на возможность обвинения, к примеру, США, Великобритании и Франции в преступлениях против человечности - один из синонимов термина геноцид - совершенных ими по отношению к коренным народам доколумбовой Америки и Африки в прошлом и продолжающихся в наше время актах подобного рода в разных частях света ). Следует учесть и растущую военную и экономическую мощь Турции, усиление ее политического влияния в регионе и в мире в целом. Все это вместе взятое позволяет сомневаться в том, что даже при самом благоприятным для нас развитии мировых событий к апрелю следующего года ведущие государства мира - инициаторы и координаторы мировых процессов - сочтут возможным признать столетие Армянского геноцида в качестве одной из неотложных международных проблем и единодушно способствовать его объективному и беспристрастному рассмотрению. Вероятнее всего они ограничатся традиционным выражением своей симпатии к нам, повторением истертых фраз об опасности геноцида вообще и необходимости его предупреждения и борьбы с ним.

На стороне других - глубоко укоренившееся в сознании армян, особенно нынешнего поколения, убеждение в том, что политическое руководство независимой Армении должно, наконец, официально предъявить Турции обвинения в связи с бесчеловечным истреблением по меньшей мере полутора миллионов армянского населения Западной Армении в годы Первой мировой войны, присвоение ее территории и значительной части земель Восточной Армении.

Поскольку течение времени само по себе не способно устранить неизмеримые человеческие, культурно-духовные и материальные потери, понесенные армянским народом, проблема Армянского геноцида сейчас, как и сто лет назад стоит на повестке дня всего армянства как и всего человечества и будет стоять до тех пор, пока она остается нерешенной. Ни одно национальное правительство, будь оно турецким или даже армянским, ни один международный правовой институт – любого статуса и компетенции – не вправе игнорировать ее существование или предать ее забвению.

Что же может препятствовать нам именно сейчас, в канун столетия Геноцида, делать то, чего не могли, по ряду объективных причин, делать прежде? Чего именно мы должны опасаться? Фантастической возможности, что если не завтра, то послезавтра международные законы о геноциде станут настолько совершенными и прозрачными, а турецкое правительство настолько демократичным и готовым пойти на разумные компромиссы, что нам пришлось бы сожалеть об усилиях, потраченных на пути к цели, которую можно было бы достичь более легкими и менее «опасными» средствами ? Или того, что турки закроют границы с нами на замок, откажутся наотрез от теперешних, столь выгодных для обеих сторон торгово-экономических связей или займут агрессивную и непродуктивную позицию по Карабахскому конфликту? Все эти турецкие «санкции» против Республики Армения мы имеем в изобилии уже более двадцати лет. Или, наконец, боимся абсурдной идеи, что Турция, в отместку за нашу мирную активность в борьбе за победу истины о совершенных их недавними предками преступлениях, пойдет на нас войной?

На пути к Столетию: достижения и потери

Нашим главным аргументом в борьбе мнений и точек зрения вокруг проблемы Армянского геноцида и в поиске адекватных ее важности и значимости путей решения, был и остается самый факт беспрецедентной трагедии, пережитой нашим народом в Османской империи в период ее разложения и бесславного конца. И в этой связи, без опасения быть обвиненными в преувеличении, утаивании или искажении истины, мы вправе утверждать: накопленных к настоящему времени неопровержимых исторических данных и фактологических исследований, частных и официальных дипломатических документов, экспертных заключений ведущих правоведов мира, внушительного числа стран, международных организаций, мировых общественных и политических лидеров, признавших Армянский геноцид, вполне достаточно, чтобы привлечь на основе существующего международного права Республику Турция, право-наследницу бывших османских, младотурецких и кемалистских властей страны, к ответственности за совершение в отношении армянского населения Западной и Восточной Армении геноцида в период, начиная с конца XIX и до начала двадцатых годов минувшего века.

Практически все наиболее важные фактические и теоретические проблемы, связанные с проблематикой Армянского геноцида, нашли широкое и многостороннее освещение в отечественной и мировой научной литературе и историографии. В их числе - вопрос применимости самого термина ««геноцид» к трагическим событиям, происходившим в особенности в Западной Армении в 1915 году ( по признанию самого автора этого термина Рафаэля Лемкина, он был создан именно на основе этих событий и еврейского Холокоста ), единодушное осуждение турецких зверств мировой общественностью, выразившееся, в частности, в знаменитой совместной Декларации от 24 мая 1915 года трех великих держав того времени Великобритании, Франции и России, в которой впервые в мировой истории массовые убийства турками армян были квалифицированы как «преступление против человечности; истинный характер депортации мирного армянского населения в нарушение всех существовавших к тому времени международных законов и моральных норм цивилизованного мира; осуществление турецкими властями других актов жестокостей, направленных на тотальное искоренение всего армянского населения страны, анализ и оценка турецких и про турецких западных отрицателей Армянского геноцида и возможные пути ликвидации его последствий. Самый факт Армянского геноцида в наши дни практически никем, в том числе турецкими лидерами, не оспаривается в виду его очевидности. Отрицатели Геноцида уповают лишь на логически и исторически несостоятельную попытку «доказать» непричастность к нему официальных турецких властей того времени. Лучшим опровержением этой лжи является судебный процесс по обвинению главарей младотурецких преступников в массовой резне армян в 1915 году, организованный по настоянию стран-победителей султанскими властями Турции после поражения Османской империи в Первой мировой войне ( см.материалы Стамбульского военного трибунала 1919-1920 годов ).

Из многочисленных исследователей, внесших существенный вклад в освещении юридических аспектов Геноцида, представляется уместным в данном контексте назвать имена двух: Юрия Георгиевича Барсегова, теоретическое наследие которого относительно Армянского геноцида в канун его столетней годовщины так же актуально, как и в годы жизни выдающегося армянского правоведа и патриота, и англичанина Джефри Робертсона ( Jeoffrey Robertson QC [ Queen`s Counsel ] ), чья широко известная книга «Был ли Армянский геноцид?» ( “ Was There an Armenian Genocide?” ), содержит, помимо всего, убедительное объяснение того, почему именно документы, исходящие, в частности, из офиса иностранных дел и по делам Содружества Великобритании, вводят в заблуждение британских министров, парламент и народ страны относительно Армянского геноцида. Приводимая им цитата из одного из докладов этого офиса дает на этот вопрос исчерпывающий ответ, стандартный для всех экономико-торговых и политических партнеров Турции: «Правительство Её Величества открыто критике относительно этических аспектов ( политики – Г.А. ). Однако, учитывая важность наших отношений (политических, стратегических и коммерческих ) с Турцией…существующая форма ( этих отношений – Г.А. ) является единственно возможным вариантом» ( цитата из: Policy Memorandum. Foreign & Commonwealth office to Minister. 12 April 1999”. См. титульную страницу названной выше книги ).

Из сказанного выше следует: в практическом плане наша главная проблема в преддверии столетия Армянского геноцида является выбор адекватной ситуации стратегии и тактики, которым мы должны следовать при выдвижении наших требований к Турции и мировому сообществу, и в этой связи, то, в какой мере нам удастся подготовить необходимые для этого безупречные с юридической и политической точек зрения соответствующие тексты документов. Говоря обобщенно, мы должны быть готовы к использованию наших аргументов во всей их полноте в дискуссиях с оппонентами любого уровня, быть готовыми достойно отвечать на любые их вопросы и возражения. В том числе связанные с такой чувствительной темой, как обвинение турками наших фидаинов в совершении ими действий, сравнимых с действиями турецких янычар по отношению к армянскому населению Османской империи. Потери были, несомненно, и с турецкой стороны. Однако дело не только и не столько в несопоставимости количества жертв с обеих сторон, сколько в мотивах, которыми они были вызваны: одни убивали беззащитных стариков, женщин и детей только потому, что они были армяне и христиане, препятствующие, по убеждению турецких властей, осуществлению их пантюркистских планов, другие – для того, чтобы спасти жизни своих родных и близких и отомстить убийцам за тех, кто подвергся жестокой резне. Можно надеяться, что международное сообщество и право заметят разницу между теми и другими.

Говоря о мере готовности армянской стороны к предстоящим правовым процедурам, необходимо прежде всего иметь в виду сложность , связанную с заявлениями официальных лиц независимой Армении - президентов и министров иностранных дел - об отсутствии у Армении территориальных и прочих претензий к Турции, как и повторением этого же признания в подписанных главами МИД двух стран в 2009 году в Цюрихе, хотя и не ратифицированных их парламентами протоколах, в которых также выражена готовность обеих сторон создать смешанную турецко-армянскую комиссию историков для выяснения того, что же "на самом деле" происходило в Западной Армении в указанные годы.

Такая уступка туркам, во-первых, ставит, хотя и косвенно, под сомнение самый факт совершенного ими Геноцида армян, во-вторых, игнорирует ставшее преобладающим среди ведущих правоведов мира и созвучное нашим представлениям убеждение в том, что вопрос юридической квалификации связанных с геноцидом событий – компетенция не историков, собирателей и систематизаторов фактов, а юристов. Вместе с тем Цюрихские протоколы очевидным образом противоречат духу и букве Декларации о независимости Армении ( от 23 августа 1990 г. ), в статье 11 которой провозглашается: "Республика Армения поддерживает дело международного признания Геноцида армян 1915 года в Османской Турции и Западной Армении".

Представляется бесспорным, что без ясного и четкого определения позиции армянского руководства по этому вопросу было бы очень трудно надеяться даже на попытку инициирования каких-либо требований к Турции, не говоря уже о серьезных сдвигах в самом решении проблемы Геноцида. Важно иметь в виду и то, что названные протоколы, даже без ратификации, ознаменовали собой заметное ослабление процесса признания Геноцида. Не предвидеть этого руководство Армении, естественно, не могло. Является ли, однако, такой резкий шаг началом перехода к новой стратегии и тактике? Если да, то – к каким? Об этом пока – менее чем за год до столетней годовщины Геноцида, можно лишь гадать.

В отсутствие каких-либо официальных сведений о государственных идеях и планах по поводу проблемы Геноцида в связи с исполняющейся его столетней годовщиной, за последние приблизительно два-три года можно было заметить выдвижение со стороны некоторых общественных организаций, институтов и частных лиц как в Армении, так и Диаспоре, неожиданных и вызывающих тревогу идей и предложений, противоречащих разделяемым до сих пор подавляющим большинством армянства взглядам по поводу методов и средств решения проблемы Армянского геноцида и Армянского вопроса как такового.

Одна из таких идей инициирована членами группы по армянским делам Конгресса США, обратившихся к Палате Представителей с проектом резолюции под названием "Акт правды и справедливости в вопросе Геноцида армян". Суть новой идеи заключается в том, что отныне следует отказаться от тактики признания Геноцида армян, поскольку такое признание со стороны США практически уже состоялось ( имея в виду предыдущие резолюции той же Палаты Представителей, наличие темы Геноцида в речах претендентов на пост президента страны, признание его большинством североамериканских штатов и т.п. ). Авторы инициативы при этом игнорировали тот факт, что эти признания, как правило, ограничивались лишь констатацией известных всему миру фактов, а американские президенты, с приходом к власти напрочь отказывались произносить слово "геноцид", не позволяли довести процесс признания до высшего органа власти страны и не пытались дать ход реальному решению проблемы Геноцида. И тем не менее, по заявлению руководителя работавших над проектом резолюции группы юристов Марка Герагоса, "этих фактов достаточно, чтобы закрыть вопрос о самом признании Геноцида и перейти к следующему этапу".

Конечно, издали трудно судить о конкретных мотивах такого резкого отхода от прежнего традиционного курса. Возможно, это в принципе объяснимое - временное разочарование в его эффективности и в темпах процесса признания. Возможно и то, что здесь сказался присущий всем, в том числе армянским по происхождению гражданам США американский прагматизм: лучше и легче добиваться сравнительно быстрых , хотя и локальных успехов в создании, например, преград для вступления Турции в важные для нее торгово-экономические связи с Америкой и Евросоюзом, продолжать усилия по возвращению потомкам переживших Геноцид соотечественникам причитавшихся им вкладов в банках Америки, чем тратить напрасно время и усилия на достижение глобальных общенациональных целей без ясной и предвидимой перспективы. Однако нетрудно предугадать, к чему этот "следующий этап" может в итоге привести: к смешению и растворению собственно армянской проблематики с малоэффективными и бесперспективными попытками борьбы с расширением турецко-американских отношений, к участию в соперничестве разного рода корпораций за рынки сбыта и т.п. – к заурядному лоббизму в сфере бизнеса. Чему будут весьма рады и американцы и турки: первые, сохраняя перед армянами лицо, будут оказывать им кое-какие услуги, оказывая "давление" на турок по мелочам и не слишком ущемляя собственный бизнес (так, по заверениям армянского лобби, вместе с греками им якобы удалось заблокировать решение о продаже американским индейцам производимых в Турции товаров ); вторые будут вечно благодарны своему стратегическому партнеру за помощь в ослаблении или даже устранении самой большой опасности, исходящей, по их собственному признанию, от армян – продолжения тактики мирового признания Геноцида, и за помощь, оказываемую им в более крупных сделках. Что, кстати, не так давно сделал президент Обама, настояв на включение Турции в "Трансатлантический договор" о создании совместно с ЕС зоны свободной торговли - по оценке мировых СМИ, своего рода "экономической НАТО". В этой связи возникает закономерное подозрение: не является ли "новый этап" в истории проблемы Армянского геноцида, по крайней мере в Америке, результатом очередного тщательно продуманного и согласованного с американскими партнерами проекта многоопытной турецкой дипломатии - со всеми вытекающими из него печальными последствиями для всех нас.

Почти зеркальным идейным отражением нового "дискурса" лидеров армянской диаспоры в США является опубликованный в интернете материал руководителя ереванской общественной организации Modus Vivendi с обязывающим названием "Концепция решения Армянского вопроса". В основе этого решения, по логике автора концепции ( которая по сути не является концепцией в общепринятом научном смысле, а скорее изложением предлагаемого им плана реализации своих предложений ) лежит механическая реанимация вынесенного, по предложению участников Севрского мирного договора, американским президентом Вудро Вильсоном ( 22 ноября 1920 года) Арбитражного решения о турецко-армянской границе – по убеждению автора, "обязательного к исполнению, с правовой точки зрения не подлежащего кассации и по юридическому действию неограниченного во времени документа". Его легитимность, по его подсчетам, помимо подписи президента Америки, обеспечена подписями всех участников Севрского договора - стран-победителей в Первой мировой войне, как и побежденных, согласившихся с условиями договора, и даже причастностью к Севрскому договору стран-правопреемников, образовавшихся после распада британской и французской империй – всего более 140 государств из входящих в настоящее время в ООН. Включая представленных в Совете Безопасности США, Франции, Великобритании и Китая. Поскольку с юридической точки зрения все "ясно" и нет никаких препятствий для решения Армянского вопроса, то есть возвращения армянских земель их законному владельцу, то главная проблема заключается в том, чтобы, учитывая совокупное военное, политическое и экономическое превосходство Турции, Азербайджана и Грузии (как якобы союзника первых двух…), найти такую формулу, которая бы, с одной стороны, обеспечила безопасность Армении, а с другой – не слишком ущемляла интересы Турции. Такой универсальной чудо-формулой для автора "Концепции решения Армянского вопроса" представляется, после добровольного возвращения Турцией 100 тысяч квадратных километров территории Западной Армении, сдача их туркам же на правах аренды, а Карс, Артвин, Ардаган и Сурмалу, около 26 тысяч квадратных километров - под непосредственный суверенитет Армении...С такой "концепцией" невозможно спорить, как нельзя спорить с «аксиомой» того же автора: "Вильсоновская Армения всецело наша de jure и только лишь defacto (выделено мной – Г.А. ) принадлежит туркам". Но как быть с Лозаннской конференцией и мирным договором? С Московским и Карсским договорами? Об этом – буквально ни единого слова. Будучи официально представленным в таком виде в любой международный судебный орган, подобный документ вполне способен провоцировать встречный иск турецкой стороны с целым ворохом обвинений в наш адрес.

Однако оставим эту тему, относящуюся скорее к жанру псевдо политической фантастики. Намного важнее узнать, на каком основании автор документа, противопоставляя Армянский вопрос Армянскому геноциду, предлагает, вслед за американским коллегой, ставить на первое место первый из них и почему подготовляемые по Армянскому вопросу документы "должны быть посвящены обоснованию правовых требований армян, а не турецким преступлениям против человечества – Геноциду армян, направленного на нейтрализацию Армянского вопроса". Кем и с какой целью ""направленного"? Почему об этой сенсационной новости мы слышим впервые? Ни слова и об этом. И разве не очевидно, что в общей проблематике Армянского вопроса в целом центральное место, особенно в связи с предстоящей годовщиной, занимает именно Армянский геноцид с его жгучей и неутихающей болью и политической остротой и что предлагаемое перемещение акцентов и приоритетов - сначала возвращение земель и компенсации, потом только признание Геноцида и решение вытекающих из этого задач - очень похоже на "концепцию" не слишком умелого извозчика, ставящего повозку перед лошадью? Я уделил этой теме так много места только потому, что изложенная выше «концепция», с ее чрезвычайно поверхностным представлением о мнимой легкости решения наших проблем с Турцией, к сожалению, разделяется и рядом других армянских исследователей, в том числе из академических кругов.

Свежим источником информации о том, что именно сделано до сих пор и как готовятся официальные власти Армении встретить сотую годовщину Армянского геноцида, стала передача на телеканале "Кентрон" от 24 января 2014, повторенная несколько раз уже в апреле с участием секретаря государственной комиссии по подготовке к столетию Геноцида и одного из ее членов. Для краткости приведу сокращенный синопсис передачи, прошедшей в форме вопросов и ответов, стараясь быть по возможности точным в сохранении их общего смысла: " Что к настоящему моменту сделано для подготовки к годовщине? – Проведен целый ряд совещаний и форумов с привлечением разных специалистов. – Какого политического результата будут добиваться в итоге армянские власти? - Сначала будут выслушаны итоги обсуждений проблемы Геноцида в созданных ранее местных комиссиях… – Неудовлетворенный объяснением настырный ведущий передачи вновь и вновь добивался ответа на свой вопрос и вот что он получил. - Проблема геноцида очень сложна, все армяне знают, чего они хотят, знаем и мы, но пока не сформулированы наши предложения. Существует много разных мнений. Это ведь не математика! – Почему замедлился в мире процесс признания Геноцида армян? – Ну и что от того, если к списку признавших прибавятся еще несколько стран? – Ведется ли работа с армянскими послами, получают ли они задания и инструкции по соответствующей работе за рубежом? - С тремя из них уже велись беседы... - По заверениям одного из приглашенных в студию сведущих оппонентов, оказалось, что это не совсем так, точнее - совсем не так.- Не считаете ли, что сделанного пока недостаточно, ведь до годовщины остался всего лишь год?- Ну и что? Мы же готовимся не к спортивному мероприятию, которое нельзя отложить. Этот вопрос нас будет занимать еще долгие годы». Второй приглашенный (кстати, член АРФД, особенно активной в вопросах Геноцида политической партии ) почти все ответы на вопросы, обращенные к нему лично, сводил к рассказу о том, как оба армянских католикоса ведут переговоры о передаче находящихся в Турции армянских церквей и церковных владений их подлинному хозяину. Были упомянуты также известные из прессы попытки добиться выплаты банковских депозитов наследникам Геноцида, продолжающееся строительство новых помещений Института и Музея Геноцида армян в парке Цицернакаберд, намеченные на май, август и сентябрь совещания, в том числе юристов, и "целый ряд" других встреч и обсуждений в связи с подготовкой к годовщине Геноцида… Дай Бог, чтобы они были результативными. Но, судя по впечатлению, оставленному рассказом членов комиссии, они скорее будут аналогичными уже проведенным "мероприятиями" – преимущественно обменом и распространением известной всем информации. Вот и все.

От речей и деклараций - к правовым процедурам и предъявлению иска

Из всего изложенного выше можно заключить: сделанного до сих пор не только непоправимо и непростительно мало, но, что хуже всего, у наших властей нет пока полной ясности в том, что мы обязаны делать за оставшееся ничтожно малое время до столетней годовщины Геноцида. Забыв, хотя бы на время, личные амбиции, партийные и групповые интересы и предпочтения, взаимные обвинения и упреки, связанные в том числе с разногласиями по поводу актуальнейшей проблемы социально-экономического переустройства жизни в Армении, ради достижения единой цели. Что еще может сплотить нас теснее и без каких-либо предусловий, чем трагедия Великого Егерна?

Среди предстоящих задач определяющим представляется выработка армянским руководством своей главной позиции: собирается ли оно следовать признанной ранее государственным законом установке на поддержание дела международного признания Геноцида армян или также предполагает переход к некоему « новому этапу». Изменение этой установки по каким угодно соображениям самостоятельно, без всенародного – все -армянского – обсуждения и одобрения, представляется и с правовой и с моральной точек зрения абсолютно неприемлемым. Более того, смею высказать мнение, что нельзя даже принимать решение, согласованное со всеми сегментами современного поколения армян, без учета коренных – естественных интересов поколений будущих. Именно поэтому, имея в виду вневременный ( преступление геноцида, согласно международному праву, не имеет срока давности ) и общечеловеческий характер Армянского геноцида, мы обязаны строго придерживаться и другой принципиальной установке: ни при каких обстоятельствах не менять и не соподчинять свои взгляды и позиции по основополагающим его проблемам в угоду национальным и геополитическим - в принципе конъюнктурным - интересам других стран. Вне зависимости от их мирового статуса и наших текущих отношений с ними.

Сегодняшнее скептическое отношение к процессу расширения круга государств, признавших Геноцид армян, скорее всего вызвано не ошибкой в выборе метода борьбы за его справедливое решение, а, как был уже случай заметить выше, разочарованием в полученных до сих пор результатах, явившихся, в свою очередь, следствием неадекватных ситуации акцентов, которые при этом делались, как и недостаточно четкого определения конечной цели этого процесса. Особенно явственно это проявляется в том, что практически нет среди стран, признавших Геноцид на высшем государственном уровне, ведущих мировых держав, от которых зависит судьба его решения. Не доставало у нас и осознания того, что признание факта Геноцида, в том числе турками, не может быть самоцелью: логическим завершением всего процесса должны были стать подготовка к официальному предъявлению Республике Турция и мировому сообществу глубоко и всесторонне обоснованного иска по Геноциду армян и последовательное, на самом высоком профессиональном уровне преследование его удовлетворения.

Нынешние неопределенность и нерешительность, проявляемые при определении предстоящих к Столетию задач, - очевидное доказательство нашей общей неготовности к его встрече. Осуществление всей совокупности уже заявленных мер, отражающих проблематику столетия Геноцида, начиная от целого потока преимущественно информационно-публицистических публикаций в СМИ и кончая проведением широкой сети самых разнородных выставок и экспозиций по всему миру, - даже при самом высоком уровне их историко-теоретической и художественной убедительности, судя объективно, не способны в данном случае заменить собой юридический документ, достойный того, чтобы быть официально, от имени правительства Республики Армения быть представленным в подходящий для этого международный орган правосудия. Напомним, что, по убеждению специалистов-геноцидоведов, историки, исследовавшие фактические аспекты проблем Армянского геноцида, уже давно и успешно свою задачу выполнили, теперь же - дело за юристами. Для выполнения их доли задач у нас было достаточно и времени и условий: более двадцати лет со дня обретения Арменией независимости и наличия специально сформированной в апреле 2011 года для этой цели организации – названной выше Государственной комиссии по координации проведения мероприятий, посвященных 100-летию Геноцида армян.

Сложившаяся к настоящему моменту ситуация в связи с проблемой столетия Армянского геноцидатребует, на мой взгляд, помимо учета отмеченных ранее в этом тексте общих положений, принятия ряда необходимых и безотлагательных конкретных мер. Это прежде всего:

- Официальный отказ от соответствующих пунктов Цюрихских протоколов, способных нанести непоправимый вред делу продолжения мирового признания и попыток решения проблемы Геноцида сейчас или в будущем.

- Создание при президенте Армении консультативной группы, состоящей из компетентных и авторитетных экспертов в области международного права, политики, политологии и истории из РА и Диаспоры с привлечением выдающихся зарубежных правоведов с целью оперативного решения проблем подготовки к годовщине Геноцида, начиная от разработки ее общей концепции, работы над соответствующими текстами и до выбора международного суда для подачи иска.

-- С той же целью и в составе людей того же уровня компетентности создание небольших групп для ведения переговоров с высшими представителями правительств США, Франции, Германии, Великобритании и России, активно вовлеченных в армяно-турецкие отношения периода Первой мировой войны, оказавших существенное влияние на дальнейшую судьбу всего армянства и имеющих свою долю ответственности за современный уровень этих отношений. Предварительное выяснение их позиции в отношении проблемы Геноцида оказало бы нам существенную услугу в оценке собственных возможностей и выработке реалистического плана их осуществления.

-- Создание особой группы специалистов, глубоко владеющих знаниями по внутренней и региональной политике Турции, для выяснения того, на какие добровольные уступки она могла бы пойти по пути к установлению добрососедских отношений с Арменией без обращения в какой-либо международный суд.

- При подготовке названных концепции и текстов, из всей проблематики Армянского вопроса в целом исключительное внимание сосредоточить на проблемах и фактах Армянского геноцида 1915-1923 гг – времени наиболее зловещих, международно признанных и осужденных мировым сообществом, в том числе самими турецкими властями ( см. материалы Турецкого военного трибунала 1919-1920 годов ), преступлений против армянского народа и вместе с тем наиболее основательно документированных. Особенного внимания при этом заслуживает при создании названных документов обращение к трудам Ю.Г.Барсегова в качестве важного теоретико-методологического источника, в том числе его докладу по Армянскому геноциду, направленному им армянскому правительству незадолго до своей смерти.

- При выборе наиболее подходящего суда для подачи иска по Армянскому геноциду особое внимание уделить возможности и целесообразности обращения в Международный суд при ООН, называемый также Судом справедливости. Его юрисдикция позволяет использовать предоставляемую международным правом возможность рассмотрения нерешенных межгосударственных проблем по принципу ex aequo et bono, то есть, по справедливости, не ограничивая себя действующими нормами международного права. Этот принцип предоставляет также возможность подготовить иск, сформулированный на основе всей совокупности проблем Армянского вопроса и Геноцида армян, исходя из основного посыла о том, что все международные договоры, за исключением нереализованного Севрского и решений Арбитражного суда Вудро Вильсона, определившие судьбу Армении в ХХ веке, в особенности, Московский, заключенный без участия Армении, и Карсский , подписанный под диктатом Турции, стали основной причиной для создания условий, несовместимых с нормальными условиями жизни для одного из древнейших и цивилизованных народов земли на крошечной части своей исторической родины. Одновременно, при проведении суда по принципу справедливости, можно было бы воспользоваться широкими возможностями, предоставляемыми тем же Севрским договором и Арбитражным решением Вудро Вильсона, минуя при этом сложности, связанные с нередко допускаемой армянской стороной абсолютизацией их формальной легитимности и в наше время. Хотя оба этих документа были денонсированы в соответствии с общепринятыми в те времена правовыми процедурами, в том числе Лозаннской конференцией ( куда Армения не была даже приглашена ), однако судьбоносные проблемы Армении так и остались нерешенными. Осталась трагическая несправедливость по отношению к ней. Как тонко и точно заметил в свое время Ю.Г Барсегов, "Севрский договор был не заменен другим, а подменен". Заметим также, что такого рода суд возможен лишь при взаимной договоренности сторон, так что само решение Турции участвовать в нем или нет будет свидетельством ее приверженности или игнорирования международных законов и обычаев цивилизованных народов.

- Исходя из принципа "политика – искусство возможного", при подготовке исков к Турции помимо программы-максимум как идеальной, но практически невыполнимой в современной геополитической ситуации модели решения Армянского вопроса в целом, иметь в виду также программу-минимум, наиболее близкую к существующим реалиям и возможностям сторон. ( Не высказываю своего детального мнения по этой проблеме только потому, что все такого рода конкретные предложения , даже на частном уровне, как мне представляется, должны быть вначале подвергнуты тщательному экспертному анализу и только потом представлены публике).

- В общем контексте армяно-турецких отношений в преддверии столетия Геноцида было бы уместно и желательно добиться хотя бы временного установления льготных условий посещения гражданами Армении и Диаспоры исторических мест Турции - районов проживания их предков, дороги, ведущей к Сирийской пустыне, поездки на озеро Ван и восхождения на Арарат.

- Более значимые проекты, возможные сейчас или когда-либо в будущем, подобные открытию границ, прохода к морю и широкомасштабным торгово-экономическим связям, должны стать предметом глубочайшего и всестороннего экспертного анализа армянской стороны: у Турции достаточно сильная экономика, и у ее руководства не убавилось традиционного коварства и умений, чтобы подавить наше восстанавливающееся хозяйство и ввести общие дела в выгодное для себя русло.

При общении с турками на любом уровне мы должны быть тверды не только в защите нашего видения проблемы Геноцида, но и в недопустимости их попыток каким-либо образом обусловливать решение этой и других проблем армяно-турецких отношений про турецким решением Карабахского конфликта.

Исходя из опыта исторических отношений с Турцией, у нас не должно быть сомнения и в том, что несмотря на появление в этой стране определенной прослойки современно мыслящих людей с европейским образованием и ментальностью, в основной своей массе ее турецкое население, особенно правящая элита, хранит в своих генах духовное наследие своих воинственных османских предков и ради защиты и подтверждения своей "турецкой идентичности" готово на новые ратные "подвиги" в борьбе с окружающими народами и племенами. Адана, Зейтун, Ван, Эрзерум, Трапизон … Кесаб. Геноцид армян продолжается не только его отрицанием, но и совершением новых его актов.

Любая наша робость и нерешительность, вызванные нежеланием вызвать недовольство "нервозных" турецких властей, будет расценена ими как проявление нашей духовной слабости и только укрепит их решимость нанести нам при удобном случае новые удары. Есть основание полагать, что именно проявляемая нами, по крайней мере до сих пор, нерешительность в планах и предполагаемых действиях накануне годовщины Геноцида дала повод новоизбранному президенту Турции, в человеческом смысле никчемной личности, для недавнего непростительно грубого публичного оскорбления армянской нации.

В свете сказанного выше, считаю необходимым особо подчеркнуть: с нашей стороны было бы серьезной ошибкой обусловливать наши решительные намерения и действия предварительной гарантией того, что мы непременно добьемся желанной цели в полном объеме именно сейчас. Такой гарантии никто и ничто нам дать не может. Вместе с тем, именно наши решительные действия сейчас являются лучшей гарантией того, что проблема Армянского геноцида получит когда-либо ожидаемое нами завершение. Сохранят нашу веру, решимость и само право неустанно преследовать эту цель. Стучите и вам откроют дверь. Это библейскоее назидание тем более относится к нам, что мы не просим того, чем никогда не владели. Мы требуем возврата того, что принадлежало нам – и по человеческим и по божеским законам. Помимо всего, следует считаться и с вполне реальной опасностью попытки применения по отношению к нам принципа estoppel, согласно которому «государство утрачивает право ссылаться на какие-либо факты и обстоятельства в обоснование своих международных притязаний» вследствие либо продолжительного игнорирования своей проблемы, либо из-за значительных расхождений между предшествующим и нынешним отношением государства к этой проблеме. ( см. Венские конвенции 1969 и 1986 г.г. о праве договоров, соответственно, между государствами; между государствами и международными организациями или между международными организациями ).

 

Вот почему мы обязаны, по мере наших сил и возможностей - и сверх возможностей ! -сделать все, чтобы за оставшееся до столетней годовщины Армянского геноцида время достучаться до каждой души, каждого сердца жителей планеты, до ведущих мировых правительств и их лидеров, искренне озабоченных судьбой земной цивилизации, и судей, прославивших свое имя приверженностью истине и справедливости, чтобы донести выстраданное столетней трагедией целой нации Армянское послание к миру: пока души сотен тысяч и миллионов невинных жертв Геноцида армян и их потомков, как и жертв других геноцидов, случившихся в просвещенном двадцатом веке, не будут удовлетворены беспристрастным судом над теми, кто совершил эти зловещие преступления, не будет у человечества достойного и безопасного будущего.

Этих или равновеликих им смелых и решительных шагов ждут от Армении граждане страны и Диаспора. Этого требуют честь и достоинство страны, в которой мы живем. В противном случае, превратив годовщину Геноцида в "мероприятие" с более взволнованными, чем в предыдущие годы речами и горячими призывами к мировой общественности с требованием справедливости, даже организовав более представительный грандиозный хоровод вокруг горы Арагац, мы разочаруем не только самих себя, особенно Диаспору, но и огромное количество людей в мире, которые верили в нашу правду и в нашу способность защищать ее. Можно сказать и так: сведение Столетия Армянского геноцида по каким угодно - внутри армянским или внешнеполитическим причинам - к сугубо декларативным акциям и заявлениям, пересказам того, что случилось с нами сто лет тому назад, было бы в какой-то степени равносильно отказу армянского государства от проблемы Егерна. Такой поворот событий чреват не только дальнейшим ухудшением морально-духовной атмосферы в стране, углублением кризисных явлений в ее экономической и социальной сферах, но и ускорением темпов опаснейшей для нас тенденции исхода населения из Армении и ослаблением ее и без того не идеальных в наши дни отношений с Диаспорой. Действующему руководству страны предстоит, таким образом, сделать трудный, но неизбежный выбор: между инертной, преимущественно неопределенно-выжидательной политикой слежения за ходом событий, отвечающим скорее интересам Турции и ее деловых партнеров, и энергичным и точно выверенным вмешательством в этот ход, ведущим в перспективе к желанной цели. Таково время, в которое мы собираемся отмечать столетие Геноцида - воистину время выбора судьбы.

И не следовало бы тем, кто был причастен к должной подготовке сотой годовщины Геноцида, но сделал для этого мало и ничего существенного, утешать себя и других бессмысленными рассуждениями о том, что ничего особенного в этой круглой дате нет – впереди еще много годовщин… Это не так, увы, далеко не так. Годовщин будет много, но столетней – уже никогда. С ее далеко не беспочвенными ожиданиями, уникальной знаковостью, надеждами и верой. Дальше, если сейчас мы не поступим так, как должны - унылая череда некруглых дат до следующей с нулями в конце и новый всплеск эмоций, уже не таких сильных, какие мы переживаем сейчас…Это не только психология – это обыкновенная человеческая реальность.

 

Сейчас и навеки вечные, пока мы здесь и живы, перед нашим духовным взором – тоскующие неупокоенные души наших предков, кости которых, не покрытые слоем родной земли, все еще белеют под жгучим солнцем знойной сирийской пустыни.

?>