ЧУЖИЕ В ИГРЕ БЕЗ ПРАВИЛ (окончание)

66

 

…Про­ку­рен­ный ба­рак раз­ме­ром шесть на че­ты­ре в ко­ло­нии стро­го­го ре­жи­ма в глу­хом таеж­ном краю, как всег­да, был пе­ре­пол­нен до от­ка­за, и пе­ре­ме­щать­ся в нем од­нов­ре­мен­но всем че­тыр­над­ца­ти зе­кам бы­ло не­воз­мож­но. Чтоб нем­но­го раз­мять­ся, они спус­ка­лись с нар “про­гу­лять­ся”, как пра­ви­ло, поо­че­ред­но. А так поч­ти все вре­мя, - ес­ли не бы­ли, ко­неч­но, на ле­со­по­ва­ле, - ко­ро­та­ли вре­мя на на­рах: ре­за­лись в кар­ты, ды­ми­ли де­ше­вы­ми си­га­ре­та­ми да чи­фи­ри­ли. Так и мо­та­ли срок от звон­ка до звон­ка.

Зак­лю­чен­ные не раз об­ра­ща­лись с прось­бой к тю­рем­но­му на­чальст­ву ре­шить эту проб­ле­му, но вре­мя шло, а простор­нее в ба­ра­ке не ста­но­ви­лось. Поэ­то­му, ког­да од­наж­ды ве­че­ром его две­ри отк­ры­лись и на по­ро­ге в соп­ро­вож­де­нии кон­вои­ров воз­ник сим­па­тич­ный бе­лоб­ры­сый па­рень, на вид сов­сем маль­чиш­ка, с узел­ком в од­ной ру­ке и с постель­ным бельем в дру­гой, в ба­ра­ке под­нял­ся не­до­воль­ный ро­пот. Ког­да дверь за ох­ра­ной зак­ры­лась, зе­ки уг­ро­жаю­ще над­ви­ну­лись на нес­част­но­го “но­во­се­ла”.

 

- Те­бя как зо­вут, кра­сав­чик? - с из­дев­кой спро­сил ур­ка со звуч­ным име­нем За­но­за, не сво­дя наг­лых глаз с па­рень­ка, в не­ре­ши­тель­ности топ­тав­ше­го­ся на месте.

- Эрик, - чуть слыш­но от­ве­тил тот.

- Не по­нял, пов­то­ри! - зао­рал За­но­за. Осталь­ные зе­ки в раз­го­вор не встре­ва­ли - не хо­те­ли свя­зы­вать­ся с За­но­зой, ко­то­рый мнил се­бя смот­ря­щим ба­ра­ка, хо­тя на де­ле ни­ког­да им не был.

- Эрик, - еще ти­ше произ­нес па­рень.

- Ну и имя! Из ба­сур­ман, что ли? - ос­ка­лил­ся За­но­за. - От­ны­не Эрой бу­дешь, а спать бу­дешь вон там, - неб­реж­но кив­нул он на свои на­ры, что на­хо­ди­лись в не­пос­редст­вен­ной бли­зости от ок­на. Ви­дя, од­на­ко, что тот не дви­гает­ся с места, За­но­за по­до­шел к не­му и с си­лой толк­нул его в ту сто­ро­ну.

- Те­бе что, су­ка, дваж­ды пов­то­рять на­до? - Он бы­ло уже за­нес ру­ку, что­бы уда­рить пар­ня, как из даль­не­го уг­ла раз­дал­ся вдруг чей-то мяг­кий го­лос:

- Оставь его в по­кое, За­но­за.

- Да по­шел ты, Гор! Кто ты та­кой, что­бы мне ука­зы­вать! Что, в ад­во­ка­ты за­пи­сал­ся или стар­шим наз­на­чи­ли? - зло обер­нул­ся ур­ка на нео­жи­дан­ный ок­рик.

- А мне не на­до быть стар­шим, что­бы отп­ра­вить те­бя на твое за­кон­ное место у па­ра­ши. - Из тем­но­го уг­ла вы­шел строй­ный тем­но­во­ло­сый па­рень, го­да­ми не стар­ше Эри­ка, и, скрестив ру­ки на гру­ди, встал нап­ро­тив За­но­зы. В за­тих­шем ба­ра­ке за­пах­ло гро­зой. За­но­зу со­ка­мер­ни­ки не лю­би­ли и по­баи­ва­лись. Го­ра же, нес­мот­ря на мо­ло­дость, ува­жа­ли, нег­лас­но счи­та­ли ли­де­ром, хо­тя сам он ни о чем та­ком не ду­мал. За­но­за, ко­то­рый до приез­да Го­ра в ко­ло­нию был бе­зус­лов­ным хо­зяи­ном ба­ра­ка, пе­ре­ва­рить по­доб­ное уни­же­ние не мог, и от­но­ше­ния меж­ду ни­ми обост­ря­лись с каж­дым днем.

В ру­ках у За­но­зы мельк­ну­ла не­весть от­ку­да поя­вив­шая­ся за­точ­ка. Он взмах­нул ею пря­мо пе­ред ли­цом Го­ра. Тот ус­пел увер­нуть­ся, пе­рех­ва­тил его ру­ку и рез­ко вы­вер­нул. За­но­за, скор­чив­шись от бо­ли, ди­ко вскрик­нул и вы­пустил за­точ­ку из рук. Гор ос­ла­бил х­ватку и с си­лой от­толк­нул его от се­бя. По­вер­нув­шись к ур­ке спи­ной, он хо­тел бы­ло уже вер­нуть­ся на свое место, как За­но­за схва­тил стоя­щий у сто­ла та­бу­рет и ри­нул­ся к Го­ру. И тут слу­чи­лось нео­жи­дан­ное. Эрик, все это вре­мя бе­зу­част­но наб­лю­дав­ший за стыч­кой, вдруг лов­ким уда­ром но­ги вы­бил тя­же­лый та­бу­рет из рук За­но­зы и тут же пов­тор­ным уда­ром в пах отп­ра­вил ур­ку на на­ры. А ког­да тот по­пы­тал­ся под­нять­ся, юно­ша, опи­сав в воз­ду­хе не­мыс­ли­мый пи­руэт, опять же но­гой уда­рил За­но­зу в че­люсть, пос­лав его в глу­бо­кий но­каут. При­чем сде­лал это настоль­ко по-ки­нош­но­му кра­си­во, что в ка­ме­ре все от востор­га ах­ну­ли. Этим все, собст­вен­но, и за­кон­чи­лось под одоб­ри­тель­ный рев зак­лю­чен­ных, ко­то­рые не­мед­ля от­во­лок­ли бес­чувст­вен­но­го За­но­зу в угол и бро­си­ли у па­ра­ши. За иск­лю­че­нием, по­жа­луй, од­ной ма­лень­кой де­та­ли, на ко­то­рую в воз­буж­ден­ной ка­ме­ре ник­то не об­ра­тил вни­ма­ния. Это бы­ли сло­ва, об­ро­нен­ные Го­ру Эри­ком:

- Я твой долж­ник.

Пос­ле это­го к но­вич­ку в ба­ра­ке ник­то боль­ше не цеп­лял­ся. Впро­чем, здесь он оста­вал­ся не­дол­го. Че­рез па­ру дней его пе­ре­ве­ли в со­сед­ний ба­рак, а еще спустя ка­кое-то вре­мя в дру­гое ис­пра­ви­тель­ное за­ве­де­ние. От­ку­да и как вооб­ще он поя­вил­ся на Ко­лы­ме, ник­то так и не уз­нал.

Во­семь лет ми­ну­ло с тех пор. Но ни­ког­да пос­ле этой слу­чай­ной встре­чи на зо­не пу­ти Го­ра и Эри­ка Га­за­но­ва, сы­на из­вест­но­го уче­но­го-фи­зи­ка и эт­ни­чес­ко­го ар­мя­ни­на, боль­ше не схо­ди­лись, по­ка судь­ба, как это бы­вает под­час, не рас­по­ря­ди­лась по-свое­му.

 

 

67

 

- К со­жа­ле­нию, гос­по­дин Ки­ра­ко­сян не смо­жет се­год­ня при­нять вас по не­за­ви­ся­щим от не­го при­чи­нам. Он про­сит из­ви­нить его и, ес­ли мож­но, пе­ре­нести встре­чу на сле­дую­щую не­де­лю. В по­не­дель­ник я свя­жусь с ва­ми и мы ого­во­рим де­та­ли. - Ар­ман по­ло­жил труб­ку и с за­мет­ным об­лег­че­нием вы­черк­нул из спис­ка оче­ред­ную фа­ми­лию. Он хо­тел бы­ло наб­рать сле­дую­щий но­мер, но не ус­пел: те­ле­фон сам заз­во­нил.

- Вах­танг Мег­ра­бо­вич, как хо­ро­шо, что вы поз­во­ни­ли. Я как раз со­би­рал­ся свя­зать­ся с ва­ми по по­во­ду встре­чи. Мо­же­те не то­ро­пить­ся. Де­ло в том, что...

Все на­ме­чен­ные на ут­ро встре­чи ше­фа в пар­ла­мен­те Па­пя­ну приш­лось в сроч­ном по­ряд­ке от­ме­нить или пе­ре­нести на дру­гой день. Де­лал он это по ука­за­нию хо­зяи­на, так как Ки­ра­ко­сян еще с ве­че­ра пре­дуп­ре­дил по­мощ­ни­ка, что за­дер­жит­ся. Он по­ру­чил Па­пя­ну до свое­го при­хо­да, во-пер­вых, уточ­нить воп­ро­сы, свя­зан­ные с де­ло­вым рас­по­ряд­ком его дня, а во-вто­рых, соб­рать че­рез Ата­не­ся­на всю имею­щую­ся в по­ли­ции опе­ра­тив­ную ин­фор­ма­цию по дейст­вую­щим в го­ро­де кри­ми­наль­ным груп­пи­ров­кам, и в пер­вую оче­редь по груп­пи­ров­ке Го­ра Ца­ту­ря­на. Вто­рич­но ус­лы­шав за пос­лед­ние дни это имя, зам­ми­нист­ра был нем­но­го удив­лен столь вне­зап­но­му росту “по­пу­ляр­ности” пос­лед­не­го и, бо­лее то­го, ин­те­ре­са к его пер­со­не со сто­ро­ны са­мо­го хо­зяи­на. Он поо­бе­щал, что в бли­жай­шие пару часов пе­ре­даст все имею­щие­ся на Го­ра ма­те­риа­лы. В ожи­да­нии этих све­де­ний Па­пян “гу­лял” по ин­тер­не­ту, по­ка настой­чи­вый те­ле­фон­ный зво­нок не прер­вал его поис­ка.

- Ар­ман, ты не знаешь, где на­хо­дит­ся твой шеф? - Го­лос Да­ви­да Ми­на­ся­на зву­чал край­не разд­ра­жен­но. - Я не мо­гу доз­во­нить­ся до не­го.

- Сам­вел Вар­та­но­вич на лан­че с кол­ле­га­ми из Че­хии, в ресто­ра­не тайс­кой кух­ни. Обе­щал быть толь­ко к двум ча­сам. Что пе­ре­дать ему?

- Най­ди лю­бую воз­мож­ность сроч­но свя­зать­ся с ним, и пусть не­мед­лен­но пе­рез­во­нит мне. Я бу­ду ждать у се­бя.

Ки­ра­ко­сян дейст­ви­тель­но был не­рав­но­ду­шен к этой неб­рос­кой внеш­не азиатс­кой та­вер­не с ее эк­зо­ти­чес­ки­ми блю­да­ми и эф­фект­ным тайс­ким по­ва­ром и не­ред­ко за­ха­жи­вал сю­да пе­ре­ку­сить - ког­да один, а ког­да и с гостя­ми.

Так на­зы­вае­мым обыч­ным лан­чем здесь, ко­неч­но, и не пах­ло - настоль­ко обиль­ным и раз­нооб­раз­ным бы­ло уго­ще­ние. “Шведс­кий стол” ло­мил­ся от изыс­кан­ных блюд и на­пит­ков.

Тра­пе­за уже под­хо­ди­ла к кон­цу, ког­да один из обс­лу­жи­ваю­щих их стол офи­циан­тов что-то шеп­нул на ухо ра­душ­но­му та­ма­де и тот, из­ви­нив­шись пе­ред гостя­ми, быст­ро вы­шел в соп­ро­вож­де­нии свое­го ох­ран­ни­ка, чтобы поз­во­нить из ка­би­не­та ди­рек­то­ра.

- Что за по­жар, Да­вид? - рав­но­душ­но спро­сил он. - Уж не упа­ла ли це­на на нефть до вось­ми дол­ла­ров, как в ста­рые доб­рые вре­ме­на?

- По­го­ди, Сам­вел, сей­час те­бе бу­дет не до шу­ток. Ты слы­шал о та­кой га­зе­те - “ПроВ­ласть”?

- Нет, а что? - насто­ро­жил­ся оли­гарх.

- Лю­бо­пыт­ная га­зе­тен­ка, ска­жу те­бе, и расц­вет­ка ее, на­вер­ное, нап­ря­мую за­ви­сит от ок­рас­ки и ко­ли­чест­ва по­лу­чен­ных ку­пюр. Осо­бен­но по­ка­за­те­лен в этом смыс­ле ее пос­лед­ний но­мер, ко­то­рый мне толь­ко что за­нес­ли.

- И что там? - Лег­кая дрожь про­бе­жа­ла по те­лу Ки­ра­ко­ся­на.

- Неч­то весь­ма пи­кант­ное, Сам­вел. В ви­де боль­шой статьи, aж на всю стра­ни­цу. И знаешь о ком? Ввек не до­га­даешь­ся. О на­шем об­щем дру­ге Ар­та­ке Ба­да­ля­не, а заод­но и о всех нас. С вы­держ­ка­ми из до­ку­мен­тов, ау­дио­кас­сет и бан­ковс­ких опе­ра­ций. Ты по­ни­маешь, о чем я? Так вот, в ней отк­ры­тым текстом ут­верж­дает­ся, что оли­гар­хи го­то­вят в стра­не ан­ти­консти­ту­цион­ный пе­ре­во­рот и глав­ным ор­га­ни­за­то­ром это­го за­го­во­ра яв­ляешь­ся ты…

Ки­ра­ко­ся­на буд­то то­ком уда­ри­ло. “Вот оно, на­ча­лось! - мельк­ну­ло в го­ло­ве. - По­хи­щен­ные из сей­фа до­ку­мен­ты аук­ну­лись, да еще как!”

- Кто ав­тор?

- Под­пи­си нет. Просто от­дел по­ли­ти­ки, - от­ве­тил Ми­на­сян. - Кста­ти, все эти ма­те­риа­лы бу­дут раз­ме­ще­ны и на спе­циаль­ном ин­тер­нет-сай­те, а же­лающие смо­гут оз­на­ко­мить­ся с ни­ми и в ре­дак­ции са­мой га­зе­ты.

Ки­ра­ко­ся­ну стои­ло боль­шо­го тру­да, что­бы не грох­нуть труб­кой о край сто­ла.

- Дер­жи при се­бе эту га­зе­ту, Да­вид, - по­ти­рая вис­ки, уста­ло произ­нес он. - Я ско­ро бу­ду. В слу­чае че­го пе­ре­дай ее Па­пя­ну. И поз­во­ни Ата­не­ся­ну - пусть пош­лет своих ищеек в ре­дак­цию и выяс­нит, как к ним по­па­ли эти ма­те­риа­лы… Ве­че­ром со­бе­рем­ся и ре­шим, как дейст­во­вать, ибо мед­лить боль­ше нель­зя. Да, и еще! Поста­рай­ся най­ти Ба­да­ля­на и ус­по­коить его, что­бы не по­рол го­ряч­ку. А я до это­го со­вер­шу не­боль­шую экс­кур­сию. Хо­тя нет, по­жа­луй, сде­лаю это позд­нее, пос­ле зна­комст­ва со статьей.

А в са­мой ре­дак­ции еже­не­дель­ни­ка в это же са­мое вре­мя не умолкали те­ле­фо­ны. Зво­ни­ли отов­сю­ду. С настоя­тель­ной прось­бой дать хо­тя бы один эк­земп­ляр га­зе­ты, так как весь ти­раж ра­зо­шел­ся в го­родс­ких киос­ках в счи­тан­ные ми­ну­ты.

- Нет, ин­те­ре­сую­ще­го вас но­ме­ра в ре­дак­ции, к со­жа­ле­нию, нет, - уста­ло объяс­ня­ла каж­до­му сек­ре­тар­ша, по­ка со­вер­шен­но не вы­би­лась из сил и не до­ду­ма­лась отк­лю­чить те­ле­фон.

В тот мо­мент ник­то в ре­дак­ции не до­га­ды­вал­ся, что уже в бли­жай­шие дни их ждет но­вый сюрп­риз и на стол Аб­ра­ма Мои­сее­ви­ча Гольд­ма­на ля­жет оче­ред­ной ано­ним­ный кон­верт, со­дер­жи­мое ко­то­ро­го ста­нет еще бо­лее мощ­ным де­то­на­то­ром об­щест­вен­но­го вры­ва.

 

 

68

 

На месте быв­шей три­ко­таж­ной фаб­ри­ки на аш­та­ракс­ком шос­се, за вы­со­кой, поч­ти трех­мет­ро­вой ог­ра­дой Ки­ра­ко­сян выст­роил су­пер­сов­ре­мен­ный цех по производству од­но­ра­зо­вой по­су­ды для нужд граж­данс­кой авиа­ции. Это был один из пос­лед­них биз­нес-проек­тов все­силь­но­го оли­гар­ха, и объяс­нял­ся он на­ли­чием у не­го собст­вен­ной авиа­ком­па­нии. До офи­циаль­но­го за­пус­ка произ­водст­ва оста­ва­лось чуть боль­ше ме­ся­ца. По­ка же оно без­действовало, и ник­то здесь, кро­ме сто­ро­жей да наез­жаю­щих из го­ро­да на­лад­чи­ков обо­ру­до­ва­ния, не появ­лял­ся. Сю­да-то пос­ле по­хи­ще­ния и при­вез­ли в ба­гаж­ни­ке ма­ши­ны свя­зан­но­го по ру­кам и но­гам Ар­ту­ра Сте­па­ня­на.

Раз­мяв чле­ны, за­тек­шие от ве­ре­вок и скрю­чен­ной по­зы, Ар­тур пер­вым де­лом отод­рал со рта скотч, от бо­ли по­мя­нув про се­бя ма­ту­шек своих похи­ти­те­лей, и ос­мот­рел­ся. В ос­ве­щен­ной сто­рож­ке, ку­да его при­во­лок­ли, го­ре­ла га­зо­вая печ­ка и бы­ло теп­ло. Обшарпанный де­ре­вян­ный ле­жак, два сту­ла и стол, на ко­то­ром стоял ста­рень­кий те­ле­ви­зор и вид­не­лись остат­ки еды, ви­ди­мо в спеш­ке остав­лен­ной сто­ро­жем, - вот и всё, что состав­ля­ло не­за­тей­ле­вый ин­терьер бы­тов­ки, не счи­тая вры­то­го в бе­тон­ный пол же­лез­но­го стерж­ня, к ко­то­ро­му при­ко­ва­ли Ар­ту­ра. Со­бачья цепь, на ко­то­рую его по­са­ди­ли, бы­ла доста­точ­но длин­ной, что да­ва­ло ему воз­мож­ность пе­ре­ме­щать­ся от ле­жа­ка к сто­лу и об­рат­но. Два здо­ро­вен­ных ам­ба­ла, на­хо­див­шие­ся тут же, не спус­ка­ли с Ар­ту­ра глаз, го­то­вые в лю­бой мо­мент пустить в ход ку­ла­ки, а при необ­хо­ди­мости и ство­лы, де­монст­ра­тив­но вы­пи­рав­шие из-под их кур­ток.

Нес­мот­ря на боль в го­ло­ве от тя­же­ло­го уда­ра при по­хи­ще­нии, Ар­тур ли­хо­ра­доч­но пы­тал­ся най­ти спо­соб ос­во­бо­дить­ся от свое­го “о­шей­ни­ка” и ка­ким-ни­будь об­ра­зом дать знать о се­бе Го­ру. Его по­ка не тро­га­ли, но он по­ни­мал, что вре­ме­ни у не­го в об­рез. По его рас­че­там, до­ро­га сю­да за­ня­ла от си­лы ми­нут трид­цать. Сле­до­ва­тель­но, место, ку­да его при­вез­ли, на­хо­дит­ся где-то в при­го­ро­де. Вот толь­ко где, Ар­тур не знал. На дом не тя­нет. Ско­рее, фер­ма или цех. Но по­ка тем­но, не оп­ре­де­лишь.

- Ре­бя­та, за­ку­рить не да­ди­те? - сде­лал Ар­тур по­пыт­ку раз­го­во­рить ам­ба­лов. Но они на улов­ку не клю­ну­ли. Вместо от­ве­та один из них достал пач­ку си­га­рет и мол­ча бро­сил ее к но­гам плен­ни­ка. Ар­тур проиг­но­ри­ро­вал эту пре­неб­ре­жи­тель­ную вы­ход­ку и как ни в чем не бы­ва­ло за­ку­рил.

- Ну а ес­ли еще и пив­ком угости­те, це­ны вам не бу­дет, - сно­ва об­ра­тил­ся он к ним.

- Мо­жет, еще и ба­бу твою сю­да доста­вить, ску­чает не­бось в клу­бе? - с из­дев­кой спро­сил один из ох­ран­ни­ков.

Ар­ту­ра по­хи­ти­ли из ноч­но­го клу­ба “Пе­гас”, ку­да он за­ха­жи­вал к своей под­руж­ке Ан­не. Под­ло­ви­ли в тем­ном ко­ри­до­ре, ве­ду­щем в туа­лет, ог­лу­ши­ли чем-то тя­же­лым и, про­та­щив во двор, в бес­соз­на­тель­ном состоя­нии за­пих­ну­ли в ба­гаж­ник ма­ши­ны.

- Неп­ло­хо бы, - ве­се­ло под­дер­жал его Ар­тур. - А то ведь вче­ра мне всю обед­ню ис­пор­ти­ли.

- Как же, раз­меч­тал­ся. Ты спа­си­бо ска­жи, что нам ве­ле­но не тро­гать те­бя.

- Ска­жу, толь­ко подс­ка­жи­те, ко­го я дол­жен бла­го­да­рить.

- При­дет вре­мя - уз­наешь…

В сто­рож­ке во­ца­ри­лась ти­ши­на. Кон­чив ку­рить, Ар­тур по­до­шел к ле­жа­ку и при­сел. За­тем, пе­ре­ду­мав, лег и зак­рыл гла­за. Зна­чит, Ан­ну не тро­ну­ли, и, ес­ли у не­го здесь ни­че­го не вый­дет, Гор ра­но или позд­но вый­дет на нее и уз­нает обо всем. Уже по­лег­че. Сквозь по­луп­рик­ры­тые ве­ки он за­ме­тил, как пе­рег­ля­ну­лись ох­ран­ни­ки и один из них ти­хо выс­кольз­нул за дверь…

За ок­ном уже све­та­ло.

 

 

69

 

Мо­биль­ный Ар­ту­ра по-преж­не­му мол­чал.

- Або­нент вре­мен­но не­досту­пен, - мо­но­тон­но за­ве­ря­ла Го­ра те­ле­фон­ная стан­ция. От­ку­да ему бы­ло знать, что остав­лен­ная в клу­бе на сто­ли­ке труб­ка уже об­ре­ла дру­го­го вла­дель­ца, ко­то­рый, за­ме­нив ста­рую сим-кар­ту на свою, спо­кой­но поль­зо­вал­ся своей на­ход­кой. Сде­лав еще нес­коль­ко бе­зус­пеш­ных по­пы­ток, Гор с до­са­дой бро­сил труб­ку и выз­вал сек­ре­тар­шу.

- Лиа­на, Ар­тур не объя­вил­ся? - с на­деж­дой спро­сил он де­вуш­ку.

- Нет, - расст­роен­но от­ве­ти­ла она. - Его мо­биль­ник все еще отк­лю­чен, и до­маш­ний те­ле­фон то­же не от­ве­чает.

- Про­дол­жай зво­нить. Ес­ли вдруг поя­вит­ся, сра­зу ко мне. А сей­час приш­ли сю­да Вре­жа - он во дво­ре с ма­ши­ной во­зит­ся - и най­ди На­ре­ка.

Оба пар­ня вош­ли в ка­би­нет поч­ти од­нов­ре­мен­но.

- Су­дя по все­му, с Ар­ту­ром что-то слу­чи­лось, - на­чал Гор без пре­дис­ло­вия и пос­мот­рел на Вре­жа. - Ес­ли есть что ска­зать, го­во­ри.

Но тот в от­вет лишь неоп­ре­де­лен­но по­жал пле­ча­ми.

- Не юли, Вреж. Сей­час не вре­мя иг­рать в кош­ки-мыш­ки и скрыт­ни­чать, - всерьез рас­сер­дил­ся Гор.

- Ар­тур с не­дав­не­го вре­ме­ни встре­чает­ся с од­ной де­вуш­кой, - ре­шил­ся Вреж на­ко­нец вы­дать сек­рет то­ва­ри­ща. - Нас­коль­ко мне из­вест­но, она тан­цует в ноч­ном клу­бе “Пе­гас”. Мо­жет, он у нее?

- Как свя­зать­ся с ней, знаешь?

- Нет. Знаю толь­ко, что зо­вут Ан­на. Я па­ру раз под­во­зил его ту­да…

- Яс­но. Тог­да посту­пим сле­дую­щим об­ра­зом. На­рек, возь­ми с со­бой па­ру ре­бят и отп­рав­ляй­ся в клуб. Ра­зы­щешь там эту Ан­ну. Мо­жет, че­ло­век и впрямь за­гу­лял. И дай-то бог, что­бы бы­ло так.

На­рек поз­во­нил че­рез час.

- Гор, ин­те­ре­сую­щая нас де­вуш­ка тре­тий день не вы­хо­дит на ра­бо­ту. По сло­вам то­ва­рок, бо­леет.

- Уз­най в ди­рек­ции ее до­маш­ний ад­рес и отп­рав­ляй­ся ту­да.

На­рек поз­во­нил ми­нут че­рез со­рок, и го­лос у не­го был встре­во­жен­ный.

- Гор, я не уве­рен, но по­хо­же, Ар­ту­ра по­хи­ти­ли.

- Возв­ра­ща­йся…

Уже в офи­се На­рек расс­ка­зал Го­ру о том, как нео­жи­дан­но ис­чез Ар­тур из клу­ба. Сом­не­ний не оста­ва­лось - его по­хи­ти­ли. И сде­ла­ли это, ско­рее все­го, лю­ди Ки­ра­ко­ся­на.

 

 

70

 

Ки­ра­ко­сян буквально рвал и ме­тал в своем слу­жеб­ном ка­би­не­те в пар­ла­мен­те. Рвал пер­вые по­пав­шие­ся под ру­ку бу­ма­ги и разб­ра­сы­вал по по­лу кни­ги, соп­ро­вож­дая эти дейст­вия от­бор­ным ма­том, при­ли­чест­вую­щим боль­ше улич­но­му груз­чи­ку, не­же­ли предста­ви­те­лю эли­ты, к коей он се­бя при­чис­лял. А всё по­то­му, что сом­не­ний у не­го больше не оста­лось. Всё, что вы­да­ла эта пар­ши­вая жел­то­ро­тая га­зе­тен­ка, где вдоль и по­пе­рек прош­лись по Ба­да­ля­ну и в ка­чест­ве эта­ко­го па­ха­на-заст­рель­щи­ка нед­ву­смыс­лен­но упо­мя­ну­ли и его са­мо­го, сост­ря­па­но бы­ло иск­лю­чи­тель­но на ос­но­ва­нии до­ку­мен­тов, ук­ра­ден­ных из его сей­фа. От­сле­дить и пре­дуп­ре­дить их даль­ней­ший сброс на дан­ном эта­пе бы­ло уже не­воз­мож­но. Зна­чит, за пер­вой та­кой пуб­ли­ка­цией мо­гут пос­ле­до­вать и дру­гие - а это рав­но­силь­но ка­таст­ро­фе. Ат­мос­фе­ра в об­щест­ве и без то­го на­ка­ле­на до предела, и по­доб­ные пуб­ли­ка­ции мо­гут лег­ко спро­во­ци­ро­вать мас­сы на сти­хий­ные выступ­ле­ния.

Ки­ра­ко­сян уже ко­то­рый раз пе­ре­чи­ты­вал статью, ког­да в ка­би­нет бук­валь­но вор­вал­ся Ми­на­сян. Он был весь взмы­ленный и тя­же­ло ды­шал.

- Нас­лаж­даешь­ся? - съяз­вил он, уви­дев ле­жав­шую пе­ред Ки­ра­ко­ся­ном га­зе­ту, ко­то­рую сам же и пе­ре­дал ему еще днем че­рез по­мощ­ни­ка. На бед­лам в ка­би­не­те он не об­ра­тил вни­ма­ния, настоль­ко был взвол­но­ван.

- Да, дав­но не по­лу­чал та­ко­го эсте­ти­чес­ко­го нас­лаж­де­ния, - не­ве­се­ло по­пы­тал­ся от­шу­тить­ся Ки­ра­ко­сян. - По­жа­луй, на Ба­да­ля­не сме­ло мож­но ста­вить крест.

- Мо­жешь заод­но вы­черк­нуть его и в фи­зи­чес­ком пла­не то­же, - ус­мех­нул­ся в от­вет Ми­на­сян.

- Что ты имеешь в ви­ду? - не по­нял “ю­мо­ра” Ки­ра­ко­сян.

- А то, что Ба­да­ля­на нет ниг­де. Ни до­ма, ни в офи­се. Все те­ле­фо­ны отк­лю­че­ны, и ник­то из его ок­ру­же­ния не знает, где он.

- Ты ду­маешь, сбе­жал?

- А как же! Уле­пет­нул, как толь­ко уз­нал про статью.

- А мы сей­час про­ве­рим, так ли это, - по­тя­нул­ся Ки­ра­ко­сян к те­ле­фо­ну.

- Не ста­рай­ся, не стоит, - оста­но­вил его Ми­на­сян. - Для та­ких экст­ре­маль­ных слу­чаев он на­вер­ня­ка уже дав­но за­го­то­вил но­вые до­ку­мен­ты для се­бя и для чле­нов своей семьи, по ко­то­рым они и вые­ха­ли из стра­ны.

- По­жа­луй, - кив­нул в знак сог­ла­сия Ки­ра­ко­сян. - Ну да черт с ним, с Ба­да­ля­ном! Поль­зы от не­го всег­да бы­ло ноль. Нам о дру­гом ду­мать сей­час на­до. Ты не за­был пе­ре­дать мою прось­бу Ата­не­ся­ну - ра­зоб­рать­ся в ре­дак­ции с источ­ни­ком комп­ро­ма­та?

- Все­го лишь ра­зоб­рать­ся? Да этих про­даж­ных бор­зо­пис­цев проу­чить на­до так, чтоб век пом­ни­ли, а их вши­вый листок зак­рыть к чер­то­вой ма­те­ри! Это бу­дет хо­ро­шим уро­ком и для дру­гих, что­бы не за­бы­ва­ли, кто в до­ме хо­зяин, - рас­хо­дил­ся Ми­на­сян. - Пос­лу­шай, Сам­вел, я, ко­неч­но, по­ни­маю, что па­ни­ко­вать еще ра­но, но мо­жет, и нам стоит заб­ла­гов­ре­мен­но по­за­бо­тить­ся о пу­тях отступ­ле­ния, что­бы по­том не дейст­во­вать на авось.

- Не го­во­ри ерун­ды. Хо­тя, ду­маю, этот воп­рос ты дав­но ре­шил для се­бя, так что да­вай не пе­реиг­ры­вай, Да­вид. Си­туа­ция на­ми так или ина­че конт­ро­ли­рует­ся. Что до га­зе­ты, то зак­ры­вать ее сей­час нель­зя. Этим са­мым мы приз­наем свою ви­ну и толь­ко усу­гу­бим и без то­го на­ше слож­ное по­ло­же­ние. А утеч­ку ин­фор­ма­ции мы ведь пред­ви­де­ли. Жаль, ко­неч­но, что так выш­ло, но от­пе­вать нас еще ра­но, и цель у нас преж­няя - обезв­ре­дить ор­га­ни­за­то­ров; всё осталь­ное ре­шит­ся са­мо со­бой.

- Ну, ес­ли у те­бя всё под конт­ро­лем, вый­ди на ули­цу, те­бя там ждет еще один прият­ный сюрп­риз, - не сдер­жав­шись, опять съяз­вил Ми­на­сян, хо­тя чувст­во­ва­лось, что он силь­но на­пу­ган проис­хо­дя­щим.

- Не мно­го­ва­то ли для од­но­го дня? - нап­ряг­ся Ки­ра­ко­сян.

- В са­мый раз. У цент­раль­ных во­рот де­жу­рят де­сят­ки ре­пор­те­ров, не счи­тая зе­вак. Те­бя ждут, - не без иро­нии пояс­нил бен­зи­но­вый маг­нат. - Ты те­перь звез­да. Толь­ко ин­те­рес­но, что ты им ска­жешь?

Проб­рать­ся к ма­ши­нам сквозь раз­го­ря­чен­ных ожи­да­нием жур­на­листов ока­за­лось дейст­ви­тель­но неп­росто. От­тес­нить их от оли­гар­хов не смог­ли ни те­лох­ра­ни­те­ли, ни да­же ох­ра­на пар­ла­мен­та, ко­то­рая приш­ла на под­мо­гу. И ес­ли убе­речь де­пу­та­тов от пря­мо­го кон­так­та кое-как уда­ва­лось, то из­бе­жать мно­го­чис­лен­ных воп­ро­сов, сып­лю­щих­ся на оли­гар­хов со всех сто­рон, как и нап­рав­лен­ных на них те­ле­ка­мер, бы­ло не­воз­мож­но.

- Гос­по­дин Ки­ра­ко­сян, ва­ши ком­мен­та­рии к пуб­ли­ка­ции в га­зе­те “ПроВ­ласть”? - Про­ны­ра-жур­на­лист, умуд­рив­ший­ся обой­ти ох­ра­ну, на­халь­но су­нул дик­то­фон пря­мо под нос оли­гар­ху.

- Пол­ный бред, - ста­раясь оста­вать­ся спо­кой­ным, гром­ко, что­бы слы­ша­ли все, от­реа­ги­ро­вал на про­во­ка­цион­ный воп­рос Ки­ра­ко­сян, од­нов­ре­мен­но де­лая знак ох­ран­ни­ку не тро­гать жур­на­листа. - Мною уже да­но ад­во­ка­там ука­за­ние де­таль­но ра­зоб­рать­ся в этом де­ле и прив­лечь га­зе­ту к су­ду за пред­на­ме­рен­ную кле­ве­ту.

- А ес­ли бу­дет до­ка­за­но об­рат­ное? - не уни­мал­ся ре­пор­тер.

- Тог­да и по­го­во­рим. Даю сло­во.

- Зна­чит, вы счи­тае­те, что выд­ви­ну­тые про­тив вас об­ви­не­ния - чей-то злой умы­сел? - раз­да­лось из тол­пы.

- С пер­во­го и до пос­лед­не­го сло­ва. Сфаб­ри­ко­вать се­год­ня лю­бую фаль­шив­ку и подста­вить не­вин­но­го че­ло­ве­ка так же лег­ко, как по­ле­теть в Кос­мос. Об этом знают все, в том чис­ле и вы, жур­на­листы. Так что вы­во­ды де­лать ра­но, по­тер­пи­те нем­но­го, по­ка мы во всем не раз­бе­рем­ся... Спа­си­бо всем.

Жур­на­листы, од­на­ко, тер­петь не же­ла­ли и рас­хо­дить­ся не то­ро­пи­лись. Они настой­чи­во про­дол­жа­ли осы­пать Ки­ра­ко­ся­на воп­ро­са­ми.

- Гос­по­дин Ки­ра­ко­сян, вы го­то­вы уй­ти из по­ли­ти­ки, ес­ли фак­ты, при­ве­ден­ные в статье, бу­дут до­ка­за­ны?

- Без ком­мен­та­риев.

- Пос­ле­дует ли офи­циаль­ное оп­ро­вер­же­ние ва­шей пар­тии на пуб­ли­ка­цию?

- Об этом то­же по­ка го­во­рить преж­дев­ре­мен­но.

- Ка­ко­ва реак­ция пре­зи­ден­та на статью?

- Не знаю, но на­вер­ное, та­кая же, как у лю­бо­го здра­во­мыс­ля­ще­го че­ло­ве­ка на по­доб­ную че­пу­ху.

- Гос­по­дин Ки­ра­ко­сян, - крик­нул один из жур­на­листов, ког­да оли­гарх уже са­дил­ся в свой ав­то­мо­биль. - Не подс­ка­же­те, где мож­но най­ти гос­по­ди­на Ба­да­ля­на? Мы хо­те­ли бы ус­лы­шать и его мне­ние.

- Я что, по­хож на нянь­ку, от­ку­да мне знать? - зло бро­сил он жур­на­листу и, хлоп­нув дверью, ве­лел во­ди­те­лю тро­гать.

 

 

71

 

Опу­щен­ная в са­ло­не “мер­се­де­са” пе­ре­го­род­ка изо­ли­ро­ва­ла пас­са­жи­ров от во­ди­те­ля и не поз­во­ля­ла пос­лед­не­му ус­лы­шать хоть сло­во из то­го нап­ря­жен­но­го спо­ра, ко­то­рый про­дол­жал­ся меж­ду друзья­ми.

- Сам­вел Вар­та­но­вич, по­ды­ми­те труб­ку. Вас спра­ши­вают из кан­це­ля­рии пре­зи­ден­та, - нео­жи­дан­но раз­дал­ся из ди­на­ми­ка го­лос во­ди­те­ля.

Ки­ра­ко­сян не­до­воль­но про­шел­ся в его ад­рес и нео­хот­но снял труб­ку.

- Сам­вел, это я, - зна­ко­мый го­вор пре­зи­ден­та Ки­ра­ко­сян уз­нал сра­зу. Для че­ло­ве­ка, ко­то­рый не так дав­но пе­ре­нес тя­же­лую опе­ра­цию, он зву­чал довольно бод­ро.

- Рад слы­шать вас, гос­по­дин пре­зи­дент. Как са­мо­чувст­вие?

- Об этом пос­ле, Сам­вел. Ты мне луч­ше ска­жи, что это за исто­рия с га­зет­ной пуб­ли­ка­цией, ко­то­рая на­би­рает обороты, как снеж­ная ла­ви­на?

- Мы сей­час выяс­няем, кто стоит за ней, гос­по­дин пре­зи­дент, и… - Он не ус­пел за­кон­чить свою мысль, как го­лос на дру­гом кон­це про­во­да рез­ко пе­ре­бил его:

- Ме­ня ин­те­ре­сует, нас­коль­ко соот­ветст­вуют дейст­ви­тель­ности фак­ты, ко­то­рые при­ве­де­ны в ней?

- Толь­ко от­части, - за­мял­ся оли­гарх, на­деясь в ду­ше на неос­ве­дом­лен­ность пре­зи­ден­та в этом воп­ро­се.

- А я так не ду­маю, - вновь прер­вал Ки­ра­ко­ся­на пре­зи­дент. - Твоя неу­ве­рен­ность го­во­рит как раз об об­рат­ном.

- Вы пра­вы, гос­по­дин пре­зи­дент.

- Ес­ли прав, объяс­ни тог­да, как эти фак­ты по­па­ли к ним?

- Над этим мы сей­час и ра­бо­таем.

- Пло­хо ра­бо­таешь, Сам­вел, ес­ли про­пус­каешь та­кой комп­ро­мат в ка­нун вы­бо­ров. Ко­ро­че, сколь­ко те­бе необ­хо­ди­мо вре­ме­ни, что­бы ре­шить эту проб­ле­му?

- Нем­но­го. Я до­ло­жу вам, как толь­ко бу­дут конк­рет­ные ре­зуль­та­ты. На­деюсь, бу­дут ско­ро.

- Что ж, по­жи­вем - уви­дим…

 

 

72

 

На дво­ре уже вов­сю све­ти­ло солн­це, а Ар­тур всё ле­жал, не ме­няя по­зы. Для ох­ран­ни­ков он по-преж­не­му без­мя­теж­но спал, а на де­ле не сомк­нул ночью глаз и сквозь по­луп­рик­ры­тые ве­ки отс­ле­жи­вал всё, что тво­ри­лось вок­руг. Спя­щи­ми прит­во­ря­лись и си­дев­шие на стульях сто­ро­жа, что го­во­ри­ло о стро­гости по­лу­чен­ных ими ука­за­ний по ох­ра­не плен­ни­ка.

Но вот ти­ши­ну это­го сон­но­го царст­ва прер­вал раз­дав­ший­ся за ок­ном гул подъез­жаю­щих ма­шин. Ус­лы­шав его, один из ох­ран­ни­ков мол­ние­нос­но вско­чил на но­ги и бро­сил­ся на­ру­жу. А че­рез па­ру ми­нут дверь сто­рож­ки скрип­ну­ла и в ком­на­ту по-хо­зяйс­ки прош­ли трое. Тот, кто по-барс­ки стоял впе­ре­ди, был сред­не­го роста, пле­чистый и с хо­лод­ным, неп­ри­вет­ли­вым взгля­дом. Ог­ля­дев­шись, он взял стоя­щий у ок­на стул и впри­тык под­сел к плен­ни­ку. Он всмат­ри­вал­ся в не­го тя­же­лым про­ни­зы­ваю­щим взгля­дом, как удав, слов­но дос­ко­наль­но хо­тел изу­чить чер­ты своей бу­ду­щей жерт­вы. Ма­ло кто спо­со­бен обыч­но вы­дер­жать подобный гип­но­ти­зи­рую­щий взгляд хищ­ни­ка, го­то­во­го в лю­бой мо­мент на­пасть на об­ре­чен­но­го.

- Так ты и есть Ар­тур? - то ли удив­лен­но, то ли с не­до­ве­рием вы­мол­вил на­ко­нец нез­на­ко­мец.

- Не имею чести… - слег­ка при­под­няв­шись со свое­го ле­жа­ка, слу­ка­вил Ар­тур, хо­тя от­лич­но знал, кто си­дит пе­ред ним.

- Бу­дет те­бе, - криво улыб­нул­ся Ки­ра­ко­сян и, по­луо­бер­нув­шись к своим ох­ран­ни­ком, нас­меш­ли­во до­ба­вил: - Стран­ный на­род эти ур­ки. В гости хо­дить без приг­ла­ше­ния счи­тают нор­маль­ным, а вот пос­ле от­ве­чать, как у вас го­во­рят, за ба­зар му­жест­ва не хва­тает.

- Не по­ни­маю, о чем это ты, дя­дя?

- Сей­час пой­мешь. Слу­шай, Ар­тур, не­ког­да мне тут с то­бой ля­сы то­чить. Дом мой в Ай­гед­зо­ре ва­ших рук де­ло, так? Мо­жешь не от­ве­чать, и без те­бя знаю. Но го­тов за­быть и да­же простить. Как го­во­рит­ся, что бы­ло, то бы­ло. Зла на те­бя дер­жать не бу­ду, бо­лее то­го, под­дер­жу ма­те­риаль­но, ес­ли по­мо­жешь по-быст­ро­му вер­нуть по­хи­щен­ное и, глав­ное, подс­ка­зать, чей за­каз от­ра­бо­та­ли.

Нес­мот­ря ни на что, Ки­ра­ко­сян по-преж­не­му был уве­рен, что за ог­раб­ле­нием стоят его оп­по­нен­ты из оп­по­зи­ции, стре­мя­щие­ся лю­бы­ми средст­ва­ми скомп­ро­ме­ти­ро­вать и сва­лить его. А Гор и его ко­ман­да так, все­го лишь ис­пол­ни­те­ли.

- Про Го­ра за­будь, ему нич­то уже не по­мо­жет, он не жи­лец на этом све­те, - про­дол­жал Ки­ра­ко­сян. - Не се­год­ня завт­ра с ним бу­дет по­кон­че­но, так что луч­ше о се­бе по­ду­май. - За­кон­чив го­во­рить, Ки­ра­ко­сян в ожи­да­нии уста­вил­ся на Ар­ту­ра. Но тот с от­ве­том яв­но не то­ро­пил­ся. - Что мол­чишь или, мо­жет, язык прог­ло­тил?

- Ну, до­пустим, с име­нем моим ты уга­дал вер­но и про Го­ра знаешь. И что с то­го? Нас мно­гие в го­ро­де знают. Толь­ко при­чем тут дом твой и ка­кое от­но­ше­ние к то­му, что слу­чи­лось у те­бя, имеем мы? - Ар­тур ре­шил потя­нуть вре­мя.

- А ты ка­зал­ся мне ум­нее, Ар­тур. Но так и быть, пов­то­рю еще раз, ес­ли не дош­ло. Хо­тя, приз­нать­ся, стран­но все это. Уж что-то боль­но мно­го мне в пос­лед­нее вре­мя не­по­нят­ли­вых на пу­ти по­па­дает­ся. Вна­ча­ле са­дов­ник, по­том ох­ран­ник, те­перь ты. Те то­же не по­ни­ма­ли и по­лу­чи­ли свое. Так вот, вы­бо­ра у те­бя нет. Или по­мо­гаешь и уби­раешь­ся с день­га­ми на все че­ты­ре сто­ро­ны, или… ду­маю, те­бе уже яс­но, ка­кой ко­нец уго­то­ван тем, кто от­ка­зы­вает­ся. - Будь Ки­ра­ко­сян в этот мо­мент чуть пов­ни­ма­тель­нее, он за­ме­тил бы, как дер­ну­лось ли­цо Ар­ту­ра при упо­ми­на­нии са­дов­ни­ка.

- Да, не­бо­га­тый вы­бор. Тут есть над чем по­раз­мыс­лить. Хо­тя, с дру­гой сто­ро­ны, де­нег ни­ког­да мно­го не бы­вает, так что… от­че­го не по­мочь хо­ро­ше­му че­ло­ве­ку.

- Вот это дру­гой раз­го­вор, - ожи­вил­ся Ки­ра­ко­сян. - Я знал, что мы с то­бой най­дем об­щий язык. Итак, где на­хо­дят­ся ук­ра­ден­ные до­ку­мен­ты?

- Так там что, бу­маж­ки бы­ли? А я-то ду­мал… И из-за них весь этот сыр-бор? - Ар­тур сде­лал ра­зо­ча­ро­ван­ное ли­цо и с уко­риз­ной пос­мот­рел на оли­гар­ха. - И ме­ня за это, как двор­няж­ку, на цепь по­са­ди­ли?! Да я те­бе, дя­дя, их в два сче­та най­ду. Но для это­го ты дол­жен от­пустить ме­ня.

- Не смеш­но. А ты, ока­зы­вает­ся, ар­тист. Что ж, тог­да вместе по­ре­пе­ти­руем. - Ки­ра­ко­сян зев­нул и не­за­мет­но по­дал знак своим гро­ми­лам, а сам ото­шел к ок­ну.

“Ре­пе­ти­ция” про­дол­жа­лась не бо­лее ми­ну­ты. Ар­тур был без­жа­лост­но из­бит ох­ран­ни­ка­ми. За­кон­чив, они ак­ку­рат­но уса­ди­ли его на ле­жак и вер­ну­лись на свое место к две­ри.

- Ну что, вспом­нил? А то ведь это все­го лишь пре­лю­дия к пер­во­му ак­ту выб­ран­но­го то­бой жан­ра ко­ме­дии. Даль­ше по сце­на­рию бу­дет уже дра­ма, а мо­жет, и тра­ге­дия - это уже как ты ре­шишь.

В от­вет Ар­тур толь­ко засто­нал и от­ри­ца­тель­но мот­нул го­ло­вой.

- Что ж, тог­да я пое­хал, спек­такль про­дол­жим завт­ра. Но уч­ти, тер­пе­ние мое не безг­ра­нич­но. А чтоб наш ар­тист не чувст­во­вал се­бя бро­шен­ным, - об­ра­тил­ся он к ох­ран­ни­кам, - отп­равь­те-ка его в под­вал и вре­мя от вре­ме­ни ре­пе­ти­руй­те с ним роль, что­бы не за­бы­вал…

 

 

73

 

Вол­не­ние в ре­дак­ции под­ня­лось сра­зу пос­ле то­го, как сек­ре­тарь ре­дак­то­ра, заг­ля­нув в ка­би­нет ше­фа, встре­во­жен­но сооб­щи­ла ему, что в прием­ной ждут сле­до­ва­те­ли из осо­бо­го от­де­ла по­ли­ции.

Ре­дак­тор, ко­неч­но, до­га­дал­ся о при­чи­нах вне­зап­но­го ин­те­ре­са к се­бе со сто­ро­ны пра­воох­ра­ни­тель­ных ор­га­нов. Пос­ле скан­даль­но­го вы­пус­ка га­зе­ты по­кой, как пе­ли преж­де, ему толь­ко снил­ся - на­ря­ду с бла­го­дар­ностью в его ад­рес отк­ры­то раз­да­ва­лись и неп­рик­ры­тые уг­ро­зы. И их бы­ло не­ма­ло. Яс­но от ко­го.

По­мор­щив­шись, как от зуб­ной бо­ли, он ска­зал сек­ре­тар­ше, уби­рая со сто­ла все лиш­нее:

- Пусть вой­дут, и приг­ла­си­те Аб­ра­ма Мои­сее­ви­ча.

Бе­се­да с по­ли­цейс­ки­ми с са­мо­го на­ча­ла не за­ла­ди­лась и про­хо­ди­ла край­не нер­воз­но. Уже вто­рой час его вместе с от­вет­сек­ре­та­рем до­ни­ма­ли неп­рият­ны­ми расп­ро­са­ми два хо­ле­ных мо­лод­ца из следст­вен­но­го уп­рав­ле­ния, ко­то­рых по прось­бе Хо­зяи­на на­пра­вил в ре­дак­цию Ата­не­сян. Опе­ра­тив­ни­кам над­ле­жа­ло выяс­нить, как по­па­ли к жур­на­листам прес­ло­ву­тые ма­те­риа­лы, пуб­ли­ка­ция ко­то­рых произ­ве­ла в об­щест­ве эф­фект ра­зор­вав­ше­го­ся сна­ря­да и гро­зи­ла пе­ре­расти в гран­диоз­ный по­ли­ти­чес­кий скан­дал. И по­то­му они ста­ра­лись изо всех сил.

- Итак, вы да­же от­да­лен­но не пред­по­ла­гае­те, кто мог при­слать в ре­дак­цию эти ма­те­риа­лы? - зау­чен­но, как на доп­ро­се, пов­то­ря­ли они од­но и то же.

- Да я уже ко­то­рый раз пы­таюсь вам объяс­нить это, - уста­ло от­ве­чал ре­дак­тор. - Па­кет при­шел к нам по поч­те, в чем, кста­ти, вы мо­же­те лег­ко убе­дить­ся. Ни об­рат­но­го ад­ре­са, ни фа­ми­лии отп­ра­ви­те­ля на нем не бы­ло.

- И вы сра­зу, с бух­ты-ба­рах­ты, не со­ве­туясь ни с кем, ре­ши­ли опуб­ли­ко­вать всю эту брех­ню, да­же не по­ду­мав о пос­ледст­виях, ко­то­рые она мо­жет выз­вать?

- Во-пер­вых, это не брех­ня. Все при­ве­ден­ные фак­ты под­тверж­де­ны до­ку­мен­таль­но и по воз­мож­ности пе­реп­ро­ве­ре­ны на­ми. А во-вто­рых, раз­ве мо­жет досто­вер­ная ин­фор­ма­ция на­нести вред? И по­том - что нам бы­ло, кри­чать на всех уг­лах, что га­зе­та го­то­вит по­доб­ную статью? Или пой­ти ви­зи­ро­вать ее к Ба­да­ля­ну? Бред ка­кой-то! - воз­му­щал­ся Гольд­ман, хо­тя си­дев­ший ря­дом ре­дак­тор то и де­ло тол­кал его в бок, что­бы он уго­мо­нил­ся.

- А по­че­му для этой це­ли выб­ра­ли имен­но ва­шу га­зе­ту? Как объяс­нить это? Она что, и впрямь та­кая ве­со­мая, или на это бы­ли дру­гие при­чи­ны? - по­дал го­лос вто­рой сле­до­ва­тель.

- Бог его знает, - раз­вел ру­ка­ми ре­дак­тор. - Нам и са­мим это ин­те­рес­но знать. Мо­жет, отп­ра­ви­тель - наш чи­та­тель и она ему нра­вит­ся, а мо­жет, и по­со­ве­то­вал кто…

Сле­до­ва­те­ли пе­рег­ля­ну­лись и при­ня­лись ожив­лен­но шу­шу­кать­ся. Пос­лед­няя мысль ре­дак­то­ра яв­но заин­те­ре­со­ва­ла их. Кто-то дейст­ви­тель­но мог подс­ка­зать отп­ра­ви­те­лям имя га­зе­ты. Че­ло­век, ко­то­рый хо­ро­шо раз­би­рал­ся во внут­рен­ней кух­не ре­дак­ции. А мо­жет, не толь­ко раз­би­рал­ся, но и ра­бо­тал в са­мой га­зе­те?

- Постарай­тесь вспом­нить, кто на­хо­дил­ся у вас в ка­би­не­те, ког­да при­нес­ли па­кет, и кто вооб­ще был в кур­се то­го, что по­доб­ный ма­те­риал имеет­ся и го­то­вит­ся к пе­ча­ти? - об­ра­тил­ся один из сле­до­ва­те­лей к Аб­ра­му Мои­сее­ви­чу.

- Ну, я и на­хо­дил­ся.

- Один?

- А что, ма­ло? - ог­рыз­нул­ся ве­те­ран.

- Пос­лу­шай­те, гос­по­дин Гольд­ман, оставь­те ва­ши под­ко­выр­ки и от­ве­чай­те по су­щест­ву, - одер­нул его сле­до­ва­тель. - А то в сле­дую­щий раз раз­го­ва­ри­вать бу­дем по-дру­го­му и в дру­гом месте.

- А мне не при­вы­кать, - не по­лез в кар­ман за сло­вом Гольд­ман. - Мы это в трид­цать седь­мом уже про­хо­ди­ли.

- Дейст­ви­тель­но, поостынь, Аб­рам Мои­сее­вич, - нео­жи­дан­но под­дер­жал сле­до­ва­те­ля глав­ный ре­дак­тор. - И ска­жи им все, что они хо­тят уз­нать. А то так мы ни­ког­да не за­кон­чим.

- Что го­во­рить? Из чу­жих точ­но ни­ко­го не бы­ло. А из на­ших толь­ко мой зам и… - Гольд­ман за­ду­мал­ся, пы­таясь вспом­нить. - Боюсь оши­бить­ся, но, ка­жет­ся, в сек­ре­та­риа­те на­хо­ди­лись еще Ка­ри­на Па­пи­нян и Ашот Пет­ро­сов - они прос­мат­ри­ва­ли гран­ки но­ме­ра…

- Что ка­сает­ся под­го­тов­ки ма­те­риа­ла к пе­ча­ти, то мы с Гольд­ма­ном осо­бо не афи­ши­ро­ва­ли это в кол­лек­ти­ве - са­ми пи­са­ли, са­ми пра­ви­ли, - до­ба­вил ре­дак­тор.

- Па­кет был один или, мо­жет, есть и дру­гие?

- Один-единст­вен­ный в своем ро­де, - про­дол­жал при­ка­лы­вать­ся Гольд­ман.

- Ну так вот, ува­жае­мые гос­по­да жур­на­листы. Мы на­деем­ся, что у вас хва­тит ума, что­бы впредь без сог­ла­со­ва­ния с соот­ветст­вую­щи­ми ор­га­на­ми не пе­ча­тать та­кие статьи, а в слу­чае по­лу­че­ния по­доб­ных па­ке­тов не­за­ме­дли­тель­но сооб­щать нам.

- А ес­ли…

- А ес­ли вы это­го не сде­лае­те, - не дал до­го­во­рить Гольд­ма­ну сле­до­ва­тель, - га­зе­та бу­дет ли­ше­на ли­цен­зии и зак­ры­та.

- За прав­ду?!

- Нет, не за это. Для это­го най­дет­ся дру­гой по­вод...

Че­рез пол­ча­са сле­до­ва­те­ли вы­хо­ди­ли из ре­дак­ции, уно­ся с со­бой, кро­ме дик­то­фон­ной за­пи­си бе­се­ды, и ко­пии лич­ных дел тех жур­на­листов, име­на ко­то­рых упо­мя­нул от­вет­сек­ре­тарь.

 

 

74

 

День, на­чав­ший­ся так пар­ши­во, не су­лил ни­че­го хо­ро­ше­го и даль­ше. Сде­лав нес­коль­ко бес­по­лез­ных звон­ков, Ата­не­сян с бес­по­койст­вом ждал вестей из ре­дак­ции. Он си­дел, скрестив ру­ки на гру­ди, и зат­рав­лен­но бро­сал взгля­ды то на мол­чав­ший те­ле­фон, то на ча­сы, то на раз­вер­ну­тую на пись­мен­ном сто­ле га­зе­ту, на­де­лав­шую столь­ко шу­му в го­ро­де.

По прав­де го­во­ря, Ата­не­сян сом­не­вал­ся, что из этой за­теи оли­гар­ха по­лу­чит­ся что-ли­бо пут­ное.Толь­ко край­не лег­ко­мыс­лен­ный или не­да­ле­кий че­ло­век умуд­рил­ся бы отос­лать в га­зе­ту столь убийст­вен­ный комп­ро­мат на дейст­вую­щую власть и при этом ука­зать на кон­вер­те свои об­рат­ные коор­ди­на­ты. Хо­ро­шо еще, что ра­зоб­ла­че­ние бы­ло то­чеч­ным и кос­ну­лось в ос­нов­ном только Ба­да­ля­на. А вот с упо­ми­на­нием имени Ки­ра­ко­ся­на ав­то­ры, по­жа­луй, пе­реста­ра­лись, раз­бу­див в нем зве­ря. Оп­по­зи­ция его те­перь зак­люет, об­ви­нив во всех смерт­ных гре­хах. Но и Ки­ра­ко­сян не раз уже до­ка­зы­вал, что умеет дер­жать удар и от­ве­тит не ме­нее жест­ко, ког­да при­дет вре­мя. Зам­ми­нист­ра с ужа­сом предста­вил се­бя на месте ны­неш­них ге­роев статьи и сод­рог­нул­ся от мыс­ли: а что, ес­ли в сле­дую­щей пуб­ли­ка­ции вдруг всплы­вет не­на­ро­ком и его имя?.. Да, прав был Сам­вел Вар­та­но­вич, ког­да го­во­рил, что это бом­ба для всех них. А ведь это толь­ко на­ча­ло, ес­ли вов­ре­мя не “о­безв­ре­дить” бан­ду и не оста­но­вить тех, кто му­тит во­ду.

Дверь ка­би­не­та слег­ка приотк­ры­лась, и в нее про­су­ну­лась подст­ри­жен­ная боб­ри­ком го­ло­ва.

- Не по­ме­шаем, Ген­рих Пет­ро­со­вич? - осто­рож­но ос­ве­до­мил­ся при­шед­ший, не ре­шаясь пе­ресту­пить по­рог.

- Нет-нет. Вас-то как раз я и жду, Зог­раб, в­хо­ди­те, - рас­сеян­но от­ве­тил Ата­не­сян.

По­лу­чив доб­ро, в ка­би­нет не­то­роп­ли­во прош­ли те са­мые сле­до­ва­те­ли, ко­то­рые не­дав­но до­ни­ма­ли рассп­ро­са­ми ре­дак­то­ра и от­вет­сек­ре­та­ря га­зе­ты “ПроВ­ласть”. Увы, как и по­ла­гал Ата­не­сян, ни­че­го су­щест­вен­но­го они ему не сооб­щи­ли. Ни­ка­ких кон­цов доз­на­ва­те­ли не об­на­ру­жи­ли. А их не­то­роп­ли­вый и спо­кой­ный расс­каз вы­вел ге­не­ра­ла из се­бя, и он, хва­тив ку­ла­ком о стол, зао­рал на под­чи­нен­ных:

- Гнать вас всех на­до в шею! Я за­чем вас по­сы­лал в ре­дак­цию? На пресс-кон­фе­рен­цию или что­бы вы выяс­ни­ли, под чью дуд­ку пля­шут жур­на­листы? - но по­том, слов­но оч­нув­шись, сба­вил тон и ска­зал бо­лее спо­кой­но: - Лад­но, оста­вим это. Ну а са­ми-то вы что ду­мае­те на этот счет?

Опе­шив­шие от нео­жи­дае­мо­го раз­но­са сле­до­ва­те­ли ка­кое-то вре­мя мол­ча пе­рег­ля­ды­ва­лись, не зная, с че­го на­чать.

- Га­зет­чи­ки чисты. Кон­верт дейст­ви­тель­но ано­ним­ный и при­шел по поч­те, - на­ко­нец роб­ко по­дал го­лос Зог­раб. - И вряд ли ка­кой ре­дак­тор устоял бы от соб­лаз­на в та­кой си­туа­ции. Прав­да, есть од­но “но”!

- Ка­кое?

- Мы так и не су­ме­ли выяс­нить, по­че­му отп­ра­ви­те­ли выб­ра­ли для своих це­лей имен­но их из­да­ние. По на­шим све­де­ниям, га­зе­та эта ни­чем осо­бым не вы­де­ляет­ся. И в лю­бом дру­гом из­да­нии - ска­жем, не лояль­ном к властям - эф­фект от дан­ной пуб­ли­ка­ции был бы ку­да бо­лее зна­чи­тель­ным.

- И что из это­го сле­дует? Мо­жет, за­каз­чи­ки вооб­ще не имеют от­но­ше­ния к оп­по­зи­ции и прес­ле­дуют сов­сем иные це­ли?

- Мо­жет быть. Поэ­то­му мы и пред­по­ла­гаем, что меж­ду отп­ра­ви­те­лем и га­зе­той есть ка­кой-то пос­ред­ник, воз­мож­но да­же кто-то из сот­руд­ни­ков из­да­ния, ко­то­рый, хо­ро­шо раз­би­раясь в спе­ци­фи­ке ра­бо­ты и в нюан­сах са­мой проб­ле­мы, под­ня­той в пись­ме, уме­ло вос­поль­зо­вал­ся си­туа­цией. Сло­вом, мы не иск­лю­чаем, что это­го че­ло­ве­ка сле­дует ис­кать имен­но в са­мой га­зе­те.

- Ре­дак­тор пре­дуп­реж­ден о лич­ной от­ветст­вен­ности за пуб­ли­ка­ции по­доб­ных ма­те­риа­лов в даль­ней­шем?

- Да, но мы не уве­ре­ны, что это его оста­но­вит, - подк­лю­чил­ся к раз­го­во­ру мол­чав­ший до то­го мо­мен­та вто­рой сле­до­ва­тель. - По на­шим дан­ным, пос­ле вы­хо­да в свет этой статьи по­пу­ляр­ность га­зе­ты рез­ко воз­рос­ла. А кро­ме то­го, ре­дак­тор убеж­ден, что с точ­ки зре­ния за­кон­ности их пуб­ли­ка­ция бе­зуп­реч­на, ибо все в ней подк­реп­ле­но до­ку­мен­таль­но. Ну а осталь­ное - чистый биз­нес и ни­че­го лич­но­го.

В от­вет Ата­не­сян лишь тя­же­ло вздох­нул и про­бор­мо­тал:

- Лад­но, вы сво­бод­ны. Ког­да по­на­до­би­тесь, вы­зо­ву.

Сле­до­ва­те­ли вста­ли. Но преж­де чем отк­ла­нять­ся, Зог­раб про­тя­нул Ата­не­ся­ну пап­ку.

- Ген­рих Пет­ро­со­вич, здесь за­пись на­шей бе­се­ды в ре­дак­ции и ко­пии ма­те­риа­лов из зло­по­луч­но­го кон­вер­та, а так­же лич­ные де­ла тех сот­руд­ни­ков, ко­то­рые при­сутствова­ли в ка­би­не­те Гольд­ма­на в мо­мент его по­лу­че­ния.

- Хо­ро­шо, оставь­те.

Он еще ка­кое-то вре­мя за­дум­чи­во си­дел в крес­ле, по­том, по­вер­тев в ру­ках остав­лен­ную сле­до­ва­те­ля­ми пап­ку, не­хо­тя отк­рыл ее. Прос­лу­шал кас­се­ту, за­тем бег­ло про­бе­жал гла­за­ми бу­ма­ги и лич­ные де­ла чет­ве­рых сот­руд­ни­ков. Нет, ни­че­го ин­те­рес­но­го в них не бы­ло. Дейст­ви­тель­но всё бе­зуп­реч­но и в до­ку­мен­тах, и в ан­ке­тах, с со­жа­ле­нием от­ме­тил про се­бя Ата­не­сян. Он сло­жил всё об­рат­но в пап­ку и хо­тел бы­ло уже встать, как вдруг, что-то вспом­нив, сно­ва взял­ся за ан­кет­ные дан­ные жур­на­листов.Так, от­вет­сек­ре­тарь Гольд­ман жи­вет на Ко­ми­та­са, Ка­ри­на Па­пи­нян - в Да­ви­да­ше­не, а вот быв­ший бе­же­нец Ашот Пет­ро­сов про­пи­сан в Ма­си­се, но квар­ти­ру сни­мает на Атар­бе­кя­на. “Стоп, где это? Нет, не пом­ню…”

Ата­не­сян на­жал на кноп­ку се­лек­тор­ной свя­зи:

- Лу­си­не, поз­во­ни­те в спра­воч­ный от­дел и выяс­ни­те, где на­хо­дит­ся ули­ца Атар­бе­кя­на.

Сек­ре­тар­ша пе­рез­во­ни­ла поч­ти сра­зу же.

- В ра­йо­не Ме­так­са, Ген­рих Пет­ро­со­вич. Прав­да, не так дав­но ее вро­де бы пе­реи­ме­но­ва­ли. Уз­нать?

- Нет, по­ка не на­до… - прер­вал ее Ата­не­сян, пы­таясь вспом­нить, кто и в свя­зи с чем го­во­рил ему в пос­лед­нее вре­мя о Ме­так­се, но на ум ни­че­го не при­хо­ди­ло.

Соб­рав со сто­ла все до­ку­мен­ты, он по­до­шел к сей­фу с на­ме­ре­нием за­пе­реть их там и по­быст­рее уе­хать до­мой, что­бы расс­ла­бить­ся пос­ле это­го кош­мар­но­го дня, ког­да на гла­за ему нео­жи­дан­но по­пал­ся дру­гой кон­верт. Тот са­мый, с фо­тог­ра­фия­ми убийст­ва Ме­ли­кя­на, ко­то­рый оста­вил ему пол­ков­ник Ка­за­рян. Са­дов­ник! - коль­ну­ло в го­ло­ве Ата­не­ся­на, и он бро­сил­ся к те­ле­фо­ну. Прав­да, на этот раз зво­нил он уже не сек­ре­тар­ше, а в быв­ший от­дел пол­ков­ни­ка.

- Де­жур­ный по от­де­лу лей­те­нант Ара­маис Пет­ро­сян слу­шает.

- Где на­чальст­во? Впро­чем, не важ­но. Слу­шай, Ара­маис, уточ­ни мне сроч­но ад­рес по­кой­но­го Ме­ли­ка Ме­ли­кя­на, про­хо­див­ше­го у вас по де­лу о са­моу­бийст­ве, - при­ка­зал он и пос­ле не­боль­шой пау­зы до­ба­вил: - А заод­но узнай из ар­хи­ва и до­маш­ние коор­ди­на­ты Го­ра Ца­ту­ря­на по клич­ке Ме­так­си Гор. В слу­чае за­труд­не­ний мо­жешь об­ра­тить­ся к свое­му быв­ше­му ше­фу.

Су­дя по то­му, что ра­порт Пет­ро­ся­на поя­вил­ся у не­го на сто­ле в счи­тан­ные ми­ну­ты, вме­ша­тельст­ва Ка­за­ря­на не пот­ре­бо­ва­лось. А из ра­пор­та сле­до­ва­ло, что Ме­ли­кян про­жи­вал на ули­це Атар­бе­кя­на, по со­седст­ву с Го­ром Ца­ту­ря­ном.

 

 

75

 

Ки­ра­ко­сян, нерв­но вы­ша­ги­вав­ший по ка­би­не­ту, выг­ля­дел как заг­нан­ный в ло­вуш­ку зверь. Его лю­би­мец Мар­киз, рас­по­ло­жив­ший­ся тут же на ков­ре, удив­лен­но сле­дил за бе­гот­ней хо­зяи­на. Как че­ло­век не глу­пый, Киракосян по­ни­мал, что с вы­хо­дом зло­по­луч­ной статьи он по­пал в жут­кое по­ло­же­ние. До это­го мо­мен­та у не­го теп­ли­лась еще ка­кая-то на­деж­да раз­ру­лить проб­ле­му и ре­шить ее по-свое­му. Сей­час же, с пуб­ли­ка­цией, ис­чез­ла и она, а с ней и приз­рач­ная воз­мож­ность не до­во­дить де­ло до отк­ры­то­го про­ти­востоя­ния. Но дру­го­го вы­бо­ра ему просто не оста­ви­ли.

Ме­та­ния оли­гар­ха по ка­би­не­ту пре­рвал те­ле­фон­ный зво­нок.

- Сам­вел Вар­та­но­вич, у ме­ня для вас две но­вости, - звуч­ный го­лос Ата­не­ся­на, раз­дав­ший­ся из труб­ки, вер­нул его к жиз­ни. Нес­мот­ря на позд­ний час, зам­ми­нист­ра ре­шил поз­во­нить Ки­ра­ко­ся­ну не мед­ля ни ми­ну­ты.

- Нач­ни с пло­хой, Ген­рих. Хо­ро­шей от те­бя все рав­но не дож­дешь­ся, - мрач­но по­шу­тил оли­гарх.

- Как ска­же­те, Сам­вел Вар­та­но­вич. По­се­ще­ние ре­дак­ции не да­ло ожи­дае­мо­го ре­зуль­та­та. Ру­ко­водст­во га­зе­ты за­ве­ряет, что к при­ве­ден­ным фак­там от­но­ше­ния не имеет и ма­те­риа­лы по­лу­че­ны ано­ним­но по поч­те. Это пер­вая но­вость.

- Вто­рая, по­ла­гаю, еще ху­же, - ус­мех­нул­ся Ки­ра­ко­сян.

- Как раз нао­бо­рот, Сам­вел Вар­та­но­вич. Уве­рен, она под­ни­мет вам наст­рое­ние.

- Не тя­ни, Ген­рих, го­во­ри.

- Так вот, Гор Ца­ту­рян, ко­то­рым вы ин­те­ре­суе­тесь, и жур­на­лист еже­не­дель­ни­ка “ПроВ­ласть” нек­то Ашот Пет­ро­сов жи­вут, как ока­за­лось, по со­седст­ву на од­ной ули­це в Ме­так­се, где до не­дав­не­го вре­ме­ни про­жи­вал и ны­не по­кой­ный Ме­ли­кян.

- И сле­до­ва­тель­но, все они впол­не мог­ли знать друг дру­га, - рез­ко пе­ре­бил по­ли­цейс­ко­го Ки­ра­ко­сян. - Так?

- Имен­но, Сам­вел Вар­та­но­вич. А это зна­чит, что все трое мо­гут иметь от­но­ше­ние к ог­раб­ле­нию.

- Склад­но по­лу­чает­ся. По-твое­му вы­хо­дит, Ме­лик на­вел, Гор ис­пол­нил, а Пет­ро­сов своим чер­ным пиа­ром “по-со­седс­ки” или по чьей-то ко­ман­де ста­рает­ся за­рыть нас окон­ча­тель­но? Ошиб­ки в твоей ин­фор­ма­ции быть не мо­жет, Ген­рих?

- Иск­лю­че­но, Сам­вел Вар­та­но­вич. Все про­ве­ре­но и пе­реп­ро­ве­ре­но.

- Мо­ло­дец, от­лич­ная ра­бо­та! Не знаю, как ро­ди­на, но лич­но я те­бя не за­бу­ду уж точ­но, ког­да, даст бог, все бла­го­по­луч­но за­вер­шит­ся. - Наст­рое­ние у Ки­ра­ко­ся­на, су­дя по го­ло­су, и впрямь улуч­ши­лось. - Вот бы еще са­мо­му Пет­ро­со­ву подт­вер­дить на­шу ги­по­те­зу - це­ны бы те­бе не бы­ло. А по­че­му, собст­вен­но, и нет? Есть идея, Ген­рих.

- Слу­шаю вас.

- По­че­му бы те­бе завт­ра в пол­день не приг­ла­сить к се­бе это­го Пет­ро­со­ва, ска­жем, для уточ­не­ния ка­ких-то там фак­тов?

- Мож­но. Толь­ко в э­том слу­чае луч­ше бу­дет приг­ла­сить не од­но­го его, а нес­коль­ких сот­руд­ни­ков, что­бы не выз­вать по­доз­ре­ний. А за­чем это вам, Сам­вел Вар­та­но­вич?

- А вот завт­ра пе­ред встре­чей всё и уз­наешь. И еще. Я хо­тел бы, так ска­зать, нез­ри­мо при­сутст­во­вать при раз­го­во­ре. Это воз­мож­но?

- Без проб­лем.

- Тог­да до встре­чи.

По­ве­сив труб­ку, Ки­ра­ко­сян сра­зу наб­рал но­мер свое­го но­во­го на­чаль­ни­ка ох­ра­ны.

- Най­ди в пос­лед­нем от­че­те Ада­мя­на наз­ва­ние ули­цы, на ко­то­рой жи­вет Ар­тур Сте­па­нян.

- На Атар­бе­кя­на, Сам­вел Вар­та­но­вич, и под­черк­ну­то за­чем-то: ря­дом с до­мом Го­ра Ца­ту­ря­на…

Неж­но пот­ре­пав по го­ло­ве Мар­ки­за, Ки­ра­ко­сян до­воль­ный отп­ра­вил­ся спать.

 

 

76

 

Ок­на в квар­ти­ре Ка­за­ря­на вы­хо­ди­ли на раз­ные ули­цы. Два из них смот­ре­ли в пе­реу­лок, а од­но - пря­мо на дверь ра­йон­ной биб­лио­те­ки, рас­по­ло­жен­ной в до­ме нап­ро­тив. В ча­сы ее ра­бо­ты Ка­за­рян по­дол­гу за­дер­жи­вал­ся воз­ле это­го ок­на, пы­таясь уга­дать, сколь­ко че­ло­век по­се­тит чи­таль­ню, ска­жем, за де­сять или пят­над­цать ми­нут. И бы­ва­ло, от­га­ды­вал. Но се­год­ня ему фа­таль­но не вез­ло. Все его по­пыт­ки пе­реп­ро­ве­рить свою ин­туи­цию за­кон­чи­лись неу­дач­но. Ни од­но­го точ­но­го по­па­да­ния. Че­ло­век дея­тель­ный, Ка­за­рян не знал ку­да се­бя де­вать в дол­гие дни на­вя­зан­но­го ему “от­пус­ка” и та­ким спо­со­бом ко­ро­тал вре­мя до не­на­вист­но­го ча­са от­хо­да ко сну.

Пос­ле нео­жи­дан­но­го отст­ра­не­ния от ра­бо­ты он ста­рал­ся дер­жать­ся пе­ред род­ны­ми с на­пуск­ным спо­койст­вием, хо­тя на ду­ше у не­го кошки скребли. И до­маш­ние это хо­ро­шо по­ни­ма­ли и по­дыг­ры­ва­ли ему, де­лая вид, что ни­че­го не слу­чи­лось и все нор­маль­но.

- Ка­жет­ся, дождь со­би­рает­ся. Неу­же­ли ты ре­шил про­гу­лять­ся в та­кую по­го­ду? - зап­ро­тесто­ва­ла же­на в один из ве­че­ров, уви­дев, что муж стоит оде­тый в при­хо­жей, со­би­раясь вый­ти из до­ма, хо­тя зна­ла по опы­ту, что, ес­ли он что-ли­бо за­ду­мал, от­го­во­рить его уже не удасть­ся.

Ока­зав­шись на ули­це, пол­ков­ник по­жа­лел, что не пос­лу­шал­ся же­ны: дул хо­лод­ный ве­тер и шел мел­кий дождь со сне­гом.

Ни­ка­ких осо­бых пла­нов у Ка­за­ря­на на ве­чер не бы­ло. Вот уже не­де­лю, как он на­хо­дил­ся в вы­нуж­ден­ном простое и отк­ро­вен­но ску­чал без лю­би­мой ра­бо­ты. Пол­ков­ник был в кур­се то­го, что сра­зу пос­ле его ухо­да в от­пуск де­ло Ки­ра­ко­ся­на спеш­но пе­ре­да­ли в про­ку­ра­ту­ру. И нес­мот­ря на зап­рет ру­ко­водст­ва поп­ро­сил своих быв­ших под­чи­нен­ных про­дол­жать расс­ле­до­ва­ние и сооб­щать ему о всех но­вых фак­тах по дан­но­му де­лу. Он под­соз­на­тель­но чувст­во­вал, что вок­руг не­го про­дол­жают­ся ка­кие-то про­цес­сы, но разобраться в них не мог. Как про­фи, он по-преж­не­му был уве­рен, что си­туа­ция тре­бо­ва­ла про­дол­жить поиск, и при этом в быст­ром темпе. Но при ны­неш­нем раск­ла­де дел ни вре­ме­ни, ни воз­мож­ностей на это уже не оста­ва­лось. И Ка­за­рян ре­шил­ся на шаг, на ко­то­рый в иной си­туа­ции ни­ког­да не по­шел бы. Втай­не от всех он на­ду­мал встре­тить­ся с Го­ром Ца­ту­ря­ном - тот, по его мне­нию, мог вла­деть нуж­ной ин­фор­ма­цией и, учи­ты­вая их ста­рое зна­комст­во, по­де­лить­ся с ним или хо­тя бы дать ка­кую-ни­будь за­цеп­ку. Прав­да, пол­ной уве­рен­ности в том, что Гор бу­дет отк­ро­ве­нен с ним, у не­го не бы­ло, но по­пы­тать­ся стои­ло.

Ад­рес Го­ра, как ни стран­но, он пом­нил еще с тех вре­мен, ког­да впер­вые доп­ра­ши­вал его в по­ли­ции. Он не пре­дуп­ре­дил Гора о своем ви­зи­те и не поз­во­нил ему. Просто взял и пое­хал к не­му.

Пой­мав так­си, Ка­за­рян наз­вал во­ди­те­лю ули­цу. А пер­вый же встре­тив­ший­ся ему на месте про­хо­жий подс­ка­зал, как прой­ти к до­му Го­ра. Нео­жи­дан­ная прег­ра­да в ли­це двух мо­ло­дых лю­дей со спор­тив­ной вып­рав­кой встре­ти­ла его у са­мых во­рот, ку­да Ка­за­рян на­ме­ре­вал­ся вой­ти.

- Ты, ча­сом, не ошиб­ся ад­ре­сом, дя­дя? - стро­го спро­сил один из них, прег­ра­див ему до­ро­гу.

- Вро­де нет, ес­ли это, ко­неч­но, дом двад­цать один и в нем всё еще жи­вет Гор Ца­ту­рян, - спо­кой­но от­ве­тил пол­ков­ник.

- Ну, до­пустим. А ты ему кто бу­дешь? - не уни­мал­ся здо­ро­вяк.

- Да ты же сам толь­ко что наз­вал ме­ня дя­дей. И представь, не ошиб­ся, - улыб­нул­ся Ка­за­рян. - Родст­вен­ник я Го­ру, прав­да, даль­ний. По ма­те­ринс­кой ли­нии. Зо­вут Ка­за­рян, а при­шел я по де­лу.

- Даль­ний, го­во­ришь? Ну тог­да по­дож­ди нем­но­го, дя­дя. - Па­рень кив­нул то­ва­ри­щу и тот скрыл­ся за во­ро­та­ми.

Ка­за­рян за­ку­рил. Как ни стран­но, он чувствовал се­бя со­вер­шен­но спо­кой­но, буд­то при­шел на ого­нек к близ­ко­му дру­гу, а не к кри­ми­наль­но­му ав­то­ри­те­ту.

…Гор был одет по-до­маш­не­му просто. Си­ний спор­тив­ный костюм до­пол­ня­ли бе­лая фу­фай­ка с эмб­ле­мой ка­ко­го-то клу­ба и мяг­кие шле­пан­цы, на­де­тые не по се­зо­ну на бо­су но­гу. На шее из-под май­ки прог­ля­ды­ва­лась, поб­лес­ки­вая, тон­кая зо­ло­тая це­поч­ка. Ка­за­рян уз­нал ее сра­зу. Это был по­да­рок бра­та, с ко­то­рым Гор расста­вал­ся толь­ко в иск­лю­чи­тель­ных слу­чаях.

Хо­зяин до­ма си­дел в глу­бо­ком ко­жа­ном крес­ле и с лю­бо­пытст­вом ждал появ­ле­ния не­по­нят­но от­ку­да взяв­ше­го­ся дя­ди, о ко­то­ром ему толь­ко что сооб­щи­ли. Но ког­да гость во­шел в со­про­вож­де­нии все то­го же ох­ран­ни­ка, Гор не по­ве­рил своим гла­зам. Он ожи­дал уви­деть ко­го угод­но, но толь­ко не его. Это был Ка­за­рян, тот са­мый сле­до­ва­тель, ко­то­рый впер­вые отп­ра­вил его, тог­да еще сов­сем па­ца­на, за ре­шет­ку. И ко­то­рый отп­рав­лял по­том еще не раз. И что ин­те­рес­но, Ка­за­рян са­жал его, а Гор тем не ме­нее зла на не­го не дер­жал. Не за­бы­вал, как тот упор­но бо­рол­ся за не­го, убеж­дал, что он зас­лу­жи­вает луч­шей до­ли, что нель­зя так без­дар­но тра­тить го­ды… И вот те­перь, спустя столь­ко лет, этот че­ло­век вдруг опять нео­жи­дан­но поя­вил­ся в его жиз­ни.

- Ви­жу, ви­жу, удив­лен, - улыб­нул­ся Ка­за­рян, до­воль­ный эф­фек­том, ко­то­рый он произ­вел своим нео­жи­дан­ным появ­ле­нием.

- Чест­но? Не ожи­дал уви­деть вас, Кар­лен Аб­га­ро­вич, пос­ле столь­ких лет, - в свою оче­редь улыб­нул­ся Гор, ра­душ­но приг­ла­шая гостя сесть, а про се­бя по­ду­мал: “Грайр как в во­ду гля­дел, ут­верж­дая, что че­рез Ме­ли­ка все заин­те­ре­со­ван­ные ли­ца в кон­це кон­цов вый­дут на ме­ня”.

- Хо­чешь верь, хо­чешь нет, Гор, но всё по­лу­чи­лось как-то са­мо со­бой. Шел ми­мо - дай, ду­маю, заг­ля­ну к Го­ру, пос­мот­рю, как он там и что. Прав­да, не скрою, дав­но хо­тел по­ви­дать­ся с то­бой. На­деюсь, не про­го­нишь, ес­ли, ко­неч­но, зла на ме­ня не дер­жишь.

- Ка­кое зло, Кар­лен Аб­га­ро­вич! Сколь­ко се­бя пом­ню, вы всег­да бы­ли пра­виль­ным мен­том, за что вас все и ува­жа­ли. А что ка­сает­ся ви­зи­та - для ме­ня не важ­но, с умыс­лом вы приш­ли или без оно­го. Не толь­ко не про­го­ню, но и чаем уго­щу, а ес­ли по­же­лае­те, чем и пок­реп­че, - ве­се­ло от­реа­ги­ро­вал Гор на не­лов­кое объяс­не­ние гостя. - Толь­ко вы тут па­ру ми­нут пос­ку­чай­те, по­ка я поп­ро­шу чай за­ва­рить, - и, не реа­ги­руя на воз­ра­же­ния Ка­за­ря­на, быст­ро вы­шел из ком­на­ты.

Остав­шись один, пол­ков­ник с лю­бо­пытст­вом ог­ля­дел­ся. Доб­рот­ный дом, ни­че­го не ска­жешь. Но не бо­лее то­го. Сра­зу вид­но, па­рень не ши­кует, жи­вет скром­но. По­дой­дя к сте­не, где ви­се­ли ста­рые се­мей­ные фо­тог­ра­фии, он при­нял­ся не спе­ша расс­мат­ри­вать их. За этим за­ня­тием и застал его Гор.

- Чай сей­час по­да­дут, - ска­зал он. - А вы по­ка са­ди­тесь сю­да, к сто­лу да расс­ка­жи­те, как жи­ве­те. Всё с преступ­ностью воюе­те? И не­бось уже ге­не­ра­лом ста­ли?

- Ге­не­ра­лом я не стал, - от­мах­нул­ся Ка­за­рян, - все­го лишь пол­ков­ник, ес­ли это те­бе так уж ин­те­рес­но.

- Ну, пол­ков­ник так пол­ков­ник. Я бы до­ба­вил: настоя­щий пол­ков­ник, - зас­меял­ся Гор. - Лад­но, оста­вим шут­ки в сто­ро­ну, Кар­лен Аб­га­ро­вич. Я ду­маю, вы все-та­ки приш­ли ко мне не просто так, вер­но? - пря­мо спро­сил Гор.

- Пра­виль­но ду­маешь. Я к те­бе по­со­ве­то­вать­ся при­шел по од­но­му важ­но­му для ме­ня воп­ро­су, по­мо­жешь?

- О чем речь, Кар­лен Аб­га­ро­вич…

Они се­ли за стол друг про­тив дру­га, и ка­кое-то вре­мя в ком­на­те ца­ри­ла ти­ши­на. Гор при­го­то­вил­ся слу­шать, а Ка­за­рян всё ни­как не мог оп­ре­де­лить­ся, с че­го же ему на­чать. На­ко­нец ре­шил­ся, хоть и за­шел из­да­ле­ка.

- Слы­шал, Гор, ты с преж­ней жизнью за­вя­зал. Рад за те­бя. И чем ты сей­час за­ни­маешь­ся, ес­ли не сек­рет?

- Да ни­чем осо­бен­ным. Отк­рыл не­боль­шое ох­ран­ное агентст­во, ра­бо­таю по­нем­но­гу.

- Ох­ран­ное? - прит­во­рил­ся неос­ве­дом­лен­ным Ка­за­рян. - Ин­те­рес­но. Вот отп­ра­вят ме­ня ско­ро на пен­сию, пря­ми­ком при­ду к те­бе под­ра­ба­ты­вать.

- Что ж, хо­ро­шие спе­цы мне нуж­ны, бу­ду толь­ко рад. А ког­да отп­ра­вят? - по­лу­шу­тя-по­лу­серьез­но ос­ве­до­мил­ся Гор.

- Ско­ро. Всё идет имен­но к это­му.

- Что, есть ос­но­ва­ния для та­кой уве­рен­ности?

- Есть, и не­ма­лые, что, собст­вен­но, и ста­ло од­ной из при­чин мое­го при­хо­да. Я возг­лав­лял следст­вен­ную груп­пу, ко­то­рая до не­дав­не­го вре­ме­ни за­ни­ма­лась расс­ле­до­ва­нием од­но­го на­шу­мев­ше­го де­ла. Слы­шал об ог­раб­ле­нии до­ма Ки­ра­ко­ся­на?

- До­пустим, слы­шал. Об этом уже ме­сяц су­да­чит весь го­род, - осто­рож­но ска­зал Гор. Он уже поч­ти не сом­не­вал­ся, что Ка­за­рян что-то знает или, воз­мож­но, до­га­ды­вает­ся о чем-то и в раз­го­во­ре с ним, Го­ром, по­пы­тает­ся про­щу­пать, нас­коль­ко вер­на его до­гад­ка. “Что ж, - по­ду­мал Гор, - поп­ро­бую по­мочь ему, а ес­ли по­чувст­вую, что он иск­ре­нен, поста­раюсь прив­лечь на свою сто­ро­ну… Ду­маю, не про­га­даю. Как го­во­рит Грайр - чем боль­ше чест­ных лю­дей бу­дет вов­ле­че­но в борь­бу про­тив оли­гар­хов, тем боль­ше у нас бу­дет шан­сов на ус­пех”. - И что же?

- А то, что дней семь на­зад ме­ня вдруг отст­ра­ни­ли от ру­ко­водст­ва опе­ра­цией и без объяс­не­ния при­чи­ны отп­ра­ви­ли в кад­ро­вый ре­зерв. Реаль­но­го по­во­да для при­ня­тия та­ко­го ре­ше­ния не бы­ло. Всё это насто­ра­жи­вает и на­во­дит на мысль, что в де­ле ог­раб­ле­ния не всё так од­ноз­нач­но, как ка­жет­ся. И се­год­ня это подт­верж­дает­ся вспых­нув­ши­ми вдруг кри­ми­наль­ны­ми, и не толь­ко, раз­бор­ка­ми, в ко­то­рых, как ока­за­лось, не пос­лед­нюю скрип­ку иг­рают на­ши… Ну, сам по­ни­маешь, ко­го я имею в ви­ду… - при этих сло­вах он мно­гоз­на­чи­тель­но пос­мот­рел вверх.

Он хо­тел до­ба­вить к ска­зан­но­му еще что-то, но за­мол­чал, так как в ком­на­ту вош­ла по­жи­лая жен­щи­на, осто­рож­но ка­тив­шая пе­ред со­бой не­боль­шой сто­лик на ко­ле­си­ках. С настоя­щим са­мо­ва­ром на нем, за­ва­роч­ным чай­ни­ком, до­маш­ней пах­ла­вой и ва­реньем из ле­пест­ков ро­зы, ко­то­рое так лю­бил Ка­за­рян. Поз­до­ро­вав­шись с гостем, она быст­ро раз­ло­жи­ла на сто­ле уго­ще­ние и, раз­лив в ста­ка­ны чай, выш­ла.

- Со­чувст­вую, ко­неч­но, вам, Кар­лен Аб­га­ро­вич, хо­тя ни­как не мо­гу уло­вить ход ва­ших мыс­лей. - Гор про­дол­жал де­лать вид, что не по­ни­мает, ку­да кло­нит Ка­за­рян.

- Я при­шел к те­бе, Гор, не за со­чувст­вием. Ме­ня не вол­нует воп­рос моей отстав­ки. Представь, ме­ня да­же не ин­те­ре­суют те лю­ди, ко­то­рые при­ло­жи­ли ру­ку к это­му ог­раб­ле­нию. Ме­ня за­бо­тит дру­гое: что же та­кое осо­бен­ное бы­ло изъя­то у Ки­ра­ко­ся­на, из-за че­го под­нял­ся весь этот шум? И хо­тя ты ото­шел от преж­них дел, не мо­жет быть, что­бы до те­бя не дош­ли ка­кие-ни­будь слу­хи или в твоем кру­гу хо­тя бы раз не об­суж­да­ли этот ин­ци­дент. Вот по­че­му ме­ня ин­те­ре­сует твой взгляд на проис­хо­дя­щее, и я на­деюсь, ты по­мо­жешь мне.

- Вы шу­ти­те, Кар­лен Аб­га­ро­вич? - уди­вил­ся Гор.

- Ни­чуть, - от­ве­тил Ка­за­рян. - Ты единст­вен­ный человек, к ко­му я пос­ле дол­гих ко­ле­ба­ний ре­шил­ся об­ра­тить­ся за разъяс­не­ния­ми и кто бо­лее или ме­нее внят­но мо­жет прояс­нить мне соз­дав­шую­ся си­туа­цию ис­хо­дя из свое­го преж­не­го опы­та. Из­ви­ни за на­по­ми­на­ние.

- По­нят­но, - по­жал пле­ча­ми Гор. - Хо­тя я нес­коль­ко и удив­лен ва­шим вы­бо­ром со­вет­чи­ка в моем ли­це. Не скрою, Кар­лен Аб­га­ро­вич, что меж­ду со­бой мы па­ру раз го­во­ри­ли о Ки­ра­ко­ся­не, но даль­ше обыч­ных пе­ре­су­дов де­ло не шло. Из то­го же, что я слы­шал от дру­гих, мож­но пред­по­ло­жить лишь од­но: к дан­но­му ог­раб­ле­нию при­част­ны, ско­рее все­го, гаст­ро­ле­ры. Хо­тя, ко­неч­но, не обош­лось тут и без мест­ных. Но да­же ес­ли кто-ли­бо из них и при­ло­жил к это­му ру­ку, то дав­но за­лег на дно и вряд ли объя­вит­ся в бли­жай­шее вре­мя - ес­ли у не­го, ко­неч­но, на пле­чах го­ло­ва, а не что-то дру­гое. Что же ка­сает­ся пред­ме­та поис­ка, то тут уж поз­воль­те не по­ве­рить вам: мыс­ли­мое ли это де­ло, что­бы на­чаль­ник следст­вен­но­го от­де­ла не знал, что бы­ло изъя­то при ог­раб­ле­нии?

Гор за­мол­чал и вы­жи­да­тель­но пос­мот­рел на Ка­за­ря­на. От прав­ди­во­го от­ве­та пол­ков­ни­ка за­ви­се­ло те­перь, пой­дет ли он в раз­го­во­ре с ним на даль­ней­ший кон­такт, что­бы под­вести Ка­за­ря­на к су­ти де­ла, или ог­ра­ни­чит­ся толь­ко тем, что уже ска­зал. У пол­ков­ни­ка, су­дя по все­му, на не­го ни­че­го нет, од­но лишь по­доз­ре­ние, что он мог быть в ка­кой-то ме­ре при­частен к ог­раб­ле­нию, но по­доз­ре­ние, как го­во­рит­ся, к де­лу не пришьешь.

- Это-то ме­ня все вре­мя и насто­ра­жи­ва­ло, - пос­ле не­боль­шой пау­зы от­ве­тил по­ли­цейс­кий. - Речь шла иск­лю­чи­тель­но о по­хи­щен­ных до­ку­мен­тах, и ни о чем дру­гом. Раз­ве та­кое воз­мож­но?

- Что ж, это впол­не по­хо­же на прав­ду, и я не ду­маю, что­бы Ки­ра­ко­сян здесь лу­ка­вил, - мно­гоз­на­чи­тель­но за­ме­тил Гор. - Су­ди­те са­ми - с че­го бы это вдруг на­ши аку­лы от биз­не­са и от по­ли­ти­ки од­нов­ре­мен­но за­би­ли в на­бат, ес­ли бы у од­но­го из них что-то там вы­нес­ли из до­ма, не важ­но что - день­ги или цен­ности? Да ник­то из этих лю­дей, по­верь­те, и гла­зом бы не морг­нул из-за та­кой ме­ло­чи и, тем бо­лее, не афи­ши­ро­вал бы слу­чив­шее­ся. А тут вон ка­кая па­ни­ка на­ча­лась! Сле­до­ва­тель­но, бу­ма­ги и впрямь важ­ные, ес­ли под­нял­ся та­кой пе­ре­по­лох и мо­би­ли­зо­ва­ны все си­лы на их поиск.

- И все-та­ки я не по­ни­маю, что это за до­ку­мен­ты, и, ес­ли они настоль­ко важ­ны, по­че­му хра­ни­лись в до­ме у Ки­ра­ко­ся­на? - упорст­во­вал Ка­за­рян.

- Да уж, на­вер­ное, не бюд­жет­ные справ­ки или на­ло­го­вые дек­ла­ра­ции, а неч­то дру­гое, не пред­наз­на­чен­ное для посто­рон­не­го гла­за… - улыб­нул­ся Гор.

- А те­перь их нет. Они впол­не мо­гут ока­зать­ся у ко­го угод­но, нап­ри­мер у по­тен­циаль­ных вра­гов Ки­ра­ко­ся­на, и ес­ли они, эти до­ку­мен­ты, изоб­ли­чают в чем-то дейст­вую­щую власть, то оп­по­зи­ция, заи­мев та­кие ули­ки, мол­чать не ста­нет и вос­поль­зует­ся ими как про­пус­ком на­верх. Так что не иск­лю­че­но, что се­год­няш­няя статья в га­зе­те - пер­вый от­го­ло­сок этих са­мых до­ку­мен­тов. Так? - Ка­за­рян пос­мот­рел на Го­ра.

- Что-то вро­де это­го, - от­ве­тил Гор.

- Что ж, мо­жет стать­ся, всё так и есть, - по­ды­то­жил Ка­за­рян и вдруг взор­вал­ся: - Но я-то тут при ­чем? Ме­ня-то за что отст­ра­ни­ли, я ведь все­го лишь простой сыс­карь, не по­ли­тик, не биз­нес­мен и всег­да был да­лек от по­доб­ных раз­бо­рок.

- Здесь как раз все просто. Ско­рее все­го, за ва­шу прин­ци­пиаль­ность, - улыб­нул­ся Гор. - Увы, в этом де­ле Ки­ра­ко­ся­ну и его ок­ру­же­нию чест­ные сле­до­ва­те­ли не нуж­ны - толь­ко бесс­ло­вес­ные ис­пол­ни­те­ли, ко­то­рые не ста­нут за­да­вать неу­доб­ных воп­ро­сов и со­вать нос ку­да не сле­дует. А вы не смол­ча­ли бы, об­на­ру­жив что-то про­ти­во­за­кон­ное, и по­то­му в их схе­му не ук­ла­ды­ва­лись. Или, мо­жет, я оши­баюсь?

- На­вер­ное, нет. И что мне те­перь де­лать? Сми­рить­ся?

- За­чем? Пред­ла­гаю дру­гое, Кар­лен Аб­га­ро­вич. Мо­жет, это и к луч­ше­му, что вы сей­час не у дел. Не­го­же ра­ди Ки­ра­ко­ся­на в этой гря­зи ко­по­шить­ся, что­бы вы­та­щить его. Я поста­раюсь по­со­дейст­во­вать вам в поис­ке по­хи­щен­но­го. Мне и са­мо­му те­перь хо­чет­ся уз­нать, че­го так боит­ся Ки­ра­ко­сян…

Поз­же Гор под­роб­но пе­рес­ка­зал Грай­ру свой раз­го­вор с Ка­за­ря­ном и по­де­лил­ся с ним за­дум­кой от­но­си­тель­но опаль­но­го пол­ков­ни­ка.

 

 

77

 

Ут­ром во вре­мя тра­ди­цион­ной пла­нер­ки ре­дак­тор пре­дуп­ре­дил Ка­ри­ну Па­пи­нян и Ашо­та Пет­ро­со­ва, что­бы они ни­ку­да не от­лу­ча­лись из ре­дак­ции.

- В пол­день нас ждут в эм­вэ­дэ… - ска­зал он и мрач­но по­шу­тил: - У на­ших доб­лест­ных сыс­ка­рей поя­ви­лись к нам до­пол­ни­тель­ные воп­ро­сы по пуб­ли­ка­ции.

Не ви­дя в этом ни­че­го нео­быч­но­го, Ашот всё же сра­зу пос­ле ле­туч­ки свя­зал­ся с Грай­ром и пре­дуп­ре­дил его об этом.

- С че­го бы это вдруг? - уди­вил­ся Грайр. - Они же всё выяс­ни­ли еще вче­ра. Ты уве­рен, что ни­чем слу­чай­но не вы­дал се­бя?

- Аб­со­лют­но. Ду­маю, приг­ла­ше­ние но­сит чисто фор­маль­ный ха­рак­тер и приз­ва­но по­ка­зать, как эф­фек­тив­но ра­бо­тает по­ли­ция. Я поз­во­ню пос­ле встре­чи.

- Не ска­жи, Ашот, не все так просто, как те­бе ка­жет­ся, - за­дум­чи­во произ­нес Грайр. - Тут что-то не так. На­до бы пе­ре­го­во­рить с Го­ром.

…Из всех приг­ла­шен­ных в спе­циаль­ную ком­на­ту для доп­ро­сов по­че­му-то пос­лед­ним за­ве­ли Ашо­та Пет­ро­со­ва. К то­му мо­мен­ту, ког­да он во­шел ту­да, его кол­лег дав­но уже от­пусти­ли вос­воя­си. По­че­му в этой оче­ре­ди на доп­рос пос­лед­ним ока­зал­ся он, Ашот так и не по­нял. Ло­гич­нее бы­ло бы доп­ро­сить под за­на­вес глав­ре­да или хо­тя бы от­вет­сек­ре­та­ря, ко­то­рые вла­де­ли го­раз­до боль­шей ин­фор­ма­цией, чем он. Но, ви­ди­мо, по­ли­цию уст­раи­ва­ла имен­но та­кая пос­ле­до­ва­тель­ность.

На бе­се­ду с каж­дым из приг­ла­шен­ных жур­на­листов от­во­ди­лось не бо­лее пя­ти ми­нут. А это зна­чи­ло, что мак­си­мум че­рез час он уже бу­дет в ре­дак­ции, где его ждет статья, над ко­то­рой он сей­час ра­бо­тал.

В ком­на­те си­де­ли те са­мые сле­до­ва­те­ли, ко­то­рые при­хо­ди­ли на­ка­ну­не в ре­дак­цию. Пет­ро­сов впер­вые в жиз­ни по­пал в по­ли­цию и с лю­бо­пытст­вом ог­ля­дел­ся. По­ме­ще­ние бы­ло не­боль­шим, с кра­си­вой зер­каль­ной сте­ной и ми­ниа­тюр­ной ка­ме­рой наб­лю­де­ния над вход­ной дверью. В цент­ре стоял при­вин­чен­ный к по­лу пря­моу­голь­ный стол и нес­коль­ко стульев.

Сле­до­ва­те­ли уса­ди­ли Ашо­та спи­ной к две­ри, а са­ми прист­рои­лись сбо­ку. Как че­ло­век, не по­нас­лыш­ке зна­ко­мый с ра­бо­той по­ли­ции и не раз пи­сав­ший на кри­ми­наль­ные те­мы, Пет­ро­сов, ко­неч­но, знал о функ­цио­наль­ном наз­на­че­нии зер­каль­ной сте­ны, ко­то­рая поз­во­ля­ла на­хо­див­шим­ся за ней лю­дям ви­деть и слы­шать всё, что тво­ри­лось в ком­на­те, но в тот мо­мент он и пред­по­ло­жить не мог, что от­ту­да за ним сей­час наб­лю­дают не­ви­ди­мые сви­де­те­ли, с не­тер­пе­нием ожи­даю­щие на­ча­ла раз­го­во­ра.

- Ну, как де­ла, Ашот Пет­ро­сов, - так, ка­жет­ся, вас зо­вут? - неб­реж­но спро­сил один из сле­до­ва­те­лей.

Жур­на­лист, по­жав пле­ча­ми, иг­но­ри­ро­вал этот ри­то­ри­чес­кий воп­рос.

- Бу­дем зна­ко­мы, я стар­ший сле­до­ва­тель опе­ра­тив­но­го уп­рав­ле­ния ка­пи­тан Ма­ну­кян. А это, - он кив­нул на вто­ро­го сле­до­ва­те­ля, - мой кол­ле­га, ка­пи­тан Са­га­те­лян. У нас к вам нес­коль­ко воп­ро­сов. Но преж­де…

- Ска­зать доб­ро­воль­но ни­че­го не же­лаешь, гос­по­дин Пет­ро­сов? - вдруг рявк­нул вто­рой опер, пе­ре­бив то­ва­ри­ща. - Мо­жет, вспом­нил что? Та­кое бы­вает, и это приз­на­ние те­бе зач­тет­ся.

- Не смеш­но! - от­ре­зал Пет­ро­сов, удив­лен­ный да­же не гру­бостью, а фа­мильяр­ностью то­го. - Вспо­ми­нать мне не­че­го. И с че­го это вдруг вы мне ты­че­те, вро­де мы с ва­ми на бру­дер­шафт не пи­ли…

- Эх, Ашот, не жа­леешь ты се­бя, го­ло­ву свою подстав­ляешь ра­ди ко­го-то… Мы же к те­бе всем серд­цем… - с уко­риз­ной про­тя­нул Ма­ну­кян. - В га­зе­те дав­но ра­бо­таешь?

- Боль­ше че­ты­рех лет. Но вы так и не от­ве­ти­ли на мой воп­рос, - не­го­дую­ще ска­зал Ашот.

- Хо­ро­шо-хо­ро­шо, ус­по­кой­ся, ты­кать боль­ше не бу­дем. А до га­зе­ты чем за­ни­ма­лись? - про­дол­жил сле­до­ва­тель.

- Учил­ся. По­том слу­жил в ар­мии, а пос­ле при­шел в га­зе­ту. По­че­му вас это ин­те­ре­сует?

- Да так. А жи­вешь где?

- В Ма­си­се.

- И от­ту­да ты, то есть, прости­те, вы, каж­дый день на ра­бо­ту в Ере­ван ез­ди­те?! - де­лан­но уди­вил­ся Ма­ну­кян, как буд­то Ма­сис на­хо­дил­ся не в де­ся­ти ми­ну­тах ез­ды от сто­ли­цы, а на Се­вер­ном по­лю­се и он не знал, что так посту­пают се­год­ня мно­гие жи­те­ли близ­ле­жа­щих ра­йо­нов, кто ра­бо­тает в го­ро­де.

- Нет. Я уже год квар­ти­рую здесь, на Атар­бе­кя­на.

- В Ме­так­се, что ли? Здо­ро­во! Так ты на­вер­ня­ка Го­ра Ца­ту­ря­на знаешь и дру­га его, Сте­па­ня­на?

На­ко­нец всё вста­ло на свои места! Вот где, ока­зы­вает­ся, со­ба­ка за­ры­та и в чем истин­ная при­чи­на ра­зыг­ры­вае­мо­го фар­са! Просто так о Го­ре они не спро­си­ли бы, сле­до­ва­тель­но, что-то знают. Ашот за­ду­мал­ся лишь на миг, преж­де чем от­ве­тить, но и это­го бы­ло доста­точ­но, что­бы опыт­ные опе­ра сра­зу по­ня­ли, что наз­ван­ные име­на жур­на­листу зна­ко­мы.

- Слы­шал, ко­неч­но, но лич­но не зна­ком.

- Уди­ви­тель­но, а вро­де жи­ве­те дом к до­му. Неу­же­ли так-та­ки ни ра­зу и не столк­ну­лись с ни­ми?.. Зна­чит, вам не­че­го ска­зать нам по это­му по­во­ду? - Взгляд сле­до­ва­те­лей стал злым и жест­ким.

- Ска­зать о чем?

- А о том, ког­да имен­но кри­ми­наль­ный ав­то­ри­тет Гор Ца­ту­рян, по клич­ке Ме­так­си Гор, поп­ро­сил те­бя об ус­лу­ге. А конк­рет­но - про­бить в га­зе­те комп­ро­мат на Ба­да­ля­на, что ты и сде­лал! - зао­рал вдруг Са­га­те­лян. - Ты приз­наешь­ся в этом?

- Нет, не бы­ло та­ко­го.

- Врешь! Гор уг­ро­жал те­бе?

- Нет.

- Сколь­ко он обе­щал зап­ла­тить за статью? Ты при­ни­мал участие в не­дав­нем ог­раб­ле­нии до­ма Ки­ра­ко­ся­на?

- Нет.

- Как дав­но состоишь в бан­де? Кто еще, по­ми­мо наз­ван­ных лиц, вхо­дит в груп­пи­ров­ку? Ка­кую цель прес­ле­дует Гор? Го­во­ри! - Воп­ро­сы сы­па­лись на жур­на­листа по на­растаю­щей и без раз­бо­ру. Уси­лен­ные кри­ком, они об­ре­та­ли для че­ло­ве­ка, к ко­то­ро­му бы­ли ад­ре­со­ва­ны, осо­бый пу­гаю­щий смысл.

- Пов­то­ряю, я не зна­ком с Ца­ту­ря­ном. - Го­лос Пет­ро­со­ва впер­вые с мо­мен­та на­ча­ла доп­ро­са слег­ка зад­ро­жал. - И к ин­те­ре­сую­щей вас статье от­но­ше­ния не имею.

- Лжешь! Вот по­ка­за­ния хо­зяев, у ко­то­рых ты сни­маешь квар­ти­ру. Мы встре­ча­лись с ни­ми се­год­ня ут­ром. По их сло­вам, ты зна­ком с Го­ром и в свое вре­мя он ока­зал те­бе ус­лу­гу. Так?

Ашот про­мол­чал, не зная, как реа­ги­ро­вать на этот нео­жи­дан­ный вы­пад сле­до­ва­те­ля.

- Вы­хо­дит, ты и Сте­па­ня­на Ар­ту­ра не знаешь?

- Нет, не знаю.

- Опять врешь! Из по­ка­за­ний той же квар­тир­ной хо­зяй­ки сле­дует, что нес­коль­ко дней на­зад Ар­тур при­хо­дил к те­бе ве­че­ром и вы о чем-то до­го­ва­ри­ва­лись. А наут­ро он явил­ся опять и вы вместе ку­да-то пое­ха­ли!

- Я не бу­ду боль­ше от­ве­чать на ва­ши воп­ро­сы без ад­во­ка­та, - уста­ло вы­дох­нул жур­на­лист. - И до­ба­вить к ска­зан­но­му мне боль­ше не­че­го.

- Тог­да, гос­по­дин Пет­ро­сов, - тор­жест­вен­но зая­вил Ма­ну­кян, - мы впра­ве за­дер­жать вас на семь­де­сят два ча­са, до выяс­не­ния не­ко­то­рых ин­те­ре­сую­щих нас обстоя­тельств, как од­но­го из ве­роят­ных соу­част­ни­ков расс­ле­дуе­мо­го преступ­ле­ния. Да, - вспом­нил он, - мо­же­те вос­поль­зо­вать­ся по за­ко­ну од­ним те­ле­фон­ным звон­ком.

Ма­ну­кян про­тя­нул Ашо­ту свой мо­биль­ник, но тот мол­ча от­вер­нул­ся.

- Как хо­ти­те. Ва­ше пра­во. - Ма­ну­кян ре­ши­тель­но на­жал кноп­ку вы­зо­ва. В ком­на­ту во­шел де­жур­ный сер­жант.

- Вынь­те из кар­ма­нов все со­дер­жи­мое! - ве­лел он за­дер­жан­но­му жур­на­листу.

Быст­ро соста­вив опись изъя­тых ве­щей, сер­жант пе­ре­дал бу­ма­гу на под­пись сле­до­ва­те­лю, а по­том Пет­ро­со­ву.

- Ес­ли вдруг что-то вспом­ни­те, дай­те знать, - бро­сил га­зет­чи­ку Са­га­те­лян и, по­вер­нув­шись к кон­вои­ру, при­ка­зал: - Про­во­ди за­дер­жан­но­го в ка­ме­ру.

Ед­ва Пет­ро­со­ва вы­ве­ли, как в ком­на­ту вош­ли те, кто все это вре­мя из-за зер­каль­ной шир­мы сле­дил за хо­дом доп­ро­са. Это бы­ли Ки­ра­ко­сян с Ата­не­ся­ном. Сле­до­ва­те­ли вы­тя­ну­лись по стой­ке “смир­но”, но те не об­ра­ти­ли на них вни­ма­ния. Взяв со сто­ла те­ле­фон Пет­ро­со­ва, оли­гарх об­ра­тил­ся к зам­ми­нист­ра:

- Ген­рих, при­ка­жи отс­ле­дить с не­го все пос­лед­ние звон­ки. И хо­ро­шо бы че­ло­ве­ка ва­ше­го по­тол­ко­вее в ка­ме­ру к не­му под­са­дить. - По­том, мот­нув го­ло­вой в сто­ро­ну опе­ров, до­ба­вил: - Пусть оста­вят нас на па­ру ми­нут.

Ата­не­сян сде­лал знак сле­до­ва­те­лям, но те не ше­лох­ну­лись.

- Раз­ре­ши­те воп­рос, Ген­рих Пет­ро­со­вич? - Ма­ну­кян за­мял­ся, не зная, как на­чать.

- Что у те­бя, Ма­ну­кян, го­во­ри. - Бы­ло за­мет­но, что Ата­не­сян и сам не прочь по­быст­рее по­ки­нуть эту ком­на­ту.

- Я по по­во­ду Пет­ро­со­ва.

- Го­во­ри.

- За­дер­жать-то его мы по ва­шей указ­ке за­дер­жа­ли, Ген­рих Пет­ро­со­вич, но что ука­зать в поста­нов­ле­нии? Улик про­тив не­го нет, рав­но как и приз­на­тель­ных по­ка­за­ний. В том, что он знает Ца­ту­ря­на и жи­вет с ним на од­ной ули­це, еще не до­ка­зы­вает его при­част­ность к бан­де и не дает по­во­да к за­дер­жа­нию.

- Ты это к че­му, Ма­ну­кян? - насто­ро­жил­ся Ата­не­сян.

- А к то­му, Ген­рих Пет­ро­со­вич, что ад­во­кат за­дер­жан­но­го пос­ле пер­во­го же по­се­ще­ния свое­го клиен­та ука­жет нам на на­ру­ше­ние про­цес­суаль­ных норм и пре­вы­ше­ние долж­ност­ных пол­но­мо­чий. То же са­мое выя­вит и про­вер­ка со сто­ро­ны про­ку­ра­ту­ры, со все­ми вы­те­каю­щи­ми от­сю­да пос­ледст­вия­ми. Вы га­ран­ти­руе­те, что нас не уво­лят из по­ли­ции?

Ата­не­сян про­мол­чал, не зная, что ска­зать, и с на­деж­дой по­смот­рел на Ки­ра­ко­ся­на.

- Не ду­маю, что­бы за эти три дня кто-то всерьез заин­те­ре­со­вал­ся место­на­хож­де­нием Пет­ро­со­ва, - ук­лон­чи­во от­ве­тил опе­ру оли­гарх. - По­ка уз­нают, что да как, гля­дишь, и си­туа­ция из­ме­нит­ся. В лю­бом слу­чае при­ду­май­те ка­кую-ни­будь при­чи­ну, а еще луч­ше вооб­ще ни­че­го не фик­си­руй­те. Ну за­дер­жа­ли и за­дер­жа­ли, вся­кое бы­вает. На­да­ви­те на не­го нем­но­го в ка­ме­ре - авось рас­ко­лет­ся, а там бу­дем дейст­во­вать по обстоя­тельст­вам. Ну а Ген­рих Пет­ро­со­вич вас при необ­хо­ди­мости прик­роет. И не толь­ко он, даю сло­во. А те­перь иди­те.

Сле­до­ва­те­ли выш­ли; Ата­не­сян об­лег­чен­но вздох­нул.

По­дой­дя к зер­каль­ной сте­не, Ки­ра­ко­сян пот­ро­гал ее ру­кой, приб­ли­зил к ней ли­цо, вгля­дел­ся в стек­ло, но, ни­че­го не уви­дев, по­вер­нул­ся к зам­ми­нист­ра.

- За­нят­но при­ду­ма­но, ни­че­го не ска­жешь… - одоб­ри­тель­но кив­нул он. - Ну так что ты еще соб­рал по Ца­ту­ря­ну кро­ме той справ­ки, ко­то­рую пе­рес­лал мне на днях?

- Прак­ти­чес­ки ни­че­го, - раз­вел ру­ка­ми Ата­не­сян. - По на­шим све­де­ниям, Ца­ту­рян пос­ле пос­лед­ней от­сид­ки дейст­ви­тель­но ото­шел от дел, ле­га­ли­зо­вал биз­нес, отк­рыл част­ное ох­ран­ное агентст­во, исп­рав­но пла­тит на­ло­ги и ни в чем про­ти­воп­рав­ном не за­ме­чен. Сло­вом, ве­дет се­бя как доб­ро­по­ря­доч­ный граж­да­нин.

- Да? И что ох­ра­няет это са­мое агентст­во? - яз­ви­тель­но спро­сил Ки­ра­ко­сян. - Во­ровс­кой об­щак или, мо­жет, са­мих за­кон­ни­ков?

- Что или ко­го - ска­зать не мо­гу, но кри­ми­наль­ных хвостов за ним мы по­ка не об­на­ру­жи­ли.

- И ты ве­ришь в эту ахи­нею, Ген­рих? Вор - доб­ро­по­ря­доч­ный граж­да­нин?! Это что-то но­вое, - уже не скры­вая ярости, бро­сил он в ли­цо Ата­не­ся­ну.

- Но я… - бе­зус­пеш­но по­пы­тал­ся вста­вить сло­во по­ли­цейс­кий.

- Не пе­ре­би­вай! Кто же тог­да вло­мил­ся в мой дом и ук­рал до­ку­мен­ты? Из-за них у нас сей­час зем­ля под но­га­ми го­рит! Раз­ве не ты убеж­дал ме­ня вче­ра, что все ни­ти ве­дут к не­му?

- Выс­лу­шай­те, Сам­вел Вар­та­но­вич...

- И не по­ду­маю! Слу­шать при­дет­ся те­бе. Ор­га­ни­зуешь в бли­жай­шие дни за­дер­жа­ние Ца­ту­ря­на, там и уви­дим, что это за птица…

- А под ка­ким пред­ло­гом за­дер­жать, Сам­вел Вар­та­но­вич?

- Удив­ляешь ты ме­ня, Ген­рих, все боль­ше и боль­ше. Как буд­то толь­ко вче­ра на свет ро­дил­ся и при­шел в по­ли­цию. Ну, най­ди­те у не­го в ма­ши­не ге­роин или ору­жие. Мне, что ли, учить те­бя, что де­лать?

 

 

78

 

Не ус­пел Гор вой­ти в ка­би­нет и снять курт­ку, как раз­дал­ся зво­нок внут­рен­не­го те­ле­фо­на.

- Зво­нит Баях­чян, сое­ди­нить?

Сколь­ко ни про­сил Гор сек­ре­тар­шу, что для оп­ре­де­лен­но­го кру­га лиц, име­на ко­то­рых ей хо­ро­шо из­вест­ны, он всег­да на месте, де­вуш­ка упор­но иг­но­ри­ро­ва­ла это тре­бо­ва­ние ше­фа и, преж­де чем подк­лю­чить его к ли­нии, при­леж­но спра­ши­ва­ла у не­го раз­ре­ше­ние.

- Сое­ди­ни. - “Стран­но, по­че­му Грайр не поз­во­нил на мо­биль­ный?” - по­ду­мал он и взял труб­ку.

- Ока­зы­вает­ся, за­быв­чив не толь­ко я. Твой мо­биль­ник с са­мо­го ут­ра отк­лю­чен, - объяс­нил Грайр свой зво­нок на го­родс­кой но­мер. - Ты смо­жешь подъе­хать ко мне че­рез час?

- Да, - так же ла­ко­нич­но от­ве­тил ему Гор. По­том достал из кар­ма­на мо­биль­ник. Ап­па­рат дейст­ви­тель­но не ра­бо­тал: ба­та­рей­ка раз­ря­ди­лась. Он подк­лю­чил те­ле­фон к за­ряд­но­му уст­ройст­ву и уже со­би­рал­ся выз­вать к се­бе Эди­ка, как его оста­но­вил но­вый зво­нок из прием­ной.

- Гор, тут при­шел Ваагн. Хо­чет прой­ти к вам, про­пустить?

- Ка­кой Ваагн?

- Он го­во­рит, па­роль “ха­кер”, вы пой­ме­те, - расс­мея­лась де­вуш­ка.

- По­нят­но, пусть вой­дет, - в свою оче­редь улыб­нул­ся Гор.

Гор не ви­дел Вааг­на с той са­мой их пер­вой встре­чи в Арз­ни и се­год­ня не ждал его вов­се.

- Ты по­че­му здесь? - стро­го спро­сил он, ког­да тот во­шел. - Мы же до­го­ва­рива­лись, что, ес­ли ты по­на­до­бишь­ся, я сам те­бя най­ду.

- Так вы же про­си­ли ме­ня соб­рать ин­фор­ма­цию по Ки­ра­ко­ся­ну, - оби­жен­но от­ве­тил Ваагн, про­тя­ги­вая Го­ру нес­коль­ко от­пе­ча­тан­ных мел­ким шриф­том стра­ниц. - Вот я и по­ду­мал…

- За ра­бо­ту спа­си­бо, но впредь да­вай без са­мо­дея­тель­ности. - Гор спе­циаль­но вы­де­лил пос­лед­нее сло­во, да­вая по­нять, что не­пос­лу­ша­ние Вааг­на мо­жет при­вести к бе­де.

Тот кив­нул.

- Лад­но, прое­ха­ли. Са­дись, пос­мот­рим, что ты су­мел соб­рать. Заод­но и бу­дешь да­вать разъяс­не­ния, ес­ли воз­ник­нут воп­ро­сы.

Но до­пол­ни­тель­ных пояс­не­ний от Вааг­на не пот­ре­бо­ва­лось. Все бы­ло яс­но и так. Как го­во­рит­ся, вся жизнь и дея­тель­ность оли­гар­ха бы­ла ука­за­на по пунк­там. Семья. Друзья. Ув­ле­че­ния. Биз­нес. Ка­пи­тал. Пос­лед­ние два заин­те­ре­со­ва­ли Го­ра осо­бен­но. Из них сле­до­ва­ло, что ак­ти­вы Ки­ра­ко­ся­на состав­ляют на се­год­няш­ний день ни мно­го ни ма­ло по­ряд­ка по­лу­то­ра мил­лиар­дов дол­ла­ров. И сей скром­ный слу­жи­тель на­ро­да, кро­ме нед­ви­жи­мости в са­мой Ар­ме­нии и из­вест­ной нам вил­лы на жи­во­пис­ном бе­ре­гу Пер­сидс­ко­го за­ли­ва, вла­деет еще собст­вен­ностью, как ми­ни­мум, в трех ев­ро­пейс­ких стра­нах. И речь в дан­ном слу­чае идет не толь­ко об особ­ня­ках, ях­тах и са­мо­ле­тах, но и дейст­вую­щих предп­рия­тиях, о ко­то­рых ник­то и ни­ког­да в Ар­ме­нии не слы­шал.

- А это на де­серт. - Ваагн про­тя­нул Го­ру сло­жен­ный вчет­ве­ро лист.

- Что это?

- Офи­циаль­ная дек­ла­ра­ция о до­хо­дах Ки­ра­ко­ся­на за прош­лый год, - за­го­вор­щи­чес­ки улыб­нул­ся Ваагн. - Там не ука­за­на и по­ло­ви­на то­го, что у не­го есть в реаль­ности. И по ней, он все­го лишь ря­до­вой биз­нес­мен сред­ней ру­ки. Вот так-то!

- Да­же не знаю, как бла­го­да­рить те­бя. - Гор был в за­ме­ша­тельст­ве и до­во­лен, как ни­ког­да. Он уже представ­лял, как уди­вит­ся Грайр, чи­тая все это.

- Я еще в тот раз по­нял, для че­го это нуж­но, - по­ка­чал го­ло­вой Ваагн. - И про­шу толь­ко об од­ном: поз­воль­те мне по­мо­гать вам.

- Хо­ро­шо, я по­ду­маю… - смяг­чил­ся Гор.

Пос­ле ухо­да Вааг­на он поз­во­нил Ка­за­ря­ну.

- Доб­рый день, Кар­лен Аб­га­ро­вич, это Гор.

На ми­ну­ту пол­ков­ник сме­шал­ся от нео­жи­дан­но­го звон­ка.

- Вам из­вест­на юри­ди­чес­кая кон­то­ра Баях­чя­на, что на ули­це Пуш­ки­на? - спро­сил Гор.

- Ком­па­ния мо­ло­до­го фи­лант­ро­па из Аме­ри­ки, ко­то­рый не бе­рет де­нег за свои ус­лу­ги? Мне ка­жет­ся, об этом че­ло­ве­ке и его при­чу­дах знают се­год­ня все. Од­но из двух: ли­бо он бас­нос­лов­но бо­гат, ли­бо банк­рот, ко­то­ро­му не­че­го те­рять. Впро­чем, это мое лич­ное мне­ние.

- Вот и хо­ро­шо. Толь­ко, во-пер­вых, он не всег­да и не для всех ра­бо­тает бесп­лат­но, а во-вто­рых, он лет пять как от­ка­зал­ся от аме­ри­канс­ко­го граж­данст­ва и при­нял ар­мянс­кое. Подъез­жай­те к не­му к че­ты­рем ча­сам, он бу­дет ждать. Ду­маю, у не­го есть что ска­зать вам…

 

 

79

 

Гор край­не ред­ко опаз­ды­вал на свои встре­чи. На этот раз ему ни­как не уда­ва­лось най­ти пар­ков­ку, а ког­да он на­ко­нец ус­мот­рел кро­шеч­ное прост­ранст­во не­по­да­ле­ку от офи­са Грай­ра и, кое-как втис­нув ту­да ма­ши­ну, поч­ти до­шел до места, он вдруг вспом­нил, что за­был в бар­дач­ке досье на оли­гар­ха, ко­то­рое под­го­то­вил Ваагн. Те­перь уже приш­лось возв­ра­щать­ся за ним, и в ито­ге он во­шел в дом на со­рок ми­нут поз­же ого­во­рен­но­го вре­ме­ни. Но Грайр был на месте и, как ока­за­лось, с не­тер­пе­нием ждал его. Выг­ля­дел он край­не обес­по­коен­ным.

- Заж­дал­ся, ду­мал, не при­дешь, - про­го­во­рил он нерв­но.

- Что слу­чи­лось, Грайр? Я те­бя та­ким оза­бо­чен­ным ни­ког­да еще не ви­дел, - обес­по­коил­ся Гор.

- Я ни­как не мо­гу доз­во­нить­ся до Пет­ро­со­ва, - с тре­во­гой ска­зал тот.

- И что? - уди­вил­ся Гор. - Ты же знаешь спе­ци­фи­ку его ра­бо­ты. Он мо­жет быть где угод­но - на пресс-кон­фе­рен­ции, на встре­че, на ин­тервью, ког­да не всег­да удоб­но от­ве­чать на звон­ки.

- Да, но в пол­день Ашот был в по­ли­ции, а не на за­да­нии.

- Где?! - не сра­зу осоз­нал ска­зан­ное Гор. - Что он там по­те­рял?

- Ах да, ты ведь еще не в кур­се, - взвол­но­ван­но пояс­нил Грайр. - Ашот зво­нил мне ут­ром. Пре­дуп­ре­дил, что вместе с не­сколь­ки­ми дру­ги­ми кол­ле­га­ми, вклю­чая ре­дак­то­ра и от­вет­сек­ре­та­ря, выз­ван в эм­вэ­дэ. Пос­ле че­го связь с ним обор­ва­лась.

- С че­го бы это вдруг? - за­дум­чи­во произ­нес Гор. - А Ашот не ска­зал, за­чем их выз­ва­ли?

- Нет, он не знал. Мне это приг­ла­ше­ние в по­ли­цию тоже по­ка­за­лось не­ло­гич­ным пос­ле вче­раш­не­го по­се­ще­ния га­зе­ты сле­до­ва­те­ля­ми. Поэ­то­му я и поз­во­нил те­бе.

- Поп­ро­си свою сек­ре­тар­шу сроч­но най­ти но­мер те­ле­фо­на ре­дак­ции, - ре­ши­тель­но ска­зал Гор.

Уже че­рез ми­ну­ту Гор зво­нил в га­зе­ту.

- Прости­те, вы не мог­ли бы поп­ро­сить к те­ле­фо­ну Ашо­та Пет­ро­со­ва?

- Боюсь, что нет. Он в го­ро­де, - от­ве­тил женс­кий го­лос.

- А он не ска­зал, ког­да бу­дет? Де­ло в том, что мы до­го­во­ри­лись встре­тить­ся в ре­дак­ции, а вре­мя уточ­нить не по­лу­чает­ся: его те­ле­фон не­досту­пен.

- По­ни­маю, но по­мочь, к со­жа­ле­нию, ни­чем не мо­гу. Мы то­же с ним не мо­жем свя­зать­ся, а его здесь ждут.

- Мо­жет, ре­дак­тор или от­вет­сек­ре­тарь в кур­се, где он? Или их то­же нет на месте? - про­дол­жал до­пы­ты­вать­ся Гор.

- По­че­му же? Они у се­бя.

- Хо­ро­шо, де­вуш­ка, спа­си­бо… Вы­хо­дит, в ре­дак­цию вер­ну­лись все, кро­ме Пет­ро­со­ва, - оза­бо­чен­но ска­зал он Грай­ру, за­кон­чив раз­го­вор. - Стран­но. Что мог­ли там предъя­вить Ашо­ту, что­бы взять и за­дер­жать его?

- Ума не при­ло­жу, - неоп­ре­де­лен­но от­ве­тил Грайр и уве­рен­но до­ба­вил: - В од­ном не сом­не­ваюсь - ес­ли его за­дер­жа­ли, то при­чи­на не в пуб­ли­ка­ции. Ему предъя­ви­ли что-то дру­гое.

- Хо­чешь ска­зать, нап­ри­мер, ка­ким-то об­ра­зом увя­за­ли его со мной? Ска­жем, по место­жи­тельст­ву в Ме­так­се? - пред­по­ло­жил Гор. - Что ж, эта вер­сия го­дит­ся. Хо­тя, нас­коль­ко я знаю, Ашот про­пи­сан в Ма­си­се, а на Атар­бе­кя­на жи­вет по най­му.

- Ес­ли толь­ко при этом он не ука­зал свой фак­ти­чес­кий ад­рес в ре­дак­цион­ной ан­ке­те, что бо­лее чем ве­роят­но, - ре­зон­но за­ме­тил Грайр. - Толь­ко с че­го это вдруг по­ли­ция на­ча­ла бы изу­чать лич­ные де­ла сот­руд­ни­ков?

- Воз­мож­но, это прои­зош­ло слу­чай­но, - неоп­ре­де­лен­но раз­вел ру­ка­ми Гор. - Впро­чем, те­перь это не важ­но. Ес­ли Ме­такс ка­ким-то об­ра­зом всплыл у сле­до­ва­те­лей в свя­зи с Пет­ро­со­вым, то подт­вер­дить в даль­ней­шем на­ше зна­комст­во бы­ло для них пустя­ком.

- Че­рез хо­зяев квар­ти­ры, ко­то­рую он сни­мает?

- Да, - кив­нул Гор. - О том, что мы зна­ко­мы, в ра­йо­не знают мно­гие… Ка­кие еще есть ва­риан­ты?

Ни­че­го дру­го­го на ум, од­на­ко, им не при­хо­ди­ло. Вер­сия, сог­лас­но ко­то­рой “по­каять­ся” сле­до­ва­те­лям мог и сам жур­на­лист, да­же не расс­мат­ри­ва­лась и бы­ла с мол­ча­ли­во­го сог­ла­сия дру­зей от­ме­те­на сра­зу.

- Лад­но, не бу­дем га­дать. Да­вай по­дож­дем нем­но­го, - с на­деж­дой зак­лю­чил Гор, взгля­нув на ча­сы. - Ду­маю, че­рез па­ру ча­сов окон­ча­тель­но ста­нет яс­но, за­дер­жан Ашот или нет. Тог­да и ре­шим, что де­лать. А сей­час сю­да по­дой­дет пол­ков­ник Ка­за­рян. Дейст­вуй как до­го­во­ри­лись.

- Все-та­ки настаи­ваешь на встре­че? - Грай­ра с са­мо­го на­ча­ла не вдох­нов­ля­ла идея прив­лечь к ра­бо­те Ка­за­ря­на, но пе­реу­бе­дить Го­ра он так и не смог. - Ты уве­рен в нем?

- Преж­де все­го, я уве­рен в его по­ря­доч­ности, - твер­до от­ве­тил Гор. - И ты в этом убе­дишь­ся сам. Ну, а я пое­хал к се­бе. Бу­ду ждать от те­бя вестей в агентст­ве.

- Ты раз­ве не оста­нешь­ся?

- Нет. Бу­дет пра­виль­нее, ес­ли эта встре­ча состоит­ся без ме­ня. Кста­ти, по хо­ду раз­го­во­ра мо­жешь об­ра­тить­ся к не­му с прось­бой прояс­нить си­туа­цию с Пет­ро­со­вым. Ду­маю, он не от­ка­жет.

 

 

80

 

В от­ли­чие от Го­ра, пол­ков­ник Ка­за­рян поя­вил­ся в офи­се Баях­чя­на без опоз­да­ния, ми­ну­та в ми­ну­ту. Сек­ре­тар­ша, пре­дуп­реж­ден­ная об этом ви­зи­те, сра­зу про­во­ди­ла гостя в ка­би­нет ше­фа.

- Мне пе­ре­да­ли ва­шу прось­бу и объяс­ни­ли при­чи­ну ва­шей заин­те­ре­со­ван­ности, ува­жае­мый Кар­лен Аб­га­ро­вич, - осто­рож­но на­чал Грайр. - Поста­раюсь по­мочь. Толь­ко у ме­ня есть од­но усло­вие.

- Ка­кое? - насто­ро­жил­ся пол­ков­ник.

- Ни­ка­ких воп­ро­сов об источ­ни­ках ин­фор­ма­ции, до­го­во­ри­лись?

- Да, - мгно­вен­но сог­ла­сил­ся Ка­за­рян.

Вна­ча­ле Ка­за­рян слу­шал спо­кой­но, пос­коль­ку был ос­ве­дом­лен о мно­гих фак­тах, по­лу­чен­ных им еще в хо­де следст­вия. Но ког­да Грайр зат­ро­нул истин­ную по­доп­ле­ку шу­ми­хи, под­ня­той вок­руг ис­чез­но­ве­ния до­ку­мен­тов из до­ма из­вест­но­го по­ли­ти­ка и оли­гар­ха, он осто­рож­но за­ме­тил:

- Вы долж­ны простить мое не­до­ве­рие, но я бы хо­тел по­лу­чить хоть ка­кое-то подт­верж­де­ние ва­ших слов, что­бы не счи­тать их го­лос­лов­ным об­ви­не­нием.

Пол­ков­ник не слу­чай­но поп­ро­сил об этом Грай­ра. Нес­мот­ря на свой бо­га­тый жиз­нен­ный и про­фес­сио­наль­ный опыт, он был из­лиш­не до­вер­чив к лю­дям, в ре­зуль­та­те че­го его не раз об­во­ди­ли вок­руг паль­ца.

- По­ни­маю. Я пре­достав­лю вам пол­ную ин­фор­ма­цию, что­бы вы мог­ли во всем удосто­ве­рить­ся са­ми. - Он, так же как и Гор, про­ник­ся к пол­ков­ни­ку до­ве­рием и го­тов был пой­ти на этот шаг, еще час на­зад по­ка­зав­ший­ся бы ему рис­ко­ван­ным.

- А ког­да мне мож­но бу­дет оз­на­ко­мить­ся с эти­ми до­ку­мен­та­ми? - с не­тер­пе­нием спро­сил Ка­за­рян.

- Да хоть сей­час, ес­ли рас­по­ла­гае­те вре­ме­нем.

- С этим у ме­ня в пос­лед­нее вре­мя проб­лем нет, - с груст­ной ус­меш­кой за­ме­тил пол­ков­ник.

- Тог­да про­шу сю­да. - Грайр уса­дил его на ди­ван пе­ред жур­наль­ным сто­ли­ком, где стоял ноут­бук, и достал из сей­фа все нуж­ные бу­ма­ги, дик­то­фон­ные за­пи­си и флеш­ку. - Я сей­час подк­лю­чу флеш­ку и дик­то­фон. В осталь­ном, ду­маю, раз­бе­ре­тесь са­ми. Ну а в слу­чае необ­хо­ди­мости - я в со­сед­ней ком­на­те.

Че­рез два с по­ло­ви­ной ча­са, ког­да Грайр поя­вил­ся в своем ка­би­не­те, он застал пол­ков­ни­ка все еще за изу­че­нием до­ку­мен­тов. С тру­дом отор­вав­шись от ноут­бу­ка, Ка­за­рян присталь­но взгля­нул на не­го и мно­гоз­на­чи­тель­но ска­зал:

- Неч­то по­доб­ное я пред­по­ла­гал. Но что­бы всё настоль­ко бы­ло пло­хо… - Он достал из внут­рен­не­го кар­ма­на труб­ку и воп­ро­си­тель­но пос­мот­рел на хо­зяи­на ка­би­не­та.

- Ку­ри­те, - раз­ре­шил Грайр. - Я то­же был в ана­ло­гич­ном состоя­нии, ког­да впер­вые поз­на­ко­мил­ся с до­ку­мен­та­ми.

Ка­за­рян рас­ку­рил труб­ку и, жад­но за­тя­нув­шись, произ­нес:

- Не­дав­няя статья о Ба­да­ля­не…

- По­доб­ные пуб­ли­ка­ции - лишь од­но из изб­ран­ных на­ми нап­рав­ле­ний уда­ра, нес­мот­ря на пре­пятст­вия, чи­ни­мые властя­ми. Что­бы не до­пустить ра­зоб­ла­че­ния, они го­то­вы на всё, что, соб­ствен­но, и подт­верж­дают пос­лед­ние со­бы­тия: по­хи­ще­ние лю­дей, убийст­ва, а те­перь и аресты.

- Я пра­виль­но по­ни­маю, что прои­зош­ло неч­то по­доб­ное, раз вы упо­мя­ну­ли об этом? - осто­рож­но ос­ве­до­мил­ся Ка­за­рян.

- Точ­но по­ка ска­зать не мо­гу. Но в этой свя­зи я бы хо­тел об­ра­тить­ся к вам с прось­бой.

- Сде­лаю все, что в моих си­лах. В чем конк­рет­но она состоит?

- О’­кей. Се­год­ня в по­ли­цию бы­ли приг­ла­ше­ны сот­руд­ни­ки га­зе­ты “ПроВ­ласть”, той са­мой, ко­то­рая на­пи­са­ла о Ба­да­ля­не. Так вот, мы по­ла­гаем, что по край­ней ме­ре один из жур­на­листов, а имен­но наш то­ва­рищ Ашот Пет­ро­сов, за­дер­жан.

- На чем ос­но­ва­но это зак­лю­че­ние?

- Мы зво­ни­ли в га­зе­ту. В ре­дак­цию вер­ну­лись все, кро­ме Пет­ро­со­ва. Его место­на­хож­де­ние ни­ко­му не из­вест­но, а те­ле­фон не­досту­пен.

- По­нят­но. Ду­маю, я смо­гу по­мочь вам. Сей­час поп­ро­буем выяс­нить, что там мог­ло прои­зой­ти.

Ка­за­рян достал свой мо­биль­ный и наб­рал чей-то но­мер. Дож­дав­шись от­ве­та, он нео­жи­дан­но для Грай­ра вклю­чил гром­кую связь.

- Ваз­ген! Это пол­ков­ник Ка­за­рян, здравст­вуй.

- При­ветст­вую вас, Кар­лен Аб­га­ро­вич. Как от­ды­хает­ся?

- Нор­маль­но, спа­си­бо. Слу­шай, Ваз­ген, уточ­нишь для ме­ня кое-что?

- Ко­неч­но, гос­по­дин пол­ков­ник.

- Тог­да за­по­ми­най. Ашот Пет­ро­сов, жур­на­лист из га­зе­ты “ПроВ­ласть”. Он был се­год­ня у нас. Опе­ра­тив­но выяс­ни, что с ним и пе­рез­во­ни. Я бу­ду ждать.

Ждать от­вет­но­го звон­ка приш­лось не­дол­го.

- Кар­лен Аб­га­ро­вич!

- Да, Ваз­ген, го­во­ри.

- Пет­ро­сов в СИ­ЗО ми­нистерст­ва. За­дер­жан по­ка на трое су­ток. При­чи­ны за­дер­жа­ния выяс­нить не уда­лось. За­ни­мает­ся им ка­пи­тан Ма­ну­кян из следст­вен­но­го уп­рав­ле­ния.

- Да, я знаю его. А кто ини­ции­ро­вал за­дер­жа­ние?

- Лич­но Ата­не­сян.

- По­нят­но. Лад­но, спа­си­бо. Мо­жешь поп­ро­сить ре­бят не соз­да­вать проб­лем Пет­ро­со­ву?

- Ко­неч­но, гос­по­дин пол­ков­ник.

- Еще раз спа­си­бо. - Ка­за­рян отк­лю­чил те­ле­фон.

- Что вы мо­же­те по­со­ве­то­вать нам, Кар­лен Аб­га­ро­вич?

- Что мо­жет быть у по­ли­ции на ва­ше­го то­ва­ри­ща? - в свою оче­редь поин­те­ре­со­вал­ся пол­ков­ник.

Грайр в двух сло­вах об­ри­со­вал ему си­туа­цию, обоз­на­чив все воз­мож­ные вер­сии за­дер­жа­ния жур­на­листа, не за­был упо­мя­нуть и Го­ра. Ус­лы­шав зна­ко­мое имя, Ка­за­рян удив­лен­но вски­нул бро­ви:

- Ца­ту­рян с ва­ми?

- И не он один. С на­ми се­год­ня все, ко­му не­без­раз­лич­но бу­ду­щее стра­ны, - од­ноз­нач­но дал по­нять Грайр, что был бы рад ви­деть в их чис­ле и Ка­за­ря­на.

- При­чи­ны, ко­то­рые вы наз­ва­ли, Грайр, не яв­ляют­ся ос­но­ва­нием для за­дер­жа­ния че­ло­ве­ка. Ес­ли ва­ши пред­по­ло­же­ния вер­ны и у по­ли­ции дейст­ви­тель­но на не­го ни­че­го нет, ос­во­бож­де­ние Пет­ро­со­ва из СИ­ЗО труд­ности не соста­вит. Так что най­ди­те хо­ро­ше­го ад­во­ка­та.

- А что его ис­кать? Он пе­ред ва­ми, - улыб­нул­ся Грайр.

- Ах да, я и за­был, что на­хо­жусь в гостях у из­вест­но­го юриста. Толь­ко зай­ми­тесь этим ут­ром. Сей­час ехать ту­да нет смыс­ла.

 

 

81

 

Вход в следст­вен­ный изо­ля­тор на­хо­дил­ся с тыль­ной сто­ро­ны зда­ния ми­нистерст­ва, на пра­вом бе­ре­гу не­ког­да про­те­кав­шей здесь реч­ки Ге­тар. Ста­ро­жи­лы это­го ра­йо­на ут­верж­да­ли, что в преж­ние вре­ме­на Ге­тар в дни ве­сен­не­го по­ло­водья прев­ра­щал­ся в бур­ный неуп­рав­ляе­мый по­ток, ко­то­рый сме­тал всё на своем пу­ти и не­ред­ко за­тап­ли­вал ок­ру­жаю­щие ули­цы. Прав­да, об этом сей­час ма­ло кто пом­нит. Реч­ку с не­дав­не­го вре­ме­ни за­му­ро­ва­ли в бе­тон­ные сте­ны, ис­кусст­вен­но из­ме­нив ее рус­ло, а на этом месте пост­рои­ли ско­рост­ную ав­тост­ра­ду.

Ров­но в де­вять ут­ра Грайр, по своей аме­ри­канс­кой при­выч­ке к по­ряд­ку и пунк­туаль­ности, с не­доу­ме­нием дер­гал руч­ку две­ри СИ­ЗО, пы­таясь “док­ри­чать­ся” до де­жур­но­го. Гор, ко­то­рый выз­вал­ся соп­ро­вож­дать его, остал­ся в ма­ши­не и не без улыб­ки на­блю­дал за тщет­ны­ми уси­лия­ми дру­га по­пасть в зда­ние. Ког­да сра­бо­тав­шая на­ко­нец на стук ав­то­ма­ти­чес­кая за­щел­ка отк­ры­ла Грай­ру же­лан­ные “вра­та” и поз­во­ли­ла вой­ти в изо­ля­тор, в ог­ром­ном без­люд­ном по­ме­ще­нии его встре­ти­ла толь­ко об­лез­лая се­рая кош­ка, ком­форт­но уст­роив­шая­ся под ок­ном у ба­та­реи отоп­ле­ния. Окош­ко в бю­ро про­пус­ков по-преж­не­му бы­ло зак­ры­то, и прош­ло еще ка­кое-то вре­мя, преж­де чем в нем за­мая­чи­ла чья-то фи­гу­ра. По зас­пан­но­му ли­цу поя­вив­ше­го­ся в окош­ке де­жур­но­го пра­пор­щи­ка и по то­му, как он ле­ни­во про­ве­рил его ад­во­катс­кое удосто­ве­ре­ние, Грайр с чувст­вом об­лег­че­ния по­нял, что ночь в изо­ля­то­ре прош­ла спо­кой­но и без ка­ких-ли­бо экс­цес­сов.

- Без раз­ре­ше­ния сле­до­ва­те­ля я не мо­гу до­пустить вас к за­дер­жан­но­му, - без­раз­лич­но бро­сил де­жур­ный в от­вет на прось­бу Грай­ра раз­ре­шить ему сви­да­ние со своим под­за­щит­ным. До сда­чи сме­ны оста­вал­ся еще час, и де­жур­ный яв­но тя­нул вре­мя, что­бы про­це­ду­ру оформ­ле­ния про­пус­ка спих­нуть на свое­го смен­щи­ка. Он ак­ку­рат­но прит­во­рил ок­но и, за­быв о по­се­ти­те­ле, при­нял­ся за ут­рен­нюю тра­пе­зу. Соо­ру­див се­бе трехс­лой­ный бу­терб­род с сы­ром, вет­чи­ной и чес­ноч­ной кол­ба­сой, он обиль­но зап­ра­вил этот ку­ли­нар­ный ше­девр ма­йо­не­зом и зе­ленью и, от­ку­по­рив бан­ку ко­ка-ко­лы, с ап­пе­ти­том при­нял­ся есть.

- Как мне свя­зать­ся со сле­до­ва­те­лем? - ста­раясь не сор­вать­ся, на­пом­нил о се­бе Грайр.

- Фу ты, поесть спо­кой­но не да­дут. Поз­во­ни­те по внут­рен­не­му на но­мер один двад­цать два, ка­пи­та­ну Ма­ну­кя­ну. Те­ле­фо­ны там в уг­лу. - Всем своим ви­дом по­ка­зы­вая не­до­вольст­во, де­жур­ный слег­ка при­под­нял­ся со сту­ла и жир­ной ру­кой неб­реж­но ука­зал на даль­ний ко­нец ком­на­ты, где на сте­не ви­се­ли два до­по­топ­ных те­ле­фо­на.

- Ма­ну­кян слу­шает. - Су­дя по ха­рак­тер­ным зву­кам, до­но­сив­шим­ся из труб­ки, ка­пи­тан, как и его кол­ле­га из де­жур­ки, то­же что-то же­вал на ра­бо­чем месте. Не по­ли­ция, а ка­кой-то ка­фе­те­рий, не­воль­но по­ду­мал Грайр и предста­вил­ся:

- С ва­ми го­во­рит ад­во­кат Баях­чян. Я представ­ляю ин­те­ре­сы за­дер­жан­но­го вче­ра жур­на­листа Ашо­та Пет­ро­со­ва. Мо­гу ли я под­нять­ся к вам для раз­го­во­ра? - произ­нес Грайр на од­ном ды­ха­нии, ста­раясь не вы­дать свой аме­ри­канс­кий ак­цент.

От нео­жи­дан­ности же­вать на дру­гом кон­це про­во­да мгно­вен­но переста­ли - ка­пи­тан яв­но сме­шал­ся.

- Быст­ро же вы, од­на­ко, объя­ви­лись, - ожи­ла на­ко­нец труб­ка. - И кто это, ин­те­рес­но, сооб­щил вам, что жур­на­лист за­дер­жан?

- Мы что, так и бу­дем пре­пи­рать­ся по те­ле­фо­ну или вы всё же приг­ла­си­те ме­ня в ка­би­нет?

- Да-да, ко­неч­но. Сей­час спу­щу про­пуск… Как вы ска­за­ли вас зо­вут?

По­ка де­жур­ный с “за­вид­ной расто­роп­ностью” оформ­лял Баях­чя­ну про­пуск, Ма­ну­кян, за­быв о еде, ли­хо­ра­доч­но об­ду­мы­вал, как вый­ти из это­го ще­кот­ли­во­го по­ло­же­ния и из­ба­вить­ся от ад­во­ка­та. Он по­пы­тал­ся бы­ло свя­зать­ся с зам­ми­нист­ра, что­бы спро­сить у не­го со­ве­та, поз­во­нил и ка­пи­та­ну Са­га­те­ля­ну, но ни од­но­го, ни другого на месте, как наз­ло, не ока­за­лось. Ка­пи­тан пе­рез­во­нил в прием­ную зам­ми­нист­ра и поп­ро­сил его сек­ре­тар­шу сра­зу же сооб­щить ему о при­хо­де Ата­не­ся­на.

- Итак, как вы уз­на­ли, что жур­на­лист у нас? - спро­сил Ма­ну­кян, ед­ва Грайр пе­ресту­пил по­рог ка­би­не­та.

- Вы что же, ду­мае­те, мы в джунг­лях жи­вем, ува­жае­мый гос­по­дин ка­пи­тан, или пло­ды прог­рес­са не дош­ли до нас? - ус­мех­нул­ся Грайр. - Да о том, что Пет­ро­сов за­дер­жан, еще вче­ра знал весь го­род, вклю­чая его кол­лег по пе­ру из дру­гих из­да­ний. А кто и от­ку­да сооб­щил - не это долж­но вас сей­час за­бо­тить. Ме­ня, в част­ности, как ад­во­ка­та, ин­те­ре­суют в пер­вую оче­редь ва­ши ос­но­ва­ния для за­дер­жа­ния мое­го клиен­та.

При упо­ми­на­нии о за­кон­ности ос­но­ва­ний Ма­ну­кян нерв­но заер­зал на сту­ле. Лег­ко сог­ла­сив­шись “по­дыг­рать” ше­фу, он тем са­мым под­ставил се­бя под удар.

- Пет­ро­сов за­дер­жан вви­ду воз­мож­ной его при­част­ности к ор­га­ни­зо­ван­ной преступ­ной груп­пе и по по­доз­ре­нию в тес­ных свя­зях с мест­ны­ми кри­ми­наль­ны­ми ав­то­ри­те­та­ми, - ска­зал он пер­вое, что приш­ло на ум, от­ве­дя взгляд от ад­во­ка­та.

- У вас есть конк­рет­ные до­ка­за­тельст­ва? - Как опыт­ный юрист, Грайр сра­зу по­нял, что ка­пи­тан бле­фует и ни­ка­ких улик про­тив жур­на­листа у не­го нет и не бы­ло. Ско­рее все­го он просто вы­пол­нял при­каз на­чальст­ва, не прос­чи­тав, чем это мо­жет для не­го обер­нуть­ся.

- По­ка ска­зать ни­че­го не мо­гу. Сей­час мы про­ве­ряем его…

- Но вы мог­ли бы про­ве­рить свои по­доз­ре­ния, не при­бе­гая к столь край­ним ме­рам, - бес­це­ре­мон­но пе­ре­бил сле­до­ва­те­ля Грайр. В своем раз­го­во­ре с ка­пи­та­ном он выб­рал ту же так­ти­ку, что ис­пол­ьзо­ва­ли вче­ра са­ми сле­до­ва­те­ли во вре­мя доп­ро­са Пет­ро­со­ва, - так­ти­ку дав­ле­ния. И не ошиб­ся, уви­дев, как ис­пу­гал­ся Ма­ну­кян.

- Я пов­то­ряю еще раз: Пет­ро­сов за­дер­жан вре­мен­но в ин­те­ре­сах следст­вия. Де­та­ли, к со­жа­ле­нию, сооб­щить не мо­гу.

- По­ра­зи­тель­но! - воск­лик­нул Грайр. - По­ли­ция ли­шает че­ло­ве­ка сво­бо­ды без предъяв­ле­ния ка­ких-ли­бо до­ка­за­тельств его ви­ны, толь­ко на ос­но­ва­нии го­лых пред­по­ло­же­ний! На­деюсь, вы по­ни­мае­те, что это про­ти­во­за­кон­но, не го­во­ря уже о том, что на­ли­цо гру­бое пре­вы­ше­ние слу­жеб­ных пол­но­мо­чий -у­го­лов­но на­ка­зуе­мый шаг.

Ма­ну­кян сник и с грустью пос­мот­рел на мол­чав­ший те­ле­фон. Он оп­ре­де­лен­но за­пу­тал­ся и не знал, что де­лать. А Грайр про­дол­жал да­вить на не­го.

- Объяс­ни­те, что зна­чат ва­ши сло­ва о при­част­ности к пре­ступ­ной груп­пе? Пет­ро­сов что, ее идей­ный вдох­но­ви­тель или, мо­жет, ли­дер, ко­то­рый ор­га­ни­зо­вы­вает и нап­рав­ляет бан­ди­тов?

- Я это­го не го­во­рил, - об­ре­чен­но про­мям­лил Ма­ну­кян.

- Тог­да, будь­те доб­ры, пояс­ни­те, что вы под­ра­зу­ме­вае­те под сло­ва­ми “тес­ные свя­зи с кри­ми­наль­ны­ми ав­то­ри­те­та­ми”?

- То, что он лич­но зна­ком с гла­ва­рем бан­ды, ко­то­рый на­хо­дит­ся у нас в раз­ра­бот­ке, - вы­па­лил Ма­ну­кян, не по­ду­мав о том, что не­воль­но вы­дает посто­рон­не­му ли­цу слу­жеб­ную ин­фор­ма­цию. Дро­жа­щей ру­кой он по­пы­тал­ся при­ку­рить от за­жи­гал­ки, но не су­мел вы­сечь иск­ры и, вы­та­щив изо рта си­га­ре­ту, со злостью швыр­нул ее в му­со­рную кор­зи­ну.

- Зна­ком, и толь­ко? То, что Пет­ро­сов знает че­ло­ве­ка, ко­то­ро­го вы по ка­ким-то сооб­ра­же­ниям на­зы­вае­те гла­ва­рем бан­ды, ни­че­го еще не зна­чит. - С каж­дой ми­ну­той Грайр чувст­во­вал се­бя все уве­рен­нее. - Пос­лу­шай­те, ка­пи­тан, я по ро­ду своей ра­бо­ты то­же об­щаюсь с людь­ми, ко­то­рых вы, воз­мож­но, в той или иной сте­пе­ни соот­но­си­те с кри­ми­на­лом. И что, ме­ня са­жать за это сле­дует? А как же пре­зумп­ция не­ви­нов­ности? Ведь ви­ну че­ло­ве­ка впра­ве оп­ре­де­лить толь­ко суд.

Ма­ну­кян про­дол­жал от­мал­чи­вать­ся, и Грайр по­нял, что “клиент” соз­рел для при­ня­тия нуж­ных для не­го ре­ше­ний.

- У ме­ня к вам де­ло­вое пред­ло­же­ние, ка­пи­тан, - ска­зал он уже спо­кой­ным то­ном. - Вы от­пус­кае­те сей­час мое­го под­за­щит­но­го, а мы в свою оче­редь за­бы­ваем о прои­зо­шед­шем.

- А ес­ли я не сог­ла­шусь? - ожи­вил­ся Ма­ну­кян.

- Тог­да у вас воз­ник­нут серьез­ные проб­ле­мы. Заяв­ле­ние о ва­ших про­ти­воп­рав­ных дейст­виях се­год­ня же уй­дет в про­ку­ра­ту­ру, дру­гое - за­щит­ни­ку по пра­вам че­ло­ве­ка и в ряд меж­ду­на­род­ных пра­во­за­щит­ных ор­га­ни­за­ций. Да­лее, мы по­да­дим в суд на по­ли­цию. Кто ста­нет конк­рет­ным от­вет­чи­ком, до­га­дать­ся, я ду­маю, не труд­но. Кро­ме то­го, в бли­жай­шие ча­сы бу­дет соз­ва­на спе­циаль­ная пресс-кон­фе­рен­ция. Ес­ли вы наив­но по­ла­гае­те, что пос­ле та­ко­го все­ленс­ко­го шу­ма вас кто-то от­ма­жет, то круп­но оши­бае­тесь. Вам ник­то не по­мо­жет, бо­лее то­го, из вас сде­лают коз­ла от­пу­ще­ния. На этом ва­ша карье­ра бесс­лав­но за­кон­чит­ся, а воп­рос, по­са­дят вас или нет, еще дол­го бу­дет ви­сеть да­мок­ло­вым ме­чом над ва­шей го­ло­вой. А те­перь по­ду­май­те - вам это на­до?

Ма­ну­кян вы­та­щил из пач­ки но­вую си­га­ре­ту, но, взяв в ру­ки за­жи­гал­ку, так и остал­ся с неп­ри­ку­рен­ной си­га­ре­той во рту. Вместо это­го он ре­ши­тель­но по­тя­нул­ся к те­ле­фо­ну:

- Это Ма­ну­кян. Там у вас за­дер­жан­ный Пет­ро­сов, рас­по­ря­ди­тесь при­вести его из ка­ме­ры для пос­ле­дую­ще­го ос­во­бож­де­ния. Необ­хо­ди­мые до­ку­мен­ты я сей­час спу­щу, - и, по­ло­жив труб­ку, об­ра­тил­ся к Грай­ру: - Вы ме­ня убе­ди­ли. Ес­ли хо­ти­те, мо­же­те по­дож­дать здесь, по­ка я все оформ­лю, нет - встре­тим­ся вни­зу че­рез па­ру ми­нут.

Ког­да Грайр с ка­пи­та­ном Ма­ну­кя­ном спусти­лись в прием­ную СИ­ЗО, жур­на­лист был уже там. Уви­дев Грай­ра, он под­нял в при­ветст­вии ру­ку.

- Мы пе­рес­мот­ре­ли на­ше вче­раш­нее ре­ше­ние от­но­си­тель­но ва­ше­го за­дер­жа­ния и приш­ли к вы­во­ду, что в этом по­ка нет осо­бой необ­хо­ди­мости и на вре­мя следст­вен­ных ме­роп­рия­тий вы мо­же­те оста­вать­ся на сво­бо­де, - дип­ло­ма­тич­но из­рек Ма­ну­кян. - Ес­ли у следст­вия воз­ник­нут до­пол­ни­тель­ные воп­ро­сы, вас офи­циаль­но приг­ла­сят. Единст­вен­ное ог­ра­ни­че­ние на этом эта­пе от­но­сит­ся к воп­ро­су ва­ше­го выез­да за пре­де­лы стра­ны - его вы долж­ны сог­ла­со­вать с на­ми, что­бы по­лу­чить раз­ре­ше­ние. Во всех осталь­ных слу­чаях ва­ши дейст­вия, сог­лас­но на­ше­му за­ко­нода­тельст­ву, ни в чем не бу­дут ог­ра­ни­че­ны. - За­кон­чив го­во­рить, он дал под­пи­сать жур­на­листу нуж­ные бу­ма­ги и, ско­ро­го­вор­кой про­бор­мо­тав ка­кие-то из­ви­не­ния, пос­пеш­но ре­ти­ро­вал­ся.

Ата­не­сян поз­во­нил Ма­ну­кя­ну спустя толь­ко час пос­ле ос­во­бож­де­ния жур­на­листа.

- Мне пе­ре­да­ли, что ты пы­тал­ся свя­зать­ся со мной. Что, есть но­вости по Пет­ро­со­ву? - Ата­не­сян по­че­му-то не сом­не­вал­ся, что про­ве­ден­ная в ка­ме­ре ночь сло­мит жур­на­листа и он ста­нет бо­лее сго­вор­чи­вым и пок­ла­дистым.

- Так точ­но, то­ва­рищ ге­не­рал. Час на­зад я от­пустил его, - заи­каясь от стра­ха, от­ве­тил Ма­ну­кян.

- Что?! - Ус­лышь Ата­не­сян, что за­дер­жан­ный на­ло­жил на се­бя ру­ки, и то, на­вер­ное, уди­вил­ся бы мень­ше. - Что ты ска­зал, пов­то­ри?! Ты, ча­сом, не пов­ре­дил­ся в уме, ка­пи­тан? Да я те­бя сгною за это, уво­лю со служ­бы к чер­то­вой ма­те­ри! Кто вооб­ще дал те­бе пра­во са­мо­лич­но при­ни­мать та­кие ре­ше­ния?

- До­во­ды его за­щит­ни­ка и за­кон, Ген­рих Пет­ро­со­вич, - ле­пе­тал Ма­ну­кян в свое оп­рав­да­ние.

- Слу­шай ме­ня, за­кон­ник хре­нов, бро­сай все свои де­ла и бе­гом ко мне в ка­би­нет! Бу­дем ду­мать, как из это­го дерь­ма вы­би­рать­ся.

Выс­лу­шав взвол­но­ван­ный ра­порт Ма­ну­кя­на о его ут­рен­ней встре­че с ад­во­ка­том, ко­то­рый гро­зил­ся не­ми­нуе­мы­ми санк­ция­ми в слу­чае не­вы­пол­не­ния тре­бо­ва­ния о не­мед­лен­ном ос­во­бож­де­нии жур­на­листа, Ата­не­сян за­ду­мал­ся, нерв­но посту­ки­вая паль­ца­ми по от­по­ли­ро­ван­ной крыш­ке сто­ла. В том, что до­во­ды ад­во­ка­та с точ­ки зре­ния дейст­вую­ще­го за­ко­но­да­тельст­ва неос­по­ри­мы, он убе­дил­ся и сам, настоль­ко чет­ко все бы­ло раз­ло­же­но по по­лоч­кам.

- Как, ты ска­зал, зо­вут ад­во­ка­та? - спро­сил он Ма­ну­кя­на, пе­ред тем как выста­вить его из ка­би­не­та.

- Грайр Баях­чян.

- Лад­но, иди, по­ка сво­бо­ден.

Он дол­го не ре­шал­ся поз­во­нить Ки­ра­ко­ся­ну, об­ду­мы­вая, как объяс­нить ему нео­жи­дан­ное ос­во­бож­де­ние жур­на­листа. Но ког­да ре­шил­ся, оли­гарх, как ни стран­но, восп­ри­нял эту весть бо­лее чем рав­но­душ­но.

- Да бог с ним, Пет­ро­сов для нас фи­гу­ра вто­росте­пен­ная. Всё, что сле­до­ва­ло от не­го уз­нать, мы уз­на­ли, - за­ме­тил он спо­кой­но. - Ка­пи­та­на не трожь, он еще нам при­го­дит­ся. А по­ка зай­мись вплот­ную за­дер­жа­нием Ца­ту­ря­на с пос­ле­дую­щим обыс­ком у не­го в до­ме. Не иск­лю­че­но, что часть до­ку­мен­тов еще там и он не ус­пел их пе­реп­ря­тать.

- Бу­дет сде­ла­но, Сам­вел Вар­та­но­вич.

- Го­во­ришь, ад­во­кат предста­вил­ся как Баях­чян?

- Так мне, во вся­ком слу­чае, пе­ре­да­ли. Вы что, зна­ко­мы с ним?

- Нем­но­го, и мне очень ин­те­рес­но знать, он-то с ка­ко­го бо­ку ока­зал­ся в этой ком­па­нии…

 

 

82

 

- А в тюрь­ме сей­час обед. Ма­ка­ро­ны дают, - мрач­но по­шу­тил Ашот, не­тер­пе­ли­во об­ду­мы­вая за­каз в шаш­лыч­ной на из­вест­ной всем в го­ро­де ули­це, ку­да его при­вез­ли Гор с Баях­чя­ном пос­ле ос­во­бож­де­ния из СИ­ЗО. Он не ел поч­ти сут­ки и был страш­но го­ло­ден.

- А что, здесь в изо­ля­то­ре не кор­мят? - уди­вил­ся Грайр.

- По­че­му же, кор­мят, - мно­гоз­на­чи­тель­но от­ве­тил Гор. - Но нуж­но вре­мя, что­бы но­вич­ки при­вык­ли к спе­ци­фи­чес­ко­му вку­су этой еды, не у всех это по­лу­чает­ся сра­зу.

- Вот имен­но, - про­бор­мо­тал с на­би­тым ртом Ашот. - Ви­де­ли бы вы, что за пой­ло нам при­нес­ли на ужин. Кош­мар! Та­кое не то что арестант - со­ба­ка не съест. Ну, про­пи­шу я эту их ку­ли­на­рию в га­зе­те, еще по­жа­леют, что свя­за­лись со мной...

- Ашот, ты луч­ше ешь, не отв­ле­кай­ся, а то по­перх­нешь­ся не­на­ро­ком. Ус­пеешь еще на­го­во­рить­ся и опи­сать все в своих ме­муа­рах, - по­пы­тал­ся ус­по­коить жур­на­листа Грайр.

- Оставь его, Грайр. Это обыч­ная реак­ция че­ло­ве­ка, впер­вые по­бы­вав­ше­го в той обста­нов­ке. Завт­ра это прой­дет и с ним бу­дет все в по­ряд­ке. Ты луч­ше ска­жи, что там в по­ли­ции го­во­ри­ли обо мне?

- Ни­че­го хо­ро­ше­го. Ес­ли су­дить по то­му, что об­ро­нил сле­до­ва­тель в раз­го­во­ре со мной, ты у них под кол­па­ком, а это зна­чит - под при­це­лом Ки­ра­ко­ся­на. Они, по все­му, знают или до­га­ды­вают­ся о мно­гом. Нет толь­ко пря­мых улик, что­бы предъя­вить.

- А еще, ду­мает­ся, не до кон­ца осоз­нают ко­неч­ную цель проис­хо­дя­ще­го, - на этот раз впол­не чле­но­раз­дель­но до­ба­вил Ашот, с со­жа­ле­нием отод­ви­гая от се­бя пустую та­рел­ку. - В по­ли­ции по-преж­не­му уве­ре­ны, что ты лишь ря­до­вой ис­пол­ни­тель, и пла­ни­руют че­рез те­бя вый­ти на реаль­ных за­каз­чи­ков. На­вер­ное, поэ­то­му ко мне в ка­ме­ру под­са­ди­ли ка­ко­го-то ти­па, ко­то­рый весь ве­чер настой­чи­во на­би­вал­ся мне в друзья и го­тов был вы­пол­нить лю­бое мое по­ру­че­ние: пе­ре­дать за­пис­ку или встре­тить­ся с кем на­до по вы­хо­де на во­лю. Этот но­мер не про­шел, но Ки­ра­ко­сян от те­бя не отста­нет и бу­дет отс­ле­жи­вать каж­дый твой шаг.

- А ведь Ашот прав, - сог­ла­сил­ся с жур­на­листом Грайр. - Наив­но по­ла­гать, что, вы­чис­лив те­бя, они пре­доста­вят те­бе пол­ную сво­бо­ду дейст­вий. Мо­жет, есть смысл те­бе уе­хать на вре­мя?

- Уе­хать сей­час, ког­да на­чи­нает­ся ак­тив­ная фа­за борь­бы? Это иск­лю­че­но! - от­ре­зал Гор. - Что ка­сает­ся слеж­ки, то по­вад­ки по­ли­ции ста­ры как мир. Са­мое боль­шее, на что они спо­соб­ны, это под­ки­нуть мне что-ни­будь в ма­ши­ну, но это­го удо­вольст­вия я им не достав­лю. Да и со зна­нием за­ко­нов у ме­ня пол­ный по­ря­док, так что просто так им ме­ня не взять. Ну, а в слу­чае че­го есть, на­ко­нец, ты, Грайр…

Все друж­но зас­мея­лись.

- Кста­ти, раз уж мы соб­ра­лись все вместе, по­че­му бы не об­су­дить на­ши пла­ны? - про­дол­жал Гор. - Ашот, па­ру дней на­зад ты ска­зал, что ре­дак­ция по­лу­чи­ла вто­рое пись­мо, но его даль­ней­шая судь­ба на тот мо­мент бы­ла неиз­вест­на.

- Дейст­ви­тель­но, до мое­го за­дер­жа­ния его по­лу­че­ние не афи­ши­ро­ва­лось. Глав­ный, ви­ди­мо боясь утеч­ки ин­фор­ма­ции и, соот­ветст­вен­но, не­нуж­ных ос­лож­не­ний с властя­ми, дер­жал это в тай­не. Я поста­раюсь се­год­ня прояс­нить си­туа­цию.

- Хо­ро­шо, но что­бы в даль­ней­шем из­бе­гать по­доб­ных “простоев”, мы с Грай­ром ре­ши­ли ак­ти­ви­зи­ро­вать па­рал­лель­но ра­бо­ту в со­циаль­ных се­тях, че­рез бло­ге­ров, - ска­зал Гор.

- Бы­ло бы неп­ло­хо, - одоб­рил Ашот. - Эти ре­бя­та знают свое де­ло. Эф­фект бу­дет мно­гок­рат­ным.

- Мы то­же так дуа­мем, - кив­нул го­ло­вой Грайр, - и уже наш­ли под­хо­дя­ще­го бло­ге­ра, но ему нуж­на бу­дет по­мощь. Он возь­мет на се­бя всю тех­ни­чес­кую сто­ро­ну де­ла, а ты по­ра­бо­таешь с текста­ми. Нач­ни­те завт­ра же у ме­ня в офи­се с ма­те­риа­лов по убийст­ву Ме­ли­кя­на. Я те­бе их пре­достав­лю. По­ра на­пом­нить властям об этом де­ле. А сей­час, из­ви­ни­те, я вы­нуж­ден оста­вить вас, у ме­ня встре­ча.

- Мы то­же вы­хо­дим, Грайр, и под­ве­зем те­бя, - ска­зал Гор. - Ашот, а ты в ре­дак­цию?

- Нет, по­ка до­мой. При­му душ и пе­рео­де­нусь.

- Тог­да подб­ро­сим вна­ча­ле Грай­ра, а по­том я от­ве­зу и те­бя...

 

 

83

 

Ра­бо­чий день в юри­ди­чес­кой кон­то­ре бли­зил­ся к кон­цу, ког­да Грай­ра поп­ро­сил зай­ти к не­му один из кон­суль­тан­тов.

- Здесь на­хо­дят­ся клиен­ты, и мне необ­хо­ди­мо сроч­но по­со­ве­то­вать­ся с ва­ми по од­но­му воп­ро­су, - объяс­нил он при­чи­ну своей настой­чи­вости.

В от­дель­ном стек­лян­ном от­се­ке, где си­дел юрист, Грайр застал по­жи­лую суп­ру­жес­кую че­ту, ко­то­рая с вол­не­нием до­жи­да­лась его при­хо­да.

- Это суп­ру­ги Ара­ке­лян. Они об­ра­ти­лись к нам за со­ве­том, - предста­вил их юрист. - Впро­чем, они са­ми расс­ка­жут обо всем.

Суп­ру­ги, не­воль­но ока­зав­шись в цент­ре вни­ма­ния, яв­но чувст­во­ва­ли се­бя не в своей та­рел­ке. Они все вре­мя пе­рег­ля­ды­ва­лись, не зная, с че­го на­чать.

- Не вол­нуй­тесь и расс­ка­жи­те о ва­шей проб­ле­ме, что­бы мы вместе смог­ли най­ти вы­ход, - ус­по­коил ста­ри­ков Грайр.

- Еще не­дав­но у нас бы­ла боль­шая семья, - на­чал ста­рик. - Но пол­то­ра го­да на­зад в ава­рии по­гиб­ли наш сын, не­вест­ка и внуч­ка. Вы­жил толь­ко внук Овик, ко­то­ро­му на тот мо­мент бы­ло пять лет. Пос­ле их ги­бе­ли и на­ча­лись в на­шей семье все бе­ды.

- Что конк­рет­но вы имее­те в ви­ду? - спро­сил Грайр.

- Де­ло в том, что наш дом в ра­йо­не Эре­бу­ни на­хо­дит­ся на сты­ке двух улиц. На это место дав­но по­ло­жил глаз мест­ный му­ни­ци­па­ли­тет, пла­ни­рую­щий пост­роить там тор­го­вый центр. Про­дать наш участок они пред­ла­га­ли и при жиз­ни сы­на, но мы од­ноз­нач­но от­ка­за­лись. Сей­час же, пос­ле его смер­ти, ад­ми­нист­ра­ция сно­ва об­ра­ти­лась к нам с этим воп­ро­сом, но уже бо­лее настой­чи­во и, су­дя по все­му, отсту­пать не на­ме­ре­на.

- Я пра­виль­но по­ни­маю, что глав­ное пре­пятст­вие и тог­да, и сей­час - неп­рием­ле­мость ус­ло­вий, ко­то­рые му­ни­ци­па­ли­тет пред­ла­гает? - отор­вав­шись от за­пи­сей, ко­то­рые он де­лал, пря­мо спро­сил Грайр.

- Пой­ми­те нас, - уста­ло всту­пи­ла в раз­го­вор суп­ру­га. - Мы, в прин­ци­пе, и в пер­вый раз не бы­ли про­тив усту­пить участок. Но то, что пред­ла­гает­ся сей­час, - су­щий гра­беж. Дом у нас хоть и ста­рый, но доб­рот­ный. А за те отступ­ные, ко­то­рые пред­ла­гают­ся се­год­ня, мы ни­ка­ко­го до­ма в на­шем ра­йо­не приоб­рести не смо­жем. А ведь нам на­до еще о вну­ке ду­мать.

- По­нят­но. Ску­пают за бес­це­нок, что­бы по­том пе­реп­ро­дать втри­до­ро­га. Обыч­ная прак­ти­ка. Ду­маю, мы най­дем вы­ход и смо­жем по­мочь вам. Опыт по­доб­ных пре­це­ден­тов в тяж­бе с мэ­рией у нас уже имеет­ся.

- Мы слы­ша­ли об этом от зна­ко­мых. Поэ­то­му и приш­ли. Боль­ше нам об­ра­тить­ся за по­мощью бы­ло не к ко­му.

- Всё бу­дет хо­ро­шо, не вол­нуй­тесь. Сей­час наш юрист, ко­то­рый бу­дет вести это де­ло, за­даст вам нес­коль­ко до­пол­ни­тель­ных воп­ро­сов. Ему по­на­до­бит­ся нем­но­го вре­ме­ни, что­бы ра­зоб­рать­ся и предста­вить вам пол­ную кар­ти­ну и, соот­ветст­вен­но, прием­ле­мые пу­ти ре­ше­ния этой проб­ле­мы. До­го­во­ри­лись?

Грайр встал, что­бы поп­ро­щать­ся с суп­ру­га­ми. Уви­дев, что со своих мест тя­же­ло под­ни­мают­ся и ста­ри­ки, он оста­но­вил их.

- Си­ди­те-си­ди­те. Вам не­за­чем вста­вать, или, мо­жет, от­но­ше­ние к стар­шим в Ар­ме­нии из­ме­ни­лось? - Грайр ши­ро­ко улыб­нул­ся и про­тя­нул ста­ри­ку ру­ку. - Да, а как чувст­вует се­бя ваш внук?

- Сла­ва бо­гу, сей­час все хо­ро­шо. Он чу­дом тог­да спас­ся. У не­го был пов­реж­ден поз­во­ноч­ник, и ему сде­ла­ли слож­ную опе­ра­цию в Гер­ма­нии.

- Вот ви­ди­те, и го­су­дарст­во не оста­лось в сто­ро­не, по­мог­ло.

- Ка­кое там го­су­дарст­во, - мах­нул ру­кой ста­рик. - Ес­ли бы не Гор, остал­ся бы наш внук на всю жизнь ин­ва­ли­дом.

- Гор? Ка­кой Гор? - насто­ро­жил­ся Грайр.

- Гор Ца­ту­рян. Это он тог­да не оста­вил нас в бе­де, ког­да уз­нал о тра­ге­дии. И опе­ра­цию оп­ла­тил, и вну­ка до сих пор без вни­ма­ния не остав­ляет.

Грайр мол­чал, не зная, как реа­ги­ро­вать на это нео­жи­дан­ное отк­ры­тие.

- Толь­ко не ду­май­те, что это мы нап­ро­си­лись. Он мно­гим по­мо­гает...

 

 

84

 

Га­зе­та “ПроВ­ласть”, под­няв­шая в го­ро­де та­кой пе­ре­по­лох, все пос­лед­ние дни хра­ни­ла мол­ча­ние. О по­лу­чен­ном ею от таинст­вен­но­го ав­то­ра но­вом па­ке­те с ра­зоб­ла­чи­тель­ны­ми до­ку­мен­та­ми в ре­дак­ции пред­по­чи­та­ли не го­во­рить. На офи­циаль­ном уров­не об этом пись­ме зна­ли лишь двое - от­ветст­вен­ный сек­ре­тарь и глав­ный ре­дак­тор. Ну и, соот­ветст­вен­но, по своим ка­на­лам Ашот Пет­ро­сов. Пуб­ли­ко­вать по­лу­чен­ный ма­те­риал или нет - воп­рос этот оста­вал­ся отк­ры­тым. Пос­лед­нее сло­во бы­ло за глав­ным, но тот с при­ня­тием ре­ше­ния на сей раз не то­ро­пил­ся, по­то­му как по­ни­мал: еще од­на по­доб­ная пуб­ли­ка­ция бу­дет оз­на­чать уже от­кры­тую конф­рон­та­цию с властя­ми, к че­му он вов­се не стре­мил­ся. И ес­ли в пер­вом слу­чае реак­ция властей бы­ла сдер­жан­ной, то сей­час всё мог­ло кон­чить­ся для га­зе­ты ка­таст­ро­фой, ибо в до­ку­мен­тах бы­ли за­фик­си­ро­ва­ны фи­нан­со­вые по­то­ки, ко­то­рые в раз­ное вре­мя нап­рав­ля­лись на раз­ные из­би­ра­тель­ные кам­па­нии, с ука­за­нием конк­рет­ных лиц, при­ло­жив­ших к это­му ру­ку. А шут­ки с эти­ми ли­ца­ми бы­ли пло­хи.

- Ну, что ду­маешь, кол­ле­га? Что бу­дем де­лать? - спро­сил глав­ный от­вет­сек­ре­та­ря.

- А о чем мо­жет ду­мать в та­кой мо­мент ста­рый ев­рей, кро­ме из­веч­но­го воп­ро­са “Быть или не быть?”? - от­шу­тил­ся в своем сти­ле Гольд­ман. - По­са­дить не по­са­дят. А осталь­ное - как бог даст.

- Это я и без те­бя по­ни­маю. Ты по де­лу го­во­ри.

- А я о чем? - ог­рыз­нул­ся ве­те­ран. - Не на­пе­ча­таем мы, так это с пре­ве­ли­ким удо­вольст­вием сде­лают дру­гие. И что мы по­имеем с это­го? Ни­че­го! Им по­пу­ляр­ность, сла­ва, ти­раж, а нам - дыр­ка от буб­ли­ка!

- А ес­ли власть свою уг­ро­зу вы­пол­нит и зак­роет га­зе­ту?

- Вряд ли. Они нем­но­го опоз­да­ли с этим. Пой­ти на этот шаг сей­час - зна­чит подт­вер­дить, что она сво­дит с га­зе­той сче­ты.

- Ста­ло быть, счи­таешь, на­до пе­ча­тать, Аб­рам Мои­сее­вич?

- Я толь­ко выс­ка­зал свое мне­ние. Окон­ча­тель­ный вы­бор за то­бой. Твоя га­зе­та, те­бе и ре­шать…

Ка­кое-то вре­мя глав­ный за­дум­чи­во смот­рел на ле­жа­щий пе­ред ним кон­верт, по­том пе­ре­вел взгляд на от­вет­сек­ре­та­ря и произ­нес:

- Будь что бу­дет, где на­ша не про­па­да­ла! Пе­ча­таем!

Но глав­ный зря пе­ре­жи­вал за судь­бу своей га­зе­ты - эста­фе­ту ра­зоб­ла­че­ния властей па­ру ча­сов на­зад подх­ва­ти­ли в соц­се­тях Ваагн с их штат­ным сот­руд­ни­ком Ашо­том Пет­ро­со­вым, об­на­ро­до­вав скан­даль­ные до­ку­мен­ты и тем са­мым взор­вав всё ин­те­р­нет-прост­ранст­во стра­ны.

 

 

85

 

Два дня весь пер­со­нал боль­ни­цы пре­бы­вал в тре­во­ге: вы­жи­вет или нет пос­ле той страш­ной ава­рии на пе­ре­ва­ле их па­циент. Толь­ко на третьи сут­ки Алек­сан, на­ко­нец, к всеоб­щей ра­дости, вы­шел из ко­мы. Весь пе­ре­бин­то­ван­ный, он ле­жал в реа­ни­ма­ции и посте­пен­но при­хо­дил в се­бя. Вра­чи счи­та­ли настоя­щим чу­дом, что он уце­лел, упав на кам­ни с та­кой вы­со­ты. Нес­мот­ря на все ме­ры, предп­ри­ня­тые для спа­се­ния ра­не­но­го, ма­ло кто из них ве­рил в окон­ча­тель­ный ус­пех. Сей­час же, ког­да кри­зис ми­но­вал и са­мое страш­ное бы­ло уже по­за­ди, ле­ча­щий врач Алек­са­на каж­дый раз в хо­де ос­мот­ра при­го­ва­ри­вал, что он ро­дил­ся в ру­баш­ке и ни­ка­кая смерть его те­перь не возь­мет.

Не зная по­доп­ле­ки своей ко­ман­ди­ров­ки в Си­сиан, Алек­сан тре­во­жил­ся о судь­бе пе­ре­дан­но­го ему па­ке­та и поэ­то­му, ед­ва дож­дав­шись оче­ред­но­го об­хо­да, пер­вым де­лом спро­сил у вра­ча, не на­хо­ди­ли ли спа­са­те­ли сре­ди его ве­щей па­ке­та с до­ку­мен­та­ми, ко­то­рый был в кар­ма­не курт­ки.

- Там важ­ные бу­ма­ги. Я дол­жен был пе­ре­дать их в Си­сиа­не, - пояс­нил он.

- Как же, как же, был па­кет, - ос­мат­ри­вая па­циен­та, сдер­жан­но от­ве­тил по­жи­лой хи­рург. - Но дол­жен ска­зать, весь­ма стран­ный…

- По­че­му? - уди­вил­ся Алек­сан.

- Да по­то­му, па­рень, что кто-то сыг­рал с то­бой весь­ма дур­ную шут­ку, ко­то­рая чуть не стои­ла те­бе жиз­ни. В па­ке­те дейст­ви­тель­но бы­ли бу­ма­ги, а вот важ­ные или нет, су­дить те­бе. - Врач по­до­шел к тум­боч­ке, достал из нее не­боль­шую кар­тон­ную ко­роб­ку, в ко­то­рой сре­ди про­чих ве­щей Алек­са­на ле­жал и зло­по­луч­ный па­кет, и мол­ча по­ка­зал его со­дер­жи­мое. Кро­ме стоп­ки ак­ку­рат­но на­ре­зан­ных квад­ра­ти­ка­ми га­зет, ни­че­го дру­го­го в па­ке­те не бы­ло.

Алек­са­ну не соста­ви­ло тру­да оп­ре­де­лить, что па­кет вскры­ли уже в боль­ни­це, обыч­ны­ми нож­ни­ца­ми. А зна­чит, вся эта поезд­ка бы­ла за­пад­ней и единст­вен­ная цель так на­зы­вае­мой ко­ман­ди­ров­ки состоя­ла в том, что­бы лик­ви­ди­ро­вать его как не­же­ла­тель­но­го сви­де­те­ля. Сде­лать это на­до бы­ло как мож­но на­ту­раль­нее. И хо­зяин в этом преус­пел.

- Док­тор, вы мо­же­те ока­зать мне еще од­ну ус­лу­гу и при­нести мой мо­биль­ник? - с тру­дом вы­го­ва­ри­вая сло­ва, произ­нес Алек­сан.

- Вооб­ще-то я про­тив - ведь вы еще очень сла­бы.

- По­ни­маю, док­тор, но боюсь, дру­гой воз­мож­ности у ме­ня мо­жет не быть. Про­шу вас…

- Хо­ро­шо, но дай­те сло­во, что хо­тя бы не­де­лю вы бу­де­те вести се­бя спо­кой­но и при­дер­жи­вать­ся необ­хо­ди­мых пред­пи­са­ний. - Он вы­шел из па­ла­ты и поч­ти сра­зу вер­нул­ся с те­ле­фо­ном.

По прось­бе ра­не­но­го врач наб­рал его до­маш­ний но­мер и по­про­сил взяв­шую труб­ку жен­щи­ну поз­вать к те­ле­фо­ну Алек­са­на.

- А он в отъез­де, - обес­по­коен­но от­ве­ти­ла она. - Обе­щал вер­нуть­ся че­рез день, но по­шел уже чет­вер­тый, а его все нет.

Сла­ва бо­гу, что им ни­че­го не из­вест­но, с об­лег­че­нием вздох­нул Алек­сан и поп­ро­сил вра­ча сно­ва наб­рать тот же но­мер. Пе­ре­си­лив боль, он как мож­но бод­рее пе­ре­го­во­рил с ма­терью, пре­дуп­ре­див, что еще ка­кое-то вре­мя вы­нуж­ден за­дер­жать­ся по де­лам.

А вот со вто­рым своим або­нен­том он го­во­рил уже без участия вра­ча. И этим че­ло­ве­ком был дя­дя За­хар.

- Пе­ре­дай Го­ру Ца­ту­ря­ну но­мер мое­го те­ле­фо­на. Пусть сроч­но свя­жет­ся со мной. Это ка­сает­ся его…

Гор поз­во­нил толь­ко бли­же к ве­че­ру.

- Алек­сан? Это ты хо­тел пе­ре­го­во­рить со мной?

- Да, Гор, я, но не по те­ле­фо­ну.

- Тог­да ска­жи, ку­да мне подъе­хать.

- В Си­сиан, в ра­йон­ную боль­ни­цу.

- Ку­да-ку­да?!

- Ты не ос­лы­шал­ся, Гор, я в си­сианс­кой боль­ни­це, пос­ле не­удав­шей­ся по­пыт­ки лик­ви­ди­ро­вать ме­ня.

- Кто ты?

- До не­дав­не­го вре­ме­ни был на­чаль­ни­ком служ­бы бе­зо­пас­ности Ки­ра­ко­ся­на. Те, что хо­тели уб­рать ме­ня, охо­тят­ся и за то­бой. Я по­ка еще жив, но толь­ко бла­го­да­ря то­му, что мой хо­зяин об этом еще не знает. Так что пос­пе­ши, ес­ли хо­чешь застать ме­ня в жи­вых. Мне нуж­но мно­гое расс­ка­зать те­бе...

 

 

86

 

Стре­ми­тель­но над­ви­гаю­щие­ся на го­род су­мер­ки и не прек­ра­щаю­щий­ся уже ко­то­рый день сне­го­пад не оста­но­ви­ли Го­ра. Бо­лее то­го, он ре­шил не отк­ла­ды­вать поезд­ку в Си­сиан в дол­гий ящик и вые­хать ту­да не­мед­лен­но. Факт приг­ла­ше­ния к раз­го­во­ру со сто­ро­ны быв­ше­го на­чаль­ни­ка ох­ра­ны Ки­ра­ко­ся­на оз­на­чал мно­гое, что­бы тя­нуть с та­кой важ­ной встре­чей. А кро­ме то­го, зная при­выч­ку оли­гар­ха под­чи­щать за со­бой сле­ды, он то­же не иск­лю­чал воз­мож­ности пов­тор­но­го по­ку­ше­ния на жизнь Алек­са­на. Поэ­то­му и ре­шил пос­пе­шить, чтоб хоть на этот раз не опоз­дать. Пре­дуп­ре­див о своих пла­нах Грай­ра, он взял с со­бой не­сколь­ких ре­бят, вклю­чая Вре­жа, и спеш­но вые­хал, что­бы к ут­ру быть на месте.

Они подъе­ха­ли к боль­ни­це, ког­да ра­бо­чий день там толь­ко на­чи­нал­ся и вра­чи го­то­ви­лись к свое­му обыч­но­му ут­рен­не­му об­хо­ду.

- Да, та­кой па­циент у нас чис­лит­ся, но в его состоя­нии мы не мо­жем поз­во­лить вам уви­деть­ся с ним, - ре­ши­тель­но пре­сек­ла все уго­во­ры Го­ра стар­шая мед­сест­ра.

К счастью, про­хо­див­ший ми­мо ле­ча­щий врач Алек­са­на, ус­лы­шав зна­ко­мое имя, оста­но­вил­ся и, уз­нав, в чем де­ло, быст­ро раз­ре­шил проб­ле­му и сам про­во­дил Го­ра до па­ла­ты.

- Толь­ко не­дол­го, - настоя­тель­но поп­ро­сил он, преж­де чем впустить его к боль­но­му.

Алек­сан ле­жал в па­ла­те один. Гла­за его бы­ли зак­ры­ты. Ка­за­лось, он спит. Но ког­да Гор по­до­шел к кой­ке, он нео­жи­дан­но отк­рыл гла­за и ска­зал:

- Са­дись. Толь­ко сна­ча­ла при­по­ды­ми мне по­душ­ку, что­бы лег­че бы­ло го­во­рить. - Гор сде­лал, что про­сил Алек­сан, и за­мер в ожи­да­нии. По уча­щен­но­му и тя­же­ло­му ды­ха­нию ра­не­но­го чувст­во­ва­лось, что он дейст­ви­тель­но очень слаб и еще не оп­ра­вил­ся пос­ле ава­рии.

Алек­сан был нем­но­гос­ло­вен. Его сбив­чи­вая и мо­мен­та­ми не­внят­ная речь мог­ла по­ка­зать­ся бре­дом боль­но­го, но Гор по­ни­мал всё с по­лус­ло­ва и да­же пре­ры­вал его вре­мя от вре­ме­ни, ког­да про­дол­жать опи­сы­вать ка­кой-то эпи­зод не бы­ло необ­хо­ди­мости. Мно­гое из то­го, что бы­ло до сих пор ему неяс­но, ста­ло те­перь впол­не объяс­ни­мо и подт­верж­да­ло его преж­ние до­гад­ки. За­кон­чив го­во­рить, Алек­сан уста­ло от­ки­нул го­ло­ву на по­душ­ку и тя­же­ло вздох­нул. А Гор по-преж­не­му мол­чал. Пос­ле не­боль­шой пау­зы взгля­ды их на­ко­нец встре­ти­лись, и он ре­шил­ся задать ин­те­ре­сую­щий его воп­рос:

- Это твои лю­ди наш­ли Ме­ли­ка?

- Мои. Прос­луш­ка сра­бо­та­ла. На­ка­ну­не он зво­нил со­се­дям. Ин­фор­ма­цию од­нов­ре­мен­но по­лу­чи­ли и мы, и по­ли­ция. Просто мои ре­бя­та ока­за­лись по­расто­роп­нее.

- Кто дал при­каз уб­рать его, Ки­ра­ко­сян?

- Та­ко­го при­ка­за на тот мо­мент не бы­ло, - от­ве­тил Алек­сан. - Его смерть не вхо­ди­ла в пла­ны Ки­ра­ко­ся­на. Глав­ным для не­го бы­ло уз­нать, кто стоит за ог­раб­ле­нием. Пос­ле раз­го­во­ра с ним он да­же по­ду­мы­вал сдать са­дов­ни­ка по­ли­ции. Но ког­да я спустил­ся в под­вал, Ме­лик был уже мертв. Нас­коль­ко по­ни­маю, не вы­дер­жа­ло серд­це. Тот, кто вы­би­вал у не­го приз­на­ние, яв­но пе­реста­рал­ся в своем рве­нии уго­дить…

- Кто это был? - пе­ре­бил Алек­са­на Гор.

- Че­ло­век Нал­бан­дя­на. Хи­рург.

- Яс­но, зна­ко­мая лич­ность. Са­дист-ко­ро­тыш­ка, - за­дум­чи­во произ­нес Гор. - Мы зай­мем­ся им пос­ле. Вы­хо­дит, Ме­лик всё-та­ки наз­вал ему мое имя.

- Нет. Мы вы­чис­ли­ли те­бя позд­нее по связ­ке Ме­лик­-Ар­то, ког­да ста­ло оче­вид­но, что Ар­тур из твоей ко­ман­ды. Но толь­ко это­го Ки­ра­ко­ся­ну бы­ло не­доста­точ­но. Он не хо­тел проб­лем с во­ра­ми, поэ­то­му ис­кал бо­лее вес­кие до­ка­за­тельст­ва твое­го участия, что­бы предъя­вить им и раз­вя­зать се­бе ру­ки.

- Так по­че­му же он в та­ком слу­чае мед­лит и не бе­рет ме­ня? - спро­сил Гор.

- Пов­то­ряю, Ки­ра­ко­сян и сей­час не до кон­ца уве­рен, что слу­чив­шее­ся - твоих рук де­ло. Он знает, кто ты, поэ­то­му ко­леб­лет­ся и не хо­чет рис­ко­вать, ог­ра­ни­чи­вает­ся по­ка толь­ко поис­ком до­ка­за­тельств твоей ви­ны. И ищет их пов­сю­ду, в пер­вую оче­редь ста­рает­ся вый­ти на них че­рез близ­ких те­бе лю­дей. Ар­тур - пер­вый в этом спис­ке, и его мо­гут схва­тить в лю­бой мо­мент.

- Ар­ту­ра по­хи­ти­ли еще нес­коль­ко дней на­зад, и его место­на­хож­де­ние неиз­вест­но.

- Вы­хо­дит, я прав, Хо­зяин пе­рестал до­ве­рять мне, ина­че сооб­щил бы о на­ме­чавшей­ся опе­ра­ции, к ко­то­рой, к со­жа­ле­нию, и я при­ло­жил ру­ку. Те­бе сле­дует пос­пе­шить, ина­че мо­жешь по­те­рять его.

- По­че­му ты ре­шил об­ра­тить­ся ко мне?

- Не знаю. Просто чувст­вую, что Ки­ра­ко­сян за­шел слиш­ком да­ле­ко и его на­до лю­бой це­ной оста­но­вить. - Сам то­го не по­доз­ре­вая, Алек­сан сло­во в сло­во пов­то­рил мысль Го­ра. - Толь­ко не­дав­но я по­нял, нас­коль­ко опа­сен этот че­ло­век. Кро­ме те­бя, с ним ник­то не спра­вит­ся…

- А как же ты?

- Ме­ня в счет не бе­ри. Я и рад бы по­мочь, да боюсь, вре­ме­ни у ме­ня оста­лось в об­рез. Точ­нее, до то­го мо­мен­та, по­ка хо­зяин не уз­нает, что я жив. Хо­тя будь я на но­гах, в сто­ро­не бы не остал­ся. Те­перь и у ме­ня свои сче­ты с ним.

Гор по­до­шел к ок­ну па­ла­ты, от­ку­да отк­ры­вал­ся пот­ря­саю­щий вид на пок­ры­тые густы­ми ле­са­ми го­ры Зан­ге­зу­ра. Сей­час они бы­ли в снеж­ном пле­ну, и от это­го ка­за­лись еще прек­рас­нее. С со­жа­ле­нием отор­вав­шись от этой па­но­ра­мы, он сно­ва вер­нул­ся к кро­ва­ти Алек­са­на.

- Ки­ра­ко­сян не го­во­рил слу­чай­но, что имен­но бы­ло изъя­то из сей­фа? - спро­сил он.

- Ска­зал в са­мом на­ча­ле, ког­да поп­ро­сил подк­лю­чить­ся к поис­ку. По его сло­вам, очень важ­ные до­ку­мен­ты, ко­то­рые неп­ре­мен­но нуж­но най­ти.

- Он не уточ­нил, о чем речь?

- Нет, но, су­дя по раз­ма­ху предп­ри­ня­тых им ша­гов и воз­ник­ше­му вок­руг ажио­та­жу, в них дейст­ви­тель­но мог­ли со­дер­жать­ся све­де­ния, имею­щие го­су­дарст­вен­ное зна­че­ние, и, соот­ветст­вен­но, не под­ле­жа­щие разг­ла­ше­нию.

- И ты по­ве­рил?

- В тот мо­мент у ме­ня не бы­ло ос­но­ва­ний не ве­рить ему. Хо­зяин су­мел убе­дить ме­ня в не­га­тив­ных пос­ледст­виях этой кра­жи, и я го­тов был вся­чес­ки по­мо­гать ему.

- До­ку­мен­ты нап­ря­мую не ка­сают­ся ин­те­ре­сов об­щест­ва. В этом он те­бя об­ма­нул. Не­пос­редст­вен­ное от­но­ше­ние они имеют, в пер­вую оче­редь, к са­мо­му Ки­ра­ко­ся­ну и его ок­ру­же­нию, так как изоб­ли­чают их про­даж­ность и алч­ность. От­сю­да и па­ни­чес­кий страх - ведь в слу­чае ог­лас­ки им при­дет­ся дер­жать от­вет за со­деян­ное, - и го­тов­ность лю­бы­ми средст­ва­ми вер­нуть до­ку­мен­ты.

- Я не знал все­го это­го, - ти­хо ска­зал Алек­сан.

- Как ты счи­таешь, где он мо­жет дер­жать Ар­ту­ра? - с на­деж­дой пос­мот­рел Гор на Алек­са­на.

- На­до по­ду­мать, - за­дум­чи­во произ­нес Ада­мян. - Ва­риант да­чи Нал­бан­дя­на иск­лю­чает­ся пос­ле убийст­ва Ме­ли­кя­на. Уж боль­но ве­лик риск, да и сам дом серьез­но пост­ра­дал от взры­ва. Дру­гое под­хо­дя­щее место - это охот­ни­чий домик Ки­ра­ко­ся­на в за­по­вед­ни­ке близ Цах­кад­зо­ра, но до не­го до­би­рать­ся да­ле­ко­ва­то, а де­ло, на­до ду­мать, не тер­пе­ло от­ла­га­тельст­ва. Ну и остает­ся еще не­за­вер­шен­ный про­мыш­лен­ный комп­лекс на Аш­та­ракс­ком шос­се. Место идеаль­ное во всех от­но­ше­ниях - доста­точ­но глу­хое и в не­пос­редст­вен­ной бли­зости от го­ро­да. Я не раз бы­вал там во вре­мя строи­тельст­ва вместе с Ки­ра­ко­ся­ном и, ес­ли бы ре­ше­ние ис­хо­ди­ло от ме­ня, по­местил бы плен­ни­ка ту­да.

- По­ка­зать это место на кар­те смо­жешь?

- За­чем, я сам вас ту­да от­ве­зу.

- Нет, об этом го­во­рить ра­но­ва­то: рис­ко­вать здо­ровьем не стоит, по­ка­жешь на кар­те. Вот и док­тор то­го же мне­ния, - улыб­нул­ся Гор, уви­дев, как в дверь па­ла­ты не­до­воль­но заг­ля­ды­вает врач. Жестом приг­ла­сив его вой­ти, он спро­сил: - Сколь­ко Ада­мя­ну еще пот­ре­бует­ся на­хо­дить­ся здесь, док­тор?

- Как ми­ни­мум, не­де­ли две, - неу­ве­рен­но от­ве­тил тот, вой­дя в па­ла­ту. - А там вид­но бу­дет.

- Вы по­лу­чи­те хо­ро­ший го­но­рар, ес­ли поста­ви­те его на но­ги че­рез па­ру дней. Идет?

Врач сог­ла­сил­ся без раз­ду­мий.

- И кро­ме то­го, ес­ли еще поз­во­ли­те на­шим друзьям на­хо­дить­ся ря­дом с ним все это вре­мя.

Док­тор кив­нул в знак сог­ла­сия.

- А те­перь, ес­ли мож­но, оставь­те нас нае­ди­не еще на па­ру ми­нут, - поп­ро­сил он вра­ча и, ког­да тот ушел, об­ра­тил­ся к Алек­са­ну: - Мо­жет, знаешь, ко­му мог Ки­ра­ко­сян за­ка­зать ме­ня?

Алек­сан от­ри­ца­тель­но кач­нул го­ло­вой.

- Я толь­ко слы­шал о по­ку­ше­нии на те­бя. Пом­нит­ся, да­же уди­вил­ся, что стре­лок умуд­рил­ся про­ма­зать. Обыч­но в та­ких слу­чаях ис­пол­ни­тель не про­ма­хи­вает­ся.

- А он и не про­мах­нул­ся бы, ес­ли б за­хо­тел.

- Хо­чешь ска­зать, что он сде­лал это пред­на­ме­рен­но?

- Имен­но. Стре­лок зво­нил мне пос­ле выст­ре­ла и ска­зал, что вер­нул ста­рый долг.

- Бла­го­род­но. К со­жа­ле­нию, я не знаю это­го че­ло­ве­ка. В пос­лед­нее вре­мя, прав­да, хо­ди­ли слу­хи, что хо­зяин ждет важ­но­го гостя из-за ру­бе­жа, но прие­хал тот или нет, я не знаю.

- Хо­ро­шо. Да­вай сде­лаем так: мои ре­бя­та оста­нут­ся здесь с то­бой и бу­дут те­бя ох­ра­нять. Ты прав, Ки­ра­ко­сян сде­лает все, что­бы за­вер­шить на­ча­тое и уб­рать те­бя - уж боль­но мно­го знаешь, - а ты нам ну­жен жи­вой и здо­ро­вый. Ес­ли твои пред­по­ло­же­ния вер­ны, то Ар­ту­ра мы ос­во­бо­дим в бли­жай­шие дни. Ну все, выз­до­рав­ли­вай, рад был зна­комст­ву, и до ско­рой встре­чи в го­ро­де. Да, кста­ти, ты ни­че­го не хо­чешь пе­ре­дать своим? - Гор за­ме­тил, как при этих сло­вах блес­ну­ли гла­за Алек­са­на и мо­мен­таль­но по­нял свое­го со­бе­сед­ни­ка. - Дик­туй до­маш­ний ад­рес! - при­ка­зал он. - Мы се­год­ня же пе­ре­ве­зем твоих род­ных в на­деж­ное место, так что мо­жешь о них не бес­по­коить­ся. Толь­ко пре­дуп­ре­ди их об этом. Ну, бы­вай!

Вый­дя из па­ла­ты, Гор, что­бы не те­рять вре­мя, пря­мо из боль­ни­цы поз­во­нил в агентст­во и дал при­мер­ные коор­ди­на­ты место­на­хож­де­ния пром­комп­лек­са на Аш­та­ракс­ком шос­се, где, по мне­нию Алек­са­на, мог­ли пря­тать Ар­ту­ра. Од­нов­ре­мен­но он ве­лел не­мед­лен­но пе­ре­вез­ти семью Ада­мя­на в бе­зо­пас­ное место. Вре­мя сбо­ра всех ру­ко­во­ди­те­лей под­раз­де­ле­ний Гор наз­на­чил на шесть ве­че­ра.

Им оста­ва­лось до го­ро­да нем­но­го, ког­да в ма­ши­не раз­дал­ся зво­нок и ему до­ло­жи­ли, что по­ру­че­ние вы­пол­не­но: семья Ада­мя­на вы­ве­зе­на и на­хо­дит­ся на ре­зерв­ной квар­ти­ре в Да­ви­да­ше­не.

- От­лич­но, жди­те, ско­ро бу­дем, - удовлетворенно от­ве­тил Гор и поп­ро­сил Вре­жа на­жать на газ.

Въе­хав в го­род, он, не заез­жая до­мой, ве­лел Вре­жу по­вер­нуть пря­мо в агентст­во.

 

 

87

 

Шах в этот день не ждал гостей. Раз­го­ря­чен­ный пос­ле сау­ны за­кон­ник, за­вер­нув­шись в бе­лос­неж­ную просты­ню, уми­рот­во­рен­но воз­ле­жал на де­ре­вян­ном топ­ча­не в пред­бан­ни­ке и нас­лаж­дал­ся пи­вом, ког­да Кяж пе­ре­дал ему мо­биль­ник. За­го­вор­щи­чес­ки пре­дуп­ре­див, что это Ки­ра­ко­сян, он вы­шел, плот­но зак­рыв за со­бой дверь.

- Достал он, буд­то дру­гих за­бот у ме­ня нет, - не­до­воль­но про­бур­чал Шах, но труб­ку всё же взял.

- На­до бы встре­тить­ся, ува­жае­мый Шах, - раз­дал­ся в те­ле­фо­не взвол­но­ван­ный го­лос Ки­ра­ко­ся­на.

- Рад бы, до­ро­гой Сам­вел, да толь­ко смыс­ла не ви­жу. Но­востей у ме­ня для те­бя по­ка нет.

- За­то у ме­ня есть. Поэ­то­му и про­шу о встре­че - хо­чу по­со­ве­то­вать­ся.

- Что ж, ес­ли так, приез­жай.

- Ког­да?

- Да хоть сей­час. Че­го зря вре­мя те­рять?

Шах оде­вал­ся, ког­да Кяж до­ло­жил, что оли­гарх в соп­ро­вож­де­нии ох­ран­ни­ков уже ожи­дает его в при­хо­жей.

- Пусть вой­дет. - За­кон­ник встре­чал гостя в той са­мой гостиной, где не так дав­но про­хо­ди­ла па­мят­ная “раз­бор­ка” с участием Го­ра. Но на этот раз на сто­ле, ак­ку­рат­но сер­ви­ро­ван­ном на двоих, кра­со­ва­лась ва­за с фрук­та­ми, блю­до с раз­нооб­раз­ны­ми сла­достя­ми и хрусталь­ный гра­фин с гра­на­то­вым со­ком.

- Ну, са­дись, расс­ка­зы­вай, с чем по­жа­ло­вал. - Шах ука­зал гостю на место за сто­лом и сам сел ря­дом, при­го­то­вив­шись слу­шать.

- Я пос­чи­тал своим дол­гом лич­но пре­дуп­ре­дить те­бя, что на­шел свое­го обид­чи­ка и со­би­раюсь на­ка­зать его по свое­му ус­мот­ре­нию. Поэ­то­му и при­шел к те­бе с прось­бой, что­бы ты не пре­пятст­во­вал мне в этом.

- Это твое пра­во. И кто же он, ин­те­рес­но? - Шах застыл в ожи­да­нии от­ве­та.

- Гор Ца­ту­рян. Это его рук де­ло.

Шах был оша­ра­шен, ес­ли не ска­зать боль­ше. Впер­вые в жиз­ни он не на­шел­ся что ска­зать, настоль­ко нео­жи­дан­ной бы­ла эта весть. Проз­ву­чи из уст Ки­ра­ко­ся­на лю­бое дру­гое из­вест­ное ему имя, он бы не уди­вил­ся так. Но Гор?!

- А ты ни­че­го не пу­таешь, Сам­вел? Есть фак­ты? - спро­сил он, при­дя в се­бя от за­ме­ша­тельст­ва.

- Фак­тов нет. Есть до­гад­ки, хо­тя, дол­жен приз­нать­ся, по­ка толь­ко кос­вен­ные. Но это воп­рос вре­ме­ни. Ско­ро его че­ло­век рас­ко­лет­ся и вы­ло­жит всё. Поэ­то­му я и при­шел за­ра­нее, что­бы пос­ле не бы­ло ко мне пре­тен­зий. Он ведь из ва­ших - или, мо­жет, я оши­баюсь?

- До­гад­ки, го­во­ришь? Ты ме­ня удив­ляешь, Сам­вел. Ты мо­жешь под­те­реть­ся свои­ми до­гад­ка­ми. Гор не в за­ко­не, но он один из нас, хо­тя сам не счи­тает так. Да, у не­го своя жиз­нен­ная фи­ло­со­фия и свой под­ход ко все­му, но за ним стоят весь­ма ува­жае­мые лю­ди, ко­то­рые бесп­ри­чин­но не сда­дут его, да и мне не поз­во­лят это сде­лать. Поэ­то­му мой те­бе со­вет: без конк­рет­ных до­ка­за­тельств не то­ро­пись с этим. Да­же ес­ли у те­бя и на­хо­дит­ся кто-то из его лю­дей. Ведь он мо­жет ни­че­го не ска­зать, и те­бе это до­ро­го обой­дет­ся. Ты по­ни­маешь, о чем я?

- По­ни­маю, от­то­го и при­шел. Де­ло заш­ло слиш­ком да­ле­ко и при­ня­ло край­не не­же­ла­тель­ный обо­рот. А в том, что во всем этом за­ме­шан Гор, сом­не­ний уже нет. Я вы­нуж­ден бу­ду пой­ти на этот шаг, ес­ли не най­ду ино­го ре­ше­ния.

- Чем же он все-та­ки на­со­лил те­бе, что ты неп­ре­мен­но хо­чешь уб­рать его? Вро­де ин­те­ре­сы у вас раз­ные.

- И мне так ка­за­лось вна­ча­ле, да, вид­но, оши­бал­ся я.

- Не по­ни­маю, ска­жи тол­ком, чем за­ни­мает­ся Гор?

- По­ли­ти­кой!

- Чем-чем? - Шах не ми­гая уста­вил­ся на оли­гар­ха. - Но это не­воз­мож­но!

- По­че­му?

- Да по­то­му, ува­жае­мый Сам­вел, что это про­ти­во­ре­чит од­но­му из глав­ных на­ших прин­ци­пов: ни под ка­ким пред­ло­гом не вме­ши­вать­ся в го­су­дарст­вен­ные де­ла и, тем бо­лее, в по­ли­ти­ку. А Гор, пов­то­ряю, в на­шем де­ле да­ле­ко не но­ви­чок и ни­ког­да преж­де в по­доб­ном за­ме­чен не был.

- Что ж, вы­хо­дит, на­ру­шил Гор ва­ши свя­тые за­ко­ны и подста­вил вас.

Шах за­ду­мал­ся. Он не по­ни­мал, что проис­хо­дит. Но то, что пред­ла­гал Ки­ра­ко­сян, бы­ло на ру­ку ему, ибо ра­зом раз­ре­ша­лись все его проб­ле­мы: уст­ра­нял­ся неу­доб­ный со­пер­ник и еще боль­ше ук­реп­ля­лись его по­зи­ции. И Шах ре­шил по­дыг­рать оли­гар­ху, прав­да, с ого­вор­кой.

- Хо­ро­шо, да­вай для на­ча­ла расс­ка­жи мне все под­роб­но и ни­че­го не тая, - стро­го ска­зал он оли­гар­ху. - А уж там ре­шим, что де­лать.

Ки­ра­ко­сян чет­ко об­ри­со­вал всю па­губ­ность си­туа­ции и ее не­ми­нуе­мые пос­ледст­вия, ко­то­рые кос­нут­ся всех, ес­ли не оста­но­вить Го­ра.

- Доб­ро. Хо­тя твои сло­ва еще раз убе­ди­ли ме­ня в том, что по­ли­ти­ка, дейст­ви­тель­но, шту­ка гряз­ная, - за­дум­чи­во из­рек Шах, ког­да Ки­ра­ко­сян кон­чил на­ко­нец го­во­рить. - А те, кто за­ни­мает­ся ею, и по­дав­но.

- Да­вай, Шах, оста­вим фи­ло­со­фию на по­том, ког­да ре­шим проб­ле­му. Вре­ме­ни в об­рез. Пов­то­ряю, и нам, и вам есть что те­рять.

Шах за­дум­чи­во по­ло­жил се­бе гроздь ви­ног­ра­да и, не­то­роп­ли­во от­ры­вая яго­ды, при­нял­ся есть. За­кон­чив, он отод­ви­нул от се­бя та­рел­ку и пос­мот­рел на оли­гар­ха.

- Ты посту­пил даль­но­вид­но, пре­дуп­ре­див ме­ня об этом. Посту­пай как счи­таешь нуж­ным, - ска­зал он спо­кой­но. За­тем на­лил се­бе со­ку и мед­лен­но вы­пил его ма­лень­ки­ми глот­ка­ми. - Мы не бу­дем воз­ра­жать про­тив твоих дейст­вий, ес­ли пре­доста­вишь нам сви­де­тельст­ва его ви­ны. Но поз­воль те­бе дать в этой свя­зи еще один со­вет. Ког­да не мо­жешь нап­ря­мую по­доб­рать­ся к свое­му вра­гу, дейст­вуй че­рез до­ро­гих ему лю­дей.

- О чем это ты, ува­жае­мый Шах?

- О де­вуш­ке, с ко­то­рой встре­чает­ся Гор. Ду­маю, он ни за что на све­те не ста­нет рис­ко­вать ею.

- Ин­те­рес­ная мысль, - ска­зал Ки­ра­ко­сян, на мгно­ве­ние за­ду­мав­шись. - И ты по­мо­жешь мне най­ти ее?

- А че­го тут по­мо­гать? Пош­лю сей­час с то­бой Ша­ви­ка, он по­ка­жет те­бе ее дом. А там посту­пай как знаешь…

Ки­ра­ко­сян под­нял­ся, что­бы отк­ла­нять­ся. Нуж­ный вер­дикт от брат­вы, в ли­це смот­ря­ще­го, ко­то­рый раз­вя­зал ему ру­ки в от­но­ше­нии Го­ра, он по­лу­чил.

Шах же со свое­го места так и не под­нял­ся, толь­ко на про­ща­ние спро­сил;

- От­веть мне пря­мо, за­чем это ему бы­ло нуж­но?

- По­ка не знаю, сам хо­чу выяс­нить, - по­жал пле­ча­ми Ки­ра­ко­сян. - Уз­наю - ска­жу.

 

 

88

 

С са­мо­го ут­ра Кристи­ну не по­ки­да­ло чувст­во бес­по­койст­ва. С че­го бы это вдруг, ду­ма­ла де­вуш­ка. Вро­де при­чин для это­го не было. На ра­бо­те всё в по­ряд­ке, а о лич­ной жиз­ни и го­во­рить не при­хо­дит­ся. Уста­ла, на­вер­ное, ре­ши­ла она. Поп­ро­шу Го­ра, мо­жет, най­дет вре­мя выб­рать­ся на вы­ход­ные за го­род.

Од­на­ко зво­нок, раз­дав­ший­ся в ка­би­не­те пе­ред са­мым обе­ден­ным пе­ре­ры­вом, раз­веял ее меч­ты от­но­си­тель­но уи­кэн­да на при­ро­де. Зво­нил быв­ший од­нок­ласс­ник, с ко­то­рым она не ви­де­лась аж со дня окон­ча­ния шко­лы.

- Не удив­ле­на, что на­шел те­бя? - пос­ле обыч­ных при­ветст­вен­ных слов спро­сил он де­вуш­ку.

- Приз­нать­ся, есть нем­но­го, Вла­дик, - от­ве­ти­ла де­вуш­ка. - Это так нео­жи­дан­но. Хо­тя, зная, в ка­ком ве­домст­ве ты ра­бо­таешь, ду­маю, поиск не соста­вил для те­бя осо­бо­го тру­да.

- Ха-ха, рад, что с юмо­ром у те­бя всё в по­ряд­ке. Зна­чит, не до­га­ды­ваешь­ся, за­чем зво­ню?

- Ро­ди­те­лей, что ли, опять в шко­лу выз­ва­ли? - по­шу­ти­ла де­вуш­ка. - Нет, Влад, по­ня­тия не имею.

- Па­ру дней на­зад мы от­ме­ча­ли день рож­де­ния моей же­ны в од­ном из го­родс­ких ресто­ра­нов…

- Вла­дик, ес­ли ты имеешь в ви­ду “Сла­вянс­кий”, то я дейст­ви­тель­но бы­ла там вместе со своим дру­гом. И что?

- Имен­но по по­во­ду это­го са­мо­го дру­га я и зво­ню. Дав­но дру­жишь с Го­ром?

- А по­че­му это те­бя ин­те­ре­сует?

- Что­бы пре­досте­речь от бе­ды, ес­ли, ко­неч­но, уже не позд­но.

- Пре­досте­речь от че­го? Не по­ни­маю, о чем ты?

- Как о чем? Иметь в друзьях од­но­го из из­вест­ных ав­то­ри­те­тов го­ро­да и не по­ни­мать… Ес­ли хо­чешь, по­мо­гу те­бе из­ба­вить­ся от не­го.

Кристи­на мол­ча­ла, с тру­дом пе­ре­ва­ри­вая ус­лы­шан­ное.

- Влад, ес­ли это шут­ка, то до­воль­но неу­дач­ная. Ты о ком го­во­ришь?

- Как о ком, ты раз­ве не с Го­ром Ца­ту­ря­ном бы­ла в ресто­ра­не?

- С ним.

- И ты что, всерьез не знаешь, кто он?

- От­че­го же, знаю, ди­рек­тор ох­ран­но­го агентст­ва.

- Хо­чешь ска­зать, предста­ви­тель ма­ло­го и сред­не­го биз­не­са? - с сар­каз­мом спро­сил Влад.

- Ну, что-то вро­де это­го.

- Ха-ха-ха! - раз­дал­ся из труб­ки рас­ка­тистый смех. - Умо­ришь ты ме­ня, Кристи­на, своей наив­ностью. Да уж, дейст­ви­тель­но ма­ло­го. При­чем настоль­ко, что дер­жит под конт­ро­лем од­ну чет­вер­тую часть мил­лион­но­го ме­га­по­ли­са… Он та­кой же ох­ран­ник, как я аст­ро­фи­зик. Гор Ца­ту­рян, по клич­ке Ме­так­си Гор, один из зап­ра­вил мест­но­го кри­ми­наль­но­го ми­ра, хо­ро­шо из­вест­ный и за пре­де­ла­ми стра­ны. Это я те­бе уже как ра­бот­ник ор­га­нов бе­зо­пас­ности го­во­рю. Так что, ес­ли вдруг те­бе, под­ру­га, всё же по­на­до­бит­ся моя по­мощь, об­ра­щай­ся, всег­да бу­ду рад ока­зать ее быв­шей од­нок­ласс­ни­це…

Труб­ка в ее дро­жа­щей ру­ке про­дол­жа­ла из­да­вать пре­ры­вистые гуд­ки, а оша­ра­шен­ная Кристи­на все си­де­ла не ше­лох­нув­шись. А по­том, уро­нив го­ло­ву на стол, горь­ко, по-детс­ки расп­ла­ка­лась. Мно­гое те­перь ей ста­ло яс­но. И по­че­му ста­ли сто­ро­нить­ся ее друзья, и поч­ти­тель­ные улыб­ки шпа­ны на ули­це, и та мно­гоз­на­чи­тель­ная ух­мыл­ка че­ло­ве­ка, ко­то­рый по­мог ей с ма­ши­ной, ког­да она произ­нес­ла его имя. И да­же вы­нуж­ден­ное бегст­во из го­ро­да ее быв­ше­го ди­рек­то­ра…

Что же де­лать? Не­мед­лен­но пор­вать с ним, ес­ли сло­ва Вла­да - прав­да? “Се­год­ня ве­че­ром, ког­да он при­дет, пря­мо спро­шу его об этом… Ес­ли Гор лю­бит ме­ня, скры­вать ни­че­го не ста­нет”.

Од­на­ко до до­му она в тот ве­чер не дое­ха­ла. На од­ном из пе­рек­рест­ков, у све­то­фо­ра в ма­ши­ну к ней поч­ти на хо­ду зап­рыг­ну­ли ка­кие-то лю­ди в над­ви­ну­тых на гла­за вя­за­ных ша­поч­ках. От нео­жи­дан­ности она не ус­пе­ла да­же вскрик­нуть. Ну а те мо­мен­таль­но под­нес­ли к ее ли­цу про­пи­тан­ный хло­ро­фор­мом мар­ле­вый там­пон. Боль­ше Кристи­на ни­че­го не пом­ни­ла. Ее увез­ли в неиз­вест­ном нап­рав­ле­нии.

 

 

89

 

Об ис­чез­но­ве­нии Кристи­ны Гор уз­нал позд­но ночью. Ему нео­жи­дан­но поз­во­ни­ла ее близ­кая под­ру­га и со­сед­ка по до­му и взвол­но­ван­но сооб­щи­ла, что мо­биль­ник де­вуш­ки мол­чит с са­мо­го ве­че­ра, а до­мой она так и не вер­ну­лась с ра­бо­ты.

- Ну и что? Она же не ре­бе­нок. Ма­ло ли ку­да мог­ла пой­ти, - по­пы­тал­ся ус­по­коить ее Гор. - Мо­жет, у ко­го-то из дру­зей ре­ши­ла остать­ся или у ро­ди­те­лей…

- Но за­чем бы­ло в этом слу­чае отк­лю­чать те­ле­фон? А ведь она и на де­вич­ник наш не приш­ла, хо­тя еще днем обе­ща­ла, что не­пре­мен­но бу­дет…

Дейст­ви­тель­но не по­хо­же на нее, по­ду­мал Гор. Обыч­но они неод­нок­рат­но пе­рез­ва­ни­ва­лись в те­че­ние дня. И вче­ра до обе­да все бы­ло как всег­да. В пос­лед­ний раз он свя­зал­ся с ней где-то в ра­йо­не пя­ти. А пос­ле, по­кон­чив с де­ла­ми за пол­ночь, уже не стал ее бес­по­коить. Но стран­но, что и Кристи­на по­че­му-то не поз­во­ни­ла ему, как де­ла­ла это обыч­но, ког­да он дол­го не вы­хо­дил с ней на связь.

Зво­нить в та­кой позд­ний час ро­ди­те­лям Кристи­ны Гор не стал. Нет ни­ка­ко­го смыс­ла. Ее там точ­но не бу­дет. Толь­ко ста­ри­ков зря раст­ре­во­жишь. Гор наб­рал но­мер тех­ни­чес­ко­го ме­нед­же­ра своей ком­па­нии.

- Смбат, ты смо­жешь оп­ре­де­лить по на­ви­га­то­ру место­на­хож­де­ние ма­ши­ны? - спро­сил он.

- Ес­ли при­бор не отк­лю­чен, то без проб­лем.

Ему пот­ре­бо­ва­лось на поиск не бо­лее пя­ти ми­нут.

- Ма­ши­на в под­зем­ной пар­ков­ке на Ту­ма­ня­на, - ла­ко­нич­но до­ло­жил он.

А еще че­рез пол­ча­са Гор с Вре­жем бы­ли уже у шлаг­бау­ма ав­тостоян­ки и об­ща­лись с ох­ра­ной.

- Да, “пе­жо” под та­ким но­ме­ром зае­хал сю­да в двад­цать ча­сов трид­цать ми­нут. В ма­ши­не на­хо­ди­лись двое мо­ло­дых лю­дей. Они предъя­ви­ли тех­пас­порт автомобиля на имя не­кой Кристи­ны Саакянц.

- Мож­но нам ос­мот­реть ее? - спро­сил Гор. - Это ма­ши­на моей не­весты.

- Нель­зя, - от­ре­зал тот.

- Мож­но. Я про­во­жу вас к ней, - с го­тов­ностью пред­ло­жил вто­рой ох­ран­ник, жестом оста­но­вив на­пар­ни­ка, го­то­во­го всту­пить с ним в пе­ре­пал­ку. - По­том объяс­ню.

Дуб­ли­кат клю­чей от “пе­жо” по настоя­нию Кристи­ны с не­ко­то­рых пор на­хо­дил­ся у Го­ра. Отк­рыв са­лон, он сра­зу по­чувст­во­вал рез­кий за­пах хло­ро­фор­ма, не до кон­ца вы­вет­рив­ший­ся из ма­ши­ны. Всё бы­ло яс­но.

- Спа­си­бо, - поб­ла­го­да­рил Гор вто­ро­го ох­ран­ни­ка, ког­да они вер­ну­лись к вы­хо­ду. Преж­де чем отъе­хать, он достал из бу­маж­ни­ка сто­дол­ла­ро­вую банк­но­ту и вместе со своей ви­зит­кой про­тя­нул ему. - Поз­во­ни­те мне, по­жа­луй­с­та, в лю­бое вре­мя дня и но­чи, как толь­ко эти лю­ди сно­ва поя­вят­ся здесь. И поста­рай­тесь за­дер­жать их до мое­го приез­да. Пре­дуп­ре­ди­те об этом и ва­ших смен­щи­ков.

- Сде­лаем, Гор, не бес­по­кой­ся, - от­ве­тил тот.

- Ты ме­ня знаешь?

- Знаю. И кро­ме то­го, мой двою­род­ный брат Ми­ша Мар­ко­сян ра­бо­тает у те­бя.

До­ма Гор и не по­ду­мал ло­жить­ся. Ему бы­ло не до сна. До ут­ра он дол­жен был всё тща­тель­но взве­сить и при­нять ре­ше­ние. Он был уве­рен, что за по­хи­ще­нием Кристи­ны стоит Ки­ра­ко­сян, ко­то­рый по­шел ва-банк, что­бы заста­вить его от­ка­зать­ся от своей це­ли. Но этой ра­дости Гор ему достав­лять не со­би­рал­ся и пла­ни­ро­вал ос­во­бо­дить Кристи­ну и Ар­ту­ра уже сле­дую­щей ночью. Толь­ко вот от­ку­да Ки­ра­ко­сян уз­нал о Кристи­не? Единст­вен­ный че­ло­век, ко­то­рый мог на­вести оли­гар­ха на мысль о ней, был Шах. И ес­ли это так, он еще по­жа­леет об этом.

 

 

90

 

Но­вый на­чаль­ник ох­ра­ны Ки­ра­ко­ся­на был, по еди­но­душ­но­му мне­нию его быв­ших кол­лег, за­кон­чен­ным прох­востом. За это, собст­вен­но, его и поп­ро­си­ли из по­ли­ции, где он преж­де ра­бо­тал. Быв­шие сос­лу­жив­цы от­зы­ва­лись о нем как о че­ло­ве­ке, го­то­вом за па­ру мо­нет про­дать да­же род­ную мать. Чем ру­ко­водст­во­вал­ся оли­гарх, ког­да из всех про­чих представ­лен­ных ему кан­ди­да­тур оста­но­вил свой вы­бор имен­но на нем, так и оста­лось тай­ной, хо­тя, ес­ли вду­мать­ся, ло­ги­ку его поступ­ка по­нять бы­ло мож­но: удоб­но иметь под ру­кой, вместо ще­пе­тиль­но­го в воп­ро­сах чести Алек­са­на, че­ло­ве­ка сго­вор­чи­во­го и го­то­во­го по пер­во­му зо­ву хо­зяи­на на лю­бую под­лость и лю­бые про­ти­воп­рав­ные ша­ги, лишь бы оп­ла­та соот­ветст­во­ва­ла его ап­пе­ти­там.

Зва­ли ох­ран­ни­ка Су­рен­чик. Так лас­ка­тель­но он представ­лял­ся при зна­комст­ве, вы­зы­вая у лю­дей ус­меш­ку, ибо это умень­ши­тель­ное имя ни­как не вя­за­лось с его бес­фор­мен­ной внеш­ностью и алч­ным и по­хот­ли­вым взгля­дом. Прав­да, Ки­ра­ко­ся­на все это тро­га­ло ма­ло. По­мя­туя о не­дав­нем прош­лом, он кар­ди­наль­но из­ме­нил свои пра­ви­ла об­ще­ния с но­вым ох­ран­ни­ком и был с ним не столь бли­зок и до­ве­ри­те­лен, как в быт­ность с Алек­са­ном.

- Ты, пом­нит­ся, го­во­рил, что ра­бо­тал доз­на­ва­те­лем ка­кое-то вре­мя, - нео­жи­дан­но поин­те­ре­со­вал­ся он как-то у Су­рен­чи­ка.

- Бы­ло дело, Сам­вел Вар­та­но­вич. А что? - уста­вил­ся на хо­зяи­на ох­ран­ник.

- Вспом­нить прош­лое не же­лаешь? Заод­но ус­лу­гу мне ока­жешь и сам внак­ла­де не оста­нешь­ся.

- Всег­да го­тов. Что от ме­ня тре­бует­ся? - с не­тер­пе­нием от­клик­нул­ся ох­ран­ник, ус­лы­шав о день­гах.

- Раз­го­во­рить од­но­го че­ло­веч­ка смо­жешь?

- Да без проб­лем, Сам­вел Вар­та­но­вич.

- Не ска­жи, Су­рен­чик. И нам вна­ча­ле ка­за­лось, что сде­лать это бу­дет лег­ко, но наш плен­ник мол­чит, как пар­ти­зан.

- Приз­на­ние мож­но вы­бить из лю­бо­го че­ло­ве­ка, да­же са­мо­го стой­ко­го, - уве­рен­но и по-фи­ло­софс­ки за­ме­тил Су­рен­чик. - При пра­виль­ном под­хо­де ник­то не устоит, по­верь­те. А за свою исто­рию лю­ди мно­го че­го нап­ри­ду­ма­ли по этой части. Глав­ное тут - пал­ку не пе­рег­нуть; а раз­вя­зать язык мож­но по-раз­но­му.

- Это как же? - не без ин­те­ре­са спро­сил хо­зяин.

- К при­ме­ру, за­дейст­во­вав пси­хо­ло­ги­чес­кий фак­тор, а при осо­бых слу­чаях и фи­зи­чес­кий. Ска­жем, пал­ка­ми бить по го­лым пят­кам или в ле­дя­ную ван­ну го­ло­вой оку­нать.

- А ес­ли и это не по­мо­жет? - про­дол­жал до­пы­ты­вать­ся Ки­ра­ко­сян.

- Тог­да сы­во­рот­ку прав­ды мож­но ис­поль­зо­вать. За­ще­бе­чет, как во­ро­бей. Слы­ха­ли о та­ком пре­па­ра­те?

- При­хо­ди­лось. Достать смо­жешь?

- Бы­ли бы день­ги, а достать мож­но все что угод­но.

- За этим де­ло не ста­нет.

 

 

91

 

В сто­рож­ке ца­рил ве­чер­ний по­лум­рак. Туск­лый свет, па­дав­ший из ок­на, отб­ра­сы­вал на пол кон­ту­ры фи­гу­ры че­ло­ве­ка, си­дев­ше­го, сгор­бив­шись, у сто­ла. Ар­тур, а это был он, по­пы­тал­ся встать, что­бы доб­рать­ся до топ­ча­на, но засто­нал от рез­кой бо­ли в гру­ди. При­ко­ван­ный цепью и из­би­тый сто­ро­жа­ми до неуз­на­вае­мости, плен­ник по­ва­лил­ся об­рат­но на стул, с грустью всмат­ри­ваясь в тем­но­ту.

Стран­но, что до сих пор нет вестей от Го­ра, тре­во­жил­ся он. На ис­хо­де пя­тые сут­ки, как его при­вез­ли сю­да, а от ре­бят ни слу­ху ни ду­ху. Как-то не ве­ри­лось, что о нем за­бы­ли или без­дейст­вуют, зная, что он в бе­де. Ско­рее все­го, при­чи­на бы­ла в том, что Гор по­ка не знал, ку­да уп­ря­та­ли его…

Раз­мыш­ле­ния Ар­ту­ра бы­ли прер­ва­ны зву­ка­ми подъез­жаю­щих ма­шин.

“На­чи­нает­ся”, - с тос­кой по­ду­мал он и весь сжал­ся.

Он не ошиб­ся. Прие­хал Ки­ра­ко­сян. Но на этот раз, кро­ме ох­ран­ни­ков, с ним еще был ка­кой-то нез­на­ко­мый бес­фор­мен­ный му­жик, сме­рив­ший Ар­ту­ра дол­гим изу­чаю­щим взгля­дом.

Плен­ни­ка от оли­гар­ха раз­де­ля­ли все­го ка­ких-то пол­то­ра мет­ра. Весь­ма удоб­но для нео­жи­дан­ной ата­ки. И будь Ар­тур в ином состоя­нии и не на це­пи, он не пре­ми­нул бы вос­поль­зо­вать­ся этим обстоя­тельст­вом. Но как это сде­лать сей­час, ког­да каж­дое дви­же­ние вы­зы­вает не­вы­но­си­мую боль, а по обе сто­ро­ны от оли­гар­ха на­го­то­ве стоят его вол­ко­да­вы. Он тя­же­ло вздох­нул и от­вел взгляд, что­бы невз­на­чай не вы­дать се­бя.

- Что-то ты за­частил ко мне, ува­жае­мый, - ста­раясь го­во­рить как мож­но уве­рен­нее, об­ра­тил­ся он к Ки­ра­ко­ся­ну. - Вро­де мы с то­бой в прош­лый раз всё об­го­во­ри­ли, хо­тя, к со­жа­ле­нию, так и не до­го­во­ри­лись.

- Мне так пон­ра­ви­лась твоя ре­пе­ти­ция, что я поз­во­лил се­бе при­вез­ти с со­бой се­год­ня заяд­ло­го теат­ра­ла, что­бы и он по достоинст­ву оце­нил твое мастерст­во, - с ус­меш­кой от­ве­тил оли­гарх. - Толь­ко будь добр, не де­лай рез­ких дви­же­ний, да­бы слу­чай­но не на­нести се­бе трав­мы.

- Слу­шай, не знаю, что ты там за­ду­мал, но ты свое дра­го­цен­ное вре­мя зря не трать и го­во­ри по де­лу: с чем на сей раз по­жа­ло­вал?

- Ну, по де­лу, так по де­лу. Ме­ня, собст­вен­но, как и тог­да, ин­те­ре­суешь не ты, а все­го лишь место, где Гор пря­чет мои до­ку­мен­ты...

Сверк­нув­ший в по­лум­ра­ке оз­лоб­лен­ный взгляд олигарха вы­дал его с го­ло­вой. Ес­ли Ар­тур и вы­ло­жит ему всё как на ду­ху, все рав­но в жи­вых его не оста­вят.

- Жаль те­бя огор­чать, ува­жае­мый, но к то­му, что я тог­да ска­зал, до­ба­вить мне боль­ше не­че­го. Единст­вен­ное, о чем про­шу, - ког­да за­кон­чишь, сооб­щи род­ным. Пусть хоть по­хо­ро­нят по-че­ло­ве­чес­ки, - поп­ро­сил он оли­гар­ха.

- Ты уми­рать бли­жай­шие па­ру ча­сов не то­ро­пись, а там вид­но бу­дет. Кон­чить те­бя мы всег­да ус­пеем, - опять ус­мех­нул­ся оли­гарх и что-то ти­хо шеп­нул нез­на­ком­цу. Тот кив­нул и быст­ро достал из внут­рен­не­го кар­ма­на ка­кую-то ам­пу­лу и упа­ков­ку с од­но­ра­зо­вым шпри­цем.

- Ни­как ле­чить на­ду­ма­ли? - с кри­вой ус­меш­кой спро­сил Ар­тур, не от­ры­вая насто­ро­жен­но­го взгля­да от нез­на­ком­ца.

- Да. Го­во­рят, от про­ва­лов в па­мя­ти хо­ро­шо по­мо­гает, - по­дал го­лос нез­на­ко­мец. - И на ап­пе­тит хо­ро­шо дейст­вует. Так что по­вез­ло те­бе.

- А я не жа­луюсь на ап­пе­тит, и с па­мятью у ме­ня всё в по­ря­д­ке. - Ар­тур все еще не до­га­ды­вал­ся, что за­ду­мал Ки­ра­ко­сян, - о сы­во­рот­ке прав­ды, ко­то­рую оли­гарх ре­шил исп­ро­бо­вать на нем, он ни­ког­да не слы­шал.

- А те­перь бу­дет еще луч­ше. - Нез­на­ко­мец при­го­то­вил шприц и ве­лел ох­ран­ни­кам за­ка­тать плен­ни­ку пра­вый ру­кав и пок­реп­че дер­жать его са­мо­го, чтоб не дер­гал­ся. За­тем быст­рым дви­же­нием про­фес­сио­наль­но ввел иг­лу в предп­лечье. - Вот и всё, и сов­сем не боль­но. А ты боял­ся, - произ­нес он нас­меш­ли­во.

Ар­тур зак­рыл гла­за. Бо­ли он и прав­да не по­чувствовал. Толь­ко го­ло­ва внача­ле чуть-чуть зак­ру­жи­лась от ощу­ще­ния ка­кой-то воз­душ­ности. По­том ему по­ка­за­лось, что мозг у не­го оне­мел и пе­рестал под­чи­нять­ся.

- Ког­да присту­пим? - не­тер­пе­ли­во спро­сил Ки­ра­ко­сян.

- Ми­нут че­рез де­сять, Сам­вел Вар­та­но­вич.

- И нас­коль­ко хва­тит?

- При­мер­но на пол­ча­са.

- Мо­жет, ввести еще од­ну ам­пу­лу?

- Нель­зя, пре­па­рат силь­ный, и серд­це мо­жет не вы­дер­жать. Ду­маю, од­ной до­зы хва­тит.

А Ар­тур меж­ду тем ни­ко­го уже вок­руг не за­ме­чал. Он на­хо­дил­ся в ка­ком-то за­тор­мо­жен­ном состоя­нии, но при этом поя­ви­лась стран­ная пот­реб­ность го­во­рить, го­во­рить не пе­реста­вая.

Оли­гарх то и де­ло пог­ля­ды­вал на ча­сы. Не ус­пе­ла боль­шая стрел­ка прод­ви­нуть­ся на ци­ферб­ла­те на де­вять де­ле­ний, как он вски­нул гла­за на свое­го под­руч­но­го:

- Ну что, Су­рен­чик, не по­ра?

- Что ж, да­вай­те поп­ро­буем, Сам­вел Вар­та­но­вич. - Он мол­ча при­сел на стул вплот­ную к Ар­ту­ру. Ки­ра­ко­сян же встал у не­го за спи­ной и вклю­чил дик­то­фон.

- Как те­бя зо­вут?

Плен­ник, с от­сутст­вую­щим взгля­дом смот­рев­ший в сто­ро­ну, про­бор­мо­тал:

- Ар­тур.

- Где жи­вешь?

- На Атар­бе­кя­на.

- Это где?

- В Ме­так­се.

- А ра­бо­таешь?

- В ЧО­Пе.

- Кто твой шеф?

- Гор Ца­ту­рян.

- Чем за­ни­мает­ся ваш ЧОП?

- Ох­ра­няем.

- Ко­го?

- Всех, кто нуж­дает­ся в этом.

- И Гор этим за­ни­мает­ся?

- Нет, он толь­ко ру­ко­во­дит.

- Он за­кон­ник?

- Гор ни­ког­да не стре­мил­ся стать во­ром.

- Где вы с ним поз­на­ко­ми­лись?

- На зо­не. Си­де­ли вместе.

- Го­ра ува­жа­ли на зо­не?

- Его вез­де ува­жают.

- И во­ры?

- И они в том чис­ле.

- Сколь­ко че­ло­век в ва­шей ко­ман­де?

- Око­ло ста.

- А кро­ме ох­ра­ны, чем вы еще за­ни­мае­тесь?

- По-раз­но­му бы­вает.

- Гра­бе­жа­ми то­же?

- Гор на­зы­вает это по-дру­го­му.

- Это как же?

- Эксп­роп­риа­цией не­за­кон­ных до­хо­дов.

Су­рен­чик ус­лы­шал, как вы­ру­гал­ся впол­го­ло­са за его спи­ной Ки­ра­ко­сян.

- С ка­кой целью он де­лает это?

- Что­бы иметь воз­мож­ность по­мо­гать тем, кто нуж­дает­ся.

- Мно­гим по­мог­ли?

- Да.

- И в дом Ки­ра­ко­ся­на то­же по этой при­чи­не вло­ми­лись?

- Да, сроч­но по­на­до­би­лись день­ги на опе­ра­цию ре­бен­ка.

- Сколь­ко пла­ни­ро­ва­ли взять?

- Не мень­ше двух мил­лио­нов.

- Кто на­вел, са­дов­ник?

- Не толь­ко. По­мог­ли и дру­гие.

- Кто конк­рет­но?

- Об этом знает толь­ко Гор.

- Но ведь в до­ме де­нег не ока­за­лось?

- Да, в сей­фе мы об­на­ру­жи­ли толь­ко до­ку­мен­ты.

- По­че­му же вы не вер­ну­ли их хо­зяи­ну? Он ведь го­тов был зап­ла­тить за них.

- Гор ска­зал, что пос­ле то­го, как они по­бы­ва­ли у нас в ру­ках, в жи­вых ни­ко­го не оста­вят.

- И что вы ре­ши­ли с ни­ми сде­лать?

- Об­на­ро­до­вать.

- За­чем?

- Что­бы спасти стра­ну.

- К жур­на­листу Пет­ро­со­ву об­ра­ща­лись?

- Да, он по­мо­гает нам че­рез свою га­зе­ту.

- Кто еще?

- Не знаю, Гор в этом не де­лит­ся со мной.

- Но до­ку­мен­ты у не­го? Где он их дер­жит: до­ма, на ра­бо­те, у дру­зей?

- Не знаю, что-то не­хо­ро­шо мне, го­ло­ва кру­жит­ся... - Го­ло­ва Ар­ту­ра мед­лен­но опусти­лась на стол, и он за­мер.

- Нет, не смей за­сы­пать! Ты еще не все ска­зал! - Ки­ра­ко­сян, выс­ко­чив­ший из-за спи­ны Су­рен­чи­ка, тряс Ар­ту­ра за пле­чи, пы­таясь при­вести его в чувст­во.

- Это не по­мо­жет, Сам­вел Вар­та­но­вич. Он при­дет в се­бя толь­ко завт­ра. Но пов­то­рить мы смо­жем не рань­ше чем че­рез день, и это в луч­шем слу­чае.

Хо­зяин ни­че­го не от­ве­тил. В прин­ци­пе, он уз­нал то, что хо­тел - неоп­ро­вер­жи­мое до­ка­за­тельст­во ви­ны Го­ра в ог­раб­ле­нии до­ма, и те­перь мог сме­ло предъя­вить их Ша­ху, что­бы по­лу­чить дол­гож­дан­ное “о­фи­циаль­ное доб­ро” на его лик­ви­да­цию.

 

 

92

 

Вна­ча­ле всё скла­ды­ва­лось как нель­зя удач­но, и Ки­ра­ко­сян был впол­не до­во­лен ре­зуль­та­том. Спла­ни­ро­ван­ная по­ли­цией по его прось­бе слеж­ка за Го­ром на­ча­ла при­но­сить пло­ды. В ос­нов­ном это бы­ли по­ка лишь роб­кие по­пыт­ки обес­пе­чить круг­ло­су­точ­ный конт­роль за его пе­ред­ви­же­ния­ми и де­ла­ми. Уда­ва­лось это, прав­да, не всег­да, но каж­дая зас­ня­тая или за­пи­сан­ная встре­ча или те­ле­фон­ный раз­го­вор отк­ры­ва­ли что-то но­вое, не­воль­но застав­ляя оли­гар­ха нерв­ни­чать и в кор­не ме­нять представ­ле­ния о том, кто же на са­мом де­ле про­ти­востоит ему.

Уже на сле­дую­щий день на­руж­ка до­нес­ла ему, что Гор дваж­ды встре­чал­ся с из­вест­ным в стра­не юристом аме­ри­канс­ко­го проис­хож­де­ния Грай­ром Баях­чя­ном. При­чем во вто­рой раз в его кон­то­ре, где оста­вал­ся в об­щей слож­ности бо­лее трех ча­сов. В иной си­туа­ции оли­гарх, мо­жет, и не об­ра­тил бы вни­ма­ния на эти встре­чи, ес­ли бы не од­но не­ма­ло­важ­ное обстоя­тельст­во. К не­дав­не­му шум­но­му ос­во­бож­де­нию жур­на­листа из СИ­ЗО при­ло­жил ру­ку имен­но этот ад­во­кат. И поэ­то­му, ког­да к это­му стран­но­му альян­су во­ра и юриста вдруг нео­жи­дан­но примк­нул еще и сам Пет­ро­сов, сом­не­ний у Ки­ра­ко­ся­на уже не оста­лось. С че­го это им встре­чать­ся? “Но ес­ли у них поя­ви­лись об­щие ин­те­ре­сы, то они впол­не мо­гут ка­сать­ся и судь­бы по­хи­щен­ных у ме­ня до­ку­мен­тов, - ре­зон­но ду­мал он. - А зна­чит, иск­лю­чать то, что моз­го­вым цент­ром в этой связ­ке мо­жет быть Баях­чян, нель­зя”.

Он был прав толь­ко на­по­ло­ви­ну, по-преж­не­му иг­но­ри­руя ту роль, ко­то­рую в дейст­ви­тель­ности мог иг­рать в этом сою­зе Гор, и из­на­чаль­но от­ве­дя ему место маль­чи­ка на по­бе­гуш­ках у масти­то­го ад­во­ка­та. Поэ­то­му, проз­нав о частых ви­зи­тах Го­ра к Баях­чя­ну, оли­гарх ог­ра­ни­чил­ся лишь тем, что поп­ро­сил по­ли­цию уста­но­вить вре­мен­ный наб­лю­да­тель­ный “пост” у офи­са на Пуш­кинс­кой и фик­си­ро­вать всех, кто за­хо­дит ту­да. Но сен­са­ции не прои­зош­ло. В юри­ди­чес­кую кон­то­ру при­хо­ди­ли в боль­шинст­ве своем лю­ди простые и да­ле­ко не пуб­лич­ные. Ни­ка­ких гром­ких имен сре­ди по­се­ти­те­лей об­на­ру­же­но не бы­ло вплоть до то­го мо­мен­та, ког­да в один из ве­че­ров ему не до­ло­жи­ли, что ад­во­ка­та по­се­тил… опаль­ный пол­ков­ник Ка­за­рян.

Вот тут-то Ки­ра­ко­сян и при­за­ду­мал­ся всерьез. Что мо­жет свя­зы­вать кри­ми­наль­но­го ав­то­ри­те­та, из­вест­но­го юриста, по­ли­цей­ско­го и жур­на­листа? От­ве­та на этот судь­бо­нос­ный для не­го воп­рос он не на­хо­дил.

Даль­ше си­туа­ция пол­ностью выш­ла из-под конт­ро­ля. Пер­вый сюрп­риз пре­под­нес оли­гар­ху, как всег­да, Ата­не­сян. Он поз­во­нил ему пос­ле обе­да и уд­ру­чен­ным го­ло­сом сооб­щил:

- Сам­вел Вар­та­но­вич, за­тея с ма­ши­ной Ца­ту­ря­на не­вы­пол­ни­ма.

- По­че­му? - уди­вил­ся хо­зяин. - Он что, пе­рестал ез­дить на ней?

- Ху­же. Он просто оста­вил свой ав­то­мо­биль и пе­ре­сел на об­щест­вен­ный транс­порт. Ез­дит толь­ко на так­си.

- Стер­вец! До­га­дал­ся, на­вер­ное, что мы что-то за­те­ваем про­тив не­го, -про­це­дил сквозь зу­бы Ки­ра­ко­сян. - Неу­же­ли нель­зя боль­ше ни­че­го при­ду­мать, Ген­рих?

- Уже при­ду­ма­ли, Сам­вел Вар­та­но­вич. Ли­цен­зии на приоб­ре­те­ние ору­жия ком­па­ния Ца­ту­ря­на по­лу­чает от на­ше­го ве­домст­ва, а мы при необ­хо­ди­мости в лю­бой мо­мент мо­жем про­ве­рить, как соб­лю­дают­ся у них пра­ви­ла его хра­не­ния и ис­поль­зо­ва­ния. Вот я и по­ду­мал, что та­кая необ­хо­ди­мость наста­ла. И ес­ли вдруг во вре­мя про­вер­ки об­на­ру­жит­ся па­ра не­за­ре­гист­ри­ро­ван­ных ство­лов, де­лу мож­но бу­дет дать офи­циаль­ный ход, - ра­дост­но зак­лю­чил по­ли­цейс­кий.

В этой своей хит­роум­ной за­дум­ке Ата­не­сян не учел од­но­го - что Гор мог прос­чи­тать все его воз­мож­ные хо­ды и под­го­то­вить­ся к ним. Как, собст­вен­но, и произош­ло. Ког­да во вре­мя комп­лекс­ной про­вер­ки ору­жия опе­ра­тив­ни­ки вдруг вы­та­щи­ли на свет из сей­фа агентст­ва два не­за­ре­гист­ри­ро­ван­ных писто­ле­та и са­мо­до­воль­но предъя­ви­ли Го­ру в ка­чест­ве уго­лов­но на­ка­зуе­мой ули­ки, тот, не сму­тив­шись, от­вел стар­ше­го груп­пы в ком­на­ту ви­део­конт­ро­ля и по­ка­зал на эк­ра­не расте­ряв­ше­му­ся опе­ру, как его под­чи­нен­ные неук­лю­же пря­чут в же­лез­ный шкаф эти са­мые писто­ле­ты. На этом про­вер­ку сроч­но свер­ну­ли и окон­фу­зив­шие­ся по­ли­цейс­кие по­ки­ну­ли агентст­во не­со­ло­но хле­бав­ши. По­пыт­ка за­дер­жать Го­ра с трес­ком про­ва­ли­лась.

 

 

93

 

Сон это был или глу­бо­кое за­бытье, Ар­тур так и не по­нял. Ког­да он с тру­дом отк­рыл гла­за, то сно­ва уви­дел се­бя при­ко­ван­ным к топ­ча­ну. Го­ло­ва бо­ле­ла, му­чи­ла жаж­да. Ни­ко­го из ох­ран­ни­ков в сто­рож­ке не бы­ло. На­вер­ное, на ули­це, уве­рен­ные, что про­снусь не ско­ро, по­ду­мал он. Из то­го, что вче­ра здесь прои­зош­ло, он ни­че­го не пом­нил. Раз­ве толь­ко то, что опять приез­жал Ки­ра­ко­сян. Но на этот раз его по­че­му-то не би­ли. Просто вко­ло­ли ка­кую-то га­дость, а по­том нез­на­ко­мец, ко­то­рый соп­ро­вож­дал оли­гар­ха, о чем-то дол­го го­во­рил с ним. “Что он высп­ра­ши­вал у ме­ня и что я от­ве­чал ему - пол­ный про­вал в па­мя­ти. А как я ока­зал­ся на топ­ча­не? Ведь ког­да они приш­ли, я си­дел у сто­ла”. Ар­тур при­под­нял­ся, что­бы по­дой­ти к сто­лу на­пить­ся, и толь­ко тут за­ме­тил, что ря­дом с ним на топ­ча­не ле­жит к не­му спи­ной ка­кой-то че­ло­век.

- Что за черт, это еще кто? - чер­тых­нул­ся он, пы­таясь в по­лум­ра­ке разг­ля­деть нез­на­ком­ца. В это вре­мя тот со сто­ном по­вер­нул­ся в его сто­ро­ну, и он уз­нал Кристи­ну. - Гос­по­ди, Кристи­на! Ты-то здесь от­ку­да?

Де­вуш­ка приотк­ры­ла гла­за и вдруг как зак­ри­чит. Хо­ро­шо, Ар­тур ус­пел за­жать ей рот ру­кой.

- Кристи­на, Кристи­ноч­ка, ну не кри­чи, по­жа­луйста. Это я, Ар­тур, друг Го­ра, - пы­таясь при­вести в чувст­во до смер­ти на­пу­ган­ную де­вуш­ку, шеп­тал он ей ти­хо.

Она вгля­де­лась в че­ло­ве­ка, вы­да­вав­ше­го се­бя за дру­га, и, с тру­дом рас­поз­нав в этом из­би­том пар­не Ар­ту­ра, раз­ры­да­лась.

- Ну, ну, ус­по­кой­ся, а то на твой плач сбе­гут­ся цер­бе­ры и изо­ли­руют нас, - как мог уве­ще­вал он ее.

По­нем­но­гу Кристи­на ус­по­кои­лась и расс­ка­за­ла, как ее по­хи­ти­ли.

- Гор ни­че­го не го­во­рил те­бе обо мне? - спро­сил Ар­тур, ког­да она за­кон­чи­ла свой расс­каз.

- Нет, ты же знаешь, он не лю­бит расп­рост­ра­нять­ся о своей ра­бо­те, тем бо­лее со мной. - И вдруг, слов­но вспом­нив о чем-то, всхлип­ну­ла, как ре­бе­нок. - Ска­жи, Ар­тур, ме­ня по­хи­ти­ли из-за Го­ра? Мо­жет, прав­ду го­во­рят, что он бан­дит и преступ­ник?

- С че­го ты взя­ла? Кто те­бе ска­зал по­доб­ную чушь? - уди­вил­ся он.

- Да так, лю­ди го­во­рят.

- Пе­ре­дай этим лю­дям, что ес­ли бы все вок­руг бы­ли та­ки­ми, как Гор, то по­ряд­ка и спра­вед­ли­вости в на­шей стра­не бы­ло бы боль­ше…

Сна­ру­жи пос­лы­ша­лись зву­ки ша­гов. Ар­тур при­ло­жил па­лец к гу­бам, при­зы­вая ее к мо­лча­нию, и про­шеп­тал:

- Ло­жись и прит­во­рись спя­щей, - а сам сел на свое место у сто­ла.

В сто­рож­ку нес­пеш­но вош­ли ох­ран­ни­ки. Уви­дев си­дев­ше­го у сто­ла Ар­ту­ра, они уди­ви­лись.

- Что-то быст­ро ты ок­ле­мал­ся пос­ле вче­раш­не­го. Выг­ля­дишь как огур­чик. А ба­бу воз­ле се­бя ты хоть за­ме­тил или пол­ностью ат­ро­фи­ро­вал­ся здесь как му­жик? - ска­зал один из них с мерз­кой ух­мыл­кой.

- Мо­жешь на се­бе про­ве­рить, ес­ли хо­чешь, - па­ри­ро­вал Ар­тур. Удар, об­ру­шив­ший­ся на не­го вслед за эти­ми сло­ва­ми, был та­кой си­лы, что у Ар­ту­ра на мгно­ве­ние по­тем­не­ло в гла­зах и он ед­ва устоял на но­гах. Но и ох­ран­ник в свою оче­редь не­доо­це­нил реак­ции плен­ни­ка, вып­ря­мил­ся недоста­точ­но быст­ро, и это да­ло воз­мож­ность Ар­ту­ру са­да­нуть его в ли­цо ко­ле­ном. Тот схва­тил­ся ру­ка­ми за го­ло­ву и по­пя­тил­ся на­зад. Подс­ко­чив­ший к плен­ни­ку вто­рой ох­ран­ник при­нял­ся мо­ло­тить Ар­ту­ра, а чуть поз­же к не­му при­сое­ди­нил­ся и пер­вый. Те­перь они би­ли его вдвоем. И де­ло за­кон­чи­лось бы для Ар­ту­ра пла­чев­но, ес­ли бы с топ­ча­на вдруг не пос­лы­шал­ся от­чаян­ный крик Кристи­ны, ко­то­рый вмиг от­рез­вил и оста­но­вил их.

- По­вез­ло те­бе, гад, что хо­зяин зап­ре­тил те­бя тро­гать се­год­ня, - по­ти­рая ушиб­лен­ный лоб, зло произ­нес пер­вый ох­ран­ник.

- С че­го это вдруг та­кая ми­лость? - спле­вы­вая на пол кровь, спро­сил Ар­тур.

- В бла­го­дар­ность за то, что слил нуж­ные све­де­ния. Вон как укол на те­бя по­дейст­во­вал… - Ар­тур за­ме­тил, как при этих сло­вах вто­рой ох­ран­ник ткнул то­ва­ри­ща в бок.

“Неу­же­ли я и прав­да под воз­дейст­вием пре­па­ра­та вы­дал всё и всех? - мол­нией уда­ри­ла мысль в го­ло­ву Ар­ту­ра. - Ес­ли это так, то уж луч­ше мне вооб­ще от­сю­да не вы­хо­дить”. Он пос­мот­рел в сто­ро­ну топ­ча­на - Кристи­на, ко­неч­но, слы­ша­ла всё.

- А с ней что бу­дет? Она вам за­чем?

- Не твоя за­бо­та. Прие­дет хо­зяин, раз­бе­рет­ся.

 

 

94

 

Гор прим­чал­ся в агентст­во ни свет ни за­ря. На ча­сах не бы­ло еще и се­ми. По­го­да бы­ла мерз­кая, наст­рое­ние - ей под стать. По­хи­ще­ние Ар­ту­ра, а на­ка­ну­не и Кристи­ны, не да­ва­ло по­во­да для оп­ти­миз­ма.

Пер­вый, кто встре­тил­ся ему в две­рях, был Алек­сан Ада­мян, ко­то­ро­го толь­ко под ут­ро при­вез­ли из Си­сиа­на и по его прось­бе оста­ви­ли пе­ре­дох­нуть в агентст­ве.

- Доб­ро по­жа­ло­вать к нам, - при­ветст­во­вал Гор Алек­са­на, ста­раясь не по­ка­зать своей обес­по­коен­ности, но тот на­ме­тан­ным гла­зом про­фес­сио­на­ла тот­час оп­ре­де­лил, что прои­зош­ло неч­то неп­ред­ви­ден­ное. - Это очень кста­ти, что ты имен­но се­год­ня ока­зал­ся здесь, - с де­лан­ным воо­ду­шев­ле­нием до­ба­вил он, с тре­во­гой вгля­ды­ваясь в блед­ное ли­цо быв­ше­го ох­ран­ни­ка.

- Я чувст­во­вал, что ну­жен здесь, поэ­то­му так и то­ро­пил­ся с приез­дом, - улыб­нул­ся в от­вет Алек­сан. - И пе­рестань разг­ля­ды­вать ме­ня, как де­вуш­ку. Я в по­ряд­ке.

- Ну ес­ли ты так уве­рен в се­бе, тог­да присту­пим к де­лу. Пой­дем по­го­во­рим в ка­би­не­те.

Раз­го­вор длил­ся око­ло двух ча­сов.

- Зна­чит, ты по­ла­гаешь, что Кристи­ну дер­жат там же, где и Ар­ту­ра? - спро­сил Алек­сан, ког­да Гор расс­ка­зал обо всем.

- На­вер­ня­ка. Дер­жать их в раз­ных местах нет смыс­ла, - уве­рен­но от­ве­тил Гор. - Кристи­на для Ки­ра­ко­ся­на ско­рее фак­тор пси­хо­ло­ги­чес­ко­го дав­ле­ния на ме­ня, не­же­ли источ­ник нуж­ной ему ин­фор­ма­ции.

- Впол­не воз­мож­но, - сог­ла­сил­ся Алек­сан. - А вы наш­ли тот пром­комп­лекс, о ко­то­ром я го­во­рил?

- Най­ти-то наш­ли, но по­доб­рать­ся к не­му ока­за­лось слож­но. Единст­вен­ная до­ро­га, ве­ду­щая к предп­рия­тию, хо­ро­шо прос­мат­ри­вает­ся свер­ху. Поэ­то­му нам так и не уда­лось выяс­нить, там ли плен­ни­ки и сколь­ко че­ло­век их ох­ра­няет. Но то, что Ки­ра­ко­сян за­частил ту­да, кос­вен­но подт­верж­дает твою до­гад­ку.

- Да, без це­ли Ки­ра­ко­сян вряд ли стал бы наез­жать ту­да. Он не из тех, кто впустую тра­тит вре­мя. Зна­чит, плен­ни­ков он дейст­ви­тель­но пря­чет там. Что ка­сает­ся ох­ран­ни­ков, не ду­маю, что их мно­го. Об этом комп­лек­се, как я уже го­во­рил, ма­ло кто знает. И будь я “жив”, у хо­зяи­на, мо­жет, и воз­ник­ли бы на этот счет не­ко­то­рые опа­се­ния. А так - че­го ему боять­ся?

- И сколь­ко их, на твой взгляд?

- От си­лы че­ло­век шесть, не боль­ше. Это клас­си­чес­кий ва­риант ор­га­ни­за­ции ох­ра­ны, ког­да не ждешь сюрп­ри­зов. Двое у во­рот, двое с плен­ни­ка­ми и столь­ко же на тер­ри­то­рии. Воо­ру­же­ны, ско­рее все­го, писто­ле­та­ми, но мо­гут иметь при се­бе и па­ру ав­то­ма­тов.

- Сколь­ко по­на­до­бит­ся лю­дей, что­бы зах­ва­тить объект и ос­во­бо­дить плен­ни­ков? Двад­цать хва­тит? - Гор оза­бо­чен­но пос­мот­рел на Алек­са­на. Он по­ни­мал, что лю­бая по­пыт­ка си­лой про­ник­нуть на ох­ра­няе­мую тер­ри­то­рию чревата воз­мож­ны­ми жерт­ва­ми, при­чем с обеих сто­рон.

- За­чем же столь­ко? - улыб­нул­ся Алек­сан. - Впол­не хва­тит и трех обу­чен­ных ре­бят. Най­дут­ся у те­бя та­кие?

- Ко­неч­но. А те­перь расс­ка­жи, что ты за­ду­мал.

- Кро­ме ре­бят мне по­на­до­бят­ся еще два чер­ных ав­то­мо­би­ля с ки­ра­ко­ся­новс­ки­ми но­ме­ра­ми: “мер­се­дес” и вне­до­рож­ник. За­пи­ши но­ме­ра. - По­ду­мав се­кун­ду, он про­дик­то­вал их по па­мя­ти. - Идея яс­на? - спро­сил он Го­ра. - Осталь­ное объяс­ню ре­бя­там по хо­ду опе­ра­ции.

Спустя па­ру ча­сов Го­ру до­ло­жи­ли, что к опе­ра­ции все го­то­во. Состав по­доб­ран. Ма­ши­ны по­дог­на­ны. Но­ме­ра из­го­тов­ле­ны.

Ров­но в де­сять ве­че­ра груп­па выд­ви­ну­лась в сто­ро­ну Аш­та­ра­ка. В го­лов­ной ма­ши­не си­де­ли Гор, Алек­сан и Вреж, в “джи­пе” - еще чет­ве­ро ре­бят.

 

 

95

 

Ка­ме­нистая до­ро­га, ве­ду­щая к за­во­ду, ви­лась меж­ду по­лу­го­лых скал, у под­но­жия ко­то­рых куч­ко­ва­лись строй­ные мо­ло­дые ели. Еха­ли мол­ча. Вреж был за­нят ма­ши­ной, Гор ду­мал о чем-то, и толь­ко Алек­сан вни­ма­тель­но всмат­ри­вал­ся в тем­ную до­ро­гу, ос­ве­щае­мую фа­ра­ми ав­то­мо­би­ля. Еще па­ра по­во­ро­тов, и они бу­дут на месте.

Мельк­нув­ший из­да­ли ого­нек при приб­ли­же­нии ока­зал­ся све­том от фо­на­ря, уста­нов­лен­ного над во­ро­та­ми про­ход­ной. За ни­ми бы­ла пол­ная те­мень.

 

Ар­ту­ру всё вре­мя ка­за­лось, что стоит ему зас­нуть по-настоя­ще­му и прос­нуть­ся, как весь кош­мар пос­лед­них дней ока­жет­ся его собст­вен­ной вы­дум­кой и ра­ссеет­ся как дым. Но вре­мя шло, а цепь, к ко­то­рой он был на­деж­но при­ко­ван уже не­де­лю, не ис­че­за­ла и из­би­тое те­ло болело при каж­дом дви­же­нии. Реаль­ность проис­хо­дя­ще­го окон­ча­тель­но подт­вер­ди­лась появ­ле­нием Кристи­ны.

Обыч­но на ночь плен­ни­ков раз­во­ди­ли по раз­ным “ка­ме­рам”. Ар­ту­ра отп­рав­ля­ли в хо­лод­ный под­вал, а Кристи­ну ку­да-то на­верх - по ее сло­вам, в ком­на­ту без окон и с го­лым мат­ра­сом на по­лу. Что ка­сает­ся сто­ро­жей, то их, как и го­во­рил Алек­сан, бы­ло шесте­ро, раз­де­лен­ных на па­ры. При­чем каж­дая па­ра от­ве­ча­ла толь­ко за свой участок.

Вре­мя не­за­мет­но бли­зи­лось к по­лу­но­чи, ког­да де­жу­рив­ший у про­ход­ной ох­ран­ник, уви­дев зна­ко­мые ма­ши­ны, из­вестил о не­ожи­дан­ном приез­де хо­зяи­на всех осталь­ных, и, вклю­чив ос­ве­ще­ние, бро­сил­ся от­во­рять во­ро­та. “Стран­но, с че­го это вдруг? - про­мельк­ну­ло у не­го в уме. - Так позд­но хо­зяин еще ни­ког­да не на­ве­щал плен­ни­ка”.

Про­пустив обе ма­ши­ны на тер­ри­то­рию, он быст­ро зак­рыл во­ро­та и под­бе­жал к пра­вой зад­ней две­ри “мер­се­де­са”, где обыч­но си­дел Ки­ра­ко­сян. Ус­луж­ли­во рас­пах­нул ее, и… в лоб ему упер­лось ду­ло писто­ле­та, а из са­ло­на вместо хо­зяи­на вы­шел тра­ги­чес­ки по­гиб­ший не­дав­но в ав­то­ка­таст­ро­фе быв­ший его на­чаль­ник Алек­сан Ада­мян. Его появ­ле­ние ста­ло для пар­ня го­раз­до боль­шим шо­ком, не­же­ли нап­рав­лен­ный на не­го писто­лет.

- Вы же… вы же по… по… - ис­пу­ган­но ле­пе­тал он, не в си­лах за­кон­чить фра­зы.

- Спо­кой­но, Ов­сеп, это дейст­ви­тель­но я, Ада­мян, - твер­дым го­ло­сом ус­по­коил Алек­сан пар­ня, а выс­ко­чив­ший из дру­гой две­ри Вреж ми­гом обе­зо­ру­жил де­мо­ра­ли­зо­ван­но­го ох­ран­ни­ка, на­дел ему на­руч­ни­ки и зак­леил пласты­рем рот.

- Ты ус­пел пре­дуп­ре­дить осталь­ных?

Ох­ран­ник пос­луш­но кив­нул, с тре­во­гой ози­раясь на поя­вив­ших­ся из “джи­па” воо­ру­жен­ных лю­дей.

- Ов­сеп, обе­щаю, с то­бой и со все­ми осталь­ны­ми ни­че­го не бу­дет, ес­ли вы по­мо­же­те нам. По­верь, Ки­ра­ко­сян не тот че­ло­век, из-за ко­то­ро­го стоит рис­ко­вать го­ло­вой. Я те­бе по­том всё объяс­ню. Хо­ро­шо?

Ох­ран­ник сог­лас­но кив­нул, и Алек­сан рез­ким дви­же­нием отод­рал пластырь со рта пар­ня.

- Где на­хо­дят­ся осталь­ные?

- Двое сто­ро­жат плен­ни­ков. Осталь­ные на тер­ри­то­рии, но сей­час долж­ны по­дой­ти.

- А где де­вуш­ка? - Го­лос при­над­ле­жал мо­ло­до­му че­ло­ве­ку, ко­то­рый вы­шел из ма­ши­ны пос­лед­ним.

- Она на­вер­ху, а муж­чи­на в под­ва­ле.

Уви­дев приб­ли­жаю­щих­ся к ма­ши­нам ох­ран­ни­ков, Алек­сан сде­лал своим знак быть на­го­то­ве, но те, с хо­ду осоз­нав си­туа­цию, сда­лись. Их то­же обе­зо­ру­жи­ли и за­пер­ли в сто­рож­ке. Оста­ви­ли толь­ко Ов­се­па - что­бы он по­ка­зал до­ро­гу к плен­ни­кам.

- К ко­му пой­дем? - спро­сил Го­ра Алек­сан.

- Не важ­но, к то­му, кто бли­же.

До­ро­га в под­вал за­ня­ла ми­ну­ту. Вместе с Го­ром и Алек­са­ном третьим с ни­ми спус­кал­ся Вреж. Осталь­ные оста­лись у ма­шин. То, что ох­ра­на на­зы­ва­ла под­ва­лом, на де­ле ока­за­лось ог­ром­ной складс­кой тер­ри­то­рией, рас­по­ло­жен­ной по все­му пе­ри­мет­ру зда­ния, с ог­ром­ным ко­ли­чест­вом под­соб­ных по­ме­ще­ний, в ко­то­рых най­ти место, где дер­жа­ли Ар­ту­ра, бы­ло да­ле­ко не просто. Вся эта пло­щадь бы­ла ос­ве­ще­на и хо­ро­шо прос­мат­ри­ва­лась. Ох­ра­нял плен­ни­ка все тот же нес­го­вор­чи­вый сто­рож, с ко­то­рым у Ар­ту­ра из­на­чаль­но не сло­жи­лись от­но­ше­ния. Уви­дев нез­на­ко­мых лю­дей и по­чувствовав не­лад­ное, он, не­дол­го ду­мая, вски­нул свой ав­то­мат и, спря­тав­шись в даль­нем уг­лу, при­го­то­вил­ся стре­лять.

- Не ду­ри, Грач, опусти ору­жие и вы­хо­ди, - по­пы­тал­ся уре­зо­нить то­ва­ри­ща Ов­сеп. - Ник­то из на­ших не пост­ра­дал, и с то­бой ни­че­го не бу­дет.

В от­вет раз­дал­ся мат, и над го­ло­ва­ми при­сутст­вую­щих про­нес­лась ли­хая ав­то­мат­ная оче­редь. Гор гла­за­ми по­ка­зал Алек­са­ну, что поста­рает­ся по­доб­рать­ся к ох­ран­ни­ку сле­ва, по­ка они с Вре­жем бу­дут отв­ле­кать его вни­ма­ние. Ед­ва Гор полз­ком доб­рал­ся до ко­лон­ны, воз­ле ко­то­рой бы­ли ак­ку­рат­но сло­же­ны меш­ки с пес­ком, как над ним прос­висте­ли пу­ли. Пер­вые ми­ну­ты про­ти­востоя­ния за­кон­чи­лись ни­чем. Ох­ран­ник, имев­ший бо­лее вы­год­ную по­зи­цию и хо­ро­шо знав­ший тер­ри­то­рию скла­да, не поз­во­лял на­па­дав­шим по­доб­рать­ся к не­му. Он про­дол­жал гром­ко ру­гать­ся и от­чаян­но отст­ре­ли­вал­ся.

Вос­поль­зо­вав­шись отв­ле­каю­щи­ми ма­нев­ра­ми Алек­са­на и Вре­жа, Гор не­за­мет­но прод­ви­гал­ся в нап­рав­ле­нии ох­ран­ни­ка и, ког­да тот в оче­ред­ной раз оп­ро­мет­чи­во вы­су­нул­ся из свое­го ук­ры­тия, прост­ре­лил ему но­гу. Ох­ран­ник, бро­сив ав­то­мат, за­кор­чил­ся от бо­ли на бе­тон­ном по­лу. Он хо­тел до­тя­нуть­ся до ору­жия, но под­ско­чив­ший Алек­сан уда­рил его по шее ру­коят­кой писто­ле­та, а по­дос­пев­ший Гор за­щелк­нул на нем на­руч­ни­ки.

Оста­вив с ра­не­ным Вре­жа, Гор с Алек­са­ном бро­си­лись к даль­ней две­ри, от­ку­да до­но­сил­ся глу­хой стук и крик. Зам­ка на две­ри не бы­ло - толь­ко за­сов. Отк­рыв ее, они уви­де­ли в тем­ном по­ме­ще­нии пристег­ну­то­го цепью к кро­ва­ти Ар­ту­ра, ко­то­рый жму­рил­ся от нап­рав­лен­но­го на не­го лу­ча фо­на­ря и улы­бал­ся.

- Вреж, пос­мот­ри в кар­ма­нах у ох­ран­ни­ка клю­чи! - крик­нул в отк­ры­тую дверь Гор.

Друзья ос­во­бо­ди­ли плен­ни­ка и на­ко­нец об­ня­лись. Воп­ро­си­тель­но гля­нув на Го­ра, Ар­тур мол­ча по­жал ру­ку Алек­са­ну, и все нап­ра­ви­лись к ра­не­но­му ох­ран­ни­ку.

- Сквоз­ная. Те­бе по­вез­ло. Го­во­рил же, остав­лю без ног… - за­ме­тил Ар­тур, ос­мот­рев его ра­ну.

- Ну а те­перь на­верх! - ско­ман­до­вал Гор, пря­ча в кар­ман писто­лет. Но на лест­ни­це они столк­ну­лись со вто­рым ох­ран­ни­ком. Встре­во­жен­ный выст­ре­ла­ми, тот пос­пеш­но спус­кал­ся вниз и по­пал пря­мо в ру­ки Го­ра и его дру­зей. Путь на­верх был сво­бо­ден. Даль­ше Гор под­ни­мал­ся уже один. Осталь­ные выш­ли во двор.

Нуж­ную дверь он оп­ре­де­лил сра­зу, так как око­ло нее стоял по­лу­раз­ва­лив­ший­ся ста­рый ди­ван, на ко­то­ром, ви­ди­мо, обыч­но спал ох­ран­ник. Зам­ка на две­ри не бы­ло и здесь. Гор быст­ро от­крыл ее и, пе­ресту­пив по­рог, оста­но­вил­ся. На по­лу, свер­нув­шись в клу­бок и ук­рыв­шись с го­ло­вой своим паль­то, спа­ла Кристи­на. Су­дя по все­му, паль­бу она не слы­ша­ла. Гор осто­рож­но под­нял ее на ру­ки и по­нес к вы­хо­ду. На этом опе­ра­ция по ос­во­бож­де­нию плен­ни­ков бла­го­по­луч­но за­вер­ши­лась.

Ра­не­но­му ох­ран­ни­ку ока­за­ли пер­вую по­мощь, пос­ле че­го вместе с осталь­ны­ми сто­ро­жа­ми за­пер­ли в од­ном из по­ме­ще­ний за­во­да, поо­бе­щав, что днем за ни­ми прие­дут и ос­во­бо­дят.

Сра­зу по возв­ра­ще­нии в го­род Гор, нес­мот­ря на ран­ний час - еще не бы­ло и пя­ти ут­ра, - поз­во­нил Ки­ра­ко­ся­ну.

- Слу­шаю, - раз­дал­ся в труб­ке не­до­воль­ный сон­ный го­лос оли­гар­ха.

- Слу­шать сле­до­ва­ло рань­ше, ког­да те­бя пре­дуп­реж­да­ли, - проз­ву­ча­ло рез­ко в от­вет. - А те­перь ты встал на тро­пу вой­ны, ко­то­рую сам же и выб­рал.

- Гор? - по­че­му-то не уди­вил­ся Ки­ра­ко­сян.

- Да, Гор. И мне не­за­чем боль­ше скры­вать свое имя. Я поз­во­нил, что­бы предъя­вить те­бе уль­ти­ма­тум.

- Ка­кой, ин­те­рес­но? - сар­кастич­но спро­сил оли­гарх.

- У те­бя три дня, что­бы по­ки­нуть стра­ну.

- На­деюсь, ты шу­тишь? - хо­хот­нул Ки­ра­ко­сян. - Уе­хать из стра­ны, где поч­ти всё при­над­ле­жит нам!

- А по­да­вить­ся не боишь­ся? Или не пе­ре­ва­рить?

- А че­го мне боять­ся? Да, я всю жизнь де­лал день­ги. Ког­да за­кон­но, ког­да нет. Но все это оста­лось в прош­лом. Те­перь я впол­не ле­галь­ный мил­лио­нер и к то­му же на­род­ный изб­ран­ник, для ко­то­ро­го день­ги се­год­ня не глав­ное.

- По­ни­маю, глав­ное - это за­ко­ны, ко­то­рые вы пи­ше­те? Толь­ко ко­му эти за­ко­ны нуж­ны, кро­ме вас?

- Как ко­му? - ци­нич­но ус­мех­нул­ся Ки­ра­ко­сян. - К при­ме­ру, те­бе - что­бы при необ­хо­ди­мости за­щи­тить­ся от вер­дик­та судьи. Мне - для га­ран­тии за­щи­ты на­жи­то­го. А функ­цио­не­рам - как доступ к дар­мо­вой кор­муш­ке. Единст­вен­но, ко­му они не нуж­ны - это на­шим граж­да­нам. Но кто их об этом спра­ши­вает! Что им де­лать и как им жить, оп­ре­де­ляем мы. Так что выб­рось из го­ло­вы, что я уе­ду из стра­ны.

- Тог­да бу­дешь су­дим по всей стро­гости за­ко­на. Ду­маю, до­ка­за­тельств для это­го хва­тит с лих­вой…

Ки­ра­ко­сян отш­выр­нул те­ле­фон, но по­том, спох­ва­тив­шись, под­нял его и наб­рал но­мер Пос­ред­ни­ка:

- Пе­ре­дай Бе­рет­те, пусть присту­пает, - рявк­нул он в труб­ку.

Но, как ока­за­лось, Бе­рет­та, ан­ну­ли­ро­вав конт­ракт на Го­ра, ука­тил об­рат­но в бе­ло­ка­мен­ную.

 

 

96

 

- Чи­тал? - Ми­на­сян су­нул в ру­ки Ки­ра­ко­ся­на оче­ред­ной но­мер еже­не­дель­ни­ка “ПроВ­ласть” и яз­ви­тель­но до­ба­вил: - Сов­сем го­ря­чий, толь­ко из ти­пог­ра­фии.

Прост­ран­ная ре­дак­цион­ная статья на всю по­ло­су бы­ла озаг­лав­ле­на: “КАК МЫ ВЫ­БИ­РА­ЛИ ПРЕ­ЗИ­ДЕН­ТА, И НЕ ТОЛЬ­КО ЕГО”.

- Да, се­год­няш­няя, - зло конста­ти­ро­вал Ки­ра­ко­сян, мель­ком гля­нув на да­ту вы­пус­ка.

- Ну и че­го мы до­би­лись? Об­ве­ли нас вок­руг паль­ца как со­сун­ков эти вши­вые пи­са­ки. Рас­пи­са­ли по-чер­но­му. - Ми­на­сян ском­кал га­зе­ту и швыр­нул ее на пол.

 

Эф­фект от но­вой пуб­ли­ка­ции прев­зо­шел все ожи­да­ния.

- Го­товь­тесь к са­моо­бо­ро­не, - мрач­но шу­ти­ли по это­му по­во­ду в ре­дак­ции. - Ес­ли в прош­лый раз к нам прис­ла­ли сле­до­ва­те­лей, то сей­час по­дош­лют спец­наз.

Но бой­цам от­ря­да спе­циаль­но­го наз­на­че­ния бы­ло сей­час не до ост­рых выступ­ле­ний га­зе­ты, хо­тя она и яви­лась де­то­на­то­ром раз­во­ра­чи­ваю­щих­ся со­бы­тий. Уже во вто­рой по­ло­ви­не дня им был дан при­каз в сроч­ном по­ряд­ке оце­пить тер­ри­то­рии, при­легающие к пре­зи­дентс­ко­му двор­цу, пар­ла­мен­ту, До­му пра­ви­тельст­ва, Из­бир­ко­му и Консти­ту­цион­но­му су­ду, воз­ле ко­то­рых с са­мо­го ут­ра стал со­би­рать­ся на­род. Лю­ди тре­бо­ва­ли от властей пря­мо­го от­ве­та на воп­рос: “Э­ТО ПРАВ­ДА?”.

Впер­вые соб­рать за столь ко­рот­кий про­ме­жу­ток вре­ме­ни та­кое ко­ли­чест­во лю­дей ста­ло воз­мож­но бла­го­да­ря сла­жен­ной ра­бо­те блогеров в со­циаль­ных се­тях. При этом ма­ло кто знал, что за этой кро­пот­ли­вой ра­бо­той стоя­ли жур­на­лист Ашот Пет­ро­сов и прог­рам­мист Ваагн.

Ки­ра­ко­сян ме­тал­ся в поис­ках вы­хо­да. Де­то­на­тор сра­бо­тал, про­цесс шел по на­растаю­щей, и реаль­но­го пу­ти спа­се­ния си­туа­ции он не ви­дел. Нез­до­ро­вый ажио­таж вок­руг его име­ни на­би­рал обо­ро­ты и мог за­кон­чить­ся чем угод­но. Жа­ру вслед за пуб­ли­ка­цией в га­зе­те до­ба­ви­ло и скан­даль­ное те­леин­тервью предста­ви­те­ля оп­по­зи­ции, в ко­то­ром тот пря­мо об­ви­нил Ки­ра­ко­ся­на в том, что под­ве­домст­вен­ные ему ком­па­нии, поль­зуясь своим мо­но­поль­ным пра­вом, под­мя­ли под се­бя весь строи­тель­ный биз­нес в стра­не. А это сот­ни ты­сяч дол­ла­ров, ко­то­рые берут­ся из бюд­же­та и финансируются меж­ду­на­род­ны­ми ор­га­ни­за­ция­ми-до­но­ра­ми. Сколь­ко средств из этой сум­мы пой­дет на реа­ли­за­цию проек­тов, а сколь­ко ося­дет в кар­ма­нах ки­ра­ко­ся­новс­ко­го кла­на, остает­ся га­дать, зак­лю­чил он.

 

 

97

 

Ки­ра­ко­сян нерв­ни­чал. Зво­нок о бе­зот­ла­га­тель­ной встре­че, ис­хо­див­ший от ру­ко­во­ди­те­ля пре­зи­дентс­кой ад­ми­нист­ра­ции, не пред­ве­щал ни­че­го хо­ро­ше­го. Олигарх прек­рас­но по­ни­мал, что за этим звон­ком стоит сам пре­зи­дент.

Они встре­ти­лись спустя час в ка­би­не­те гла­вы ап­па­ра­та, в двух ша­гах от апар­та­мен­тов са­мо­го пре­зи­ден­та.

- Нач­ну с то­го, что пре­зи­дент ве­лел пе­ре­дать те­бе, что не под­дер­жит сей­час твоих пред­ло­же­ний по эко­но­ми­чес­ким ре­фор­мам.

- По­че­му? - су­хо поин­те­ре­со­вал­ся оли­гарх.

- Он счи­тает даль­ней­шую мо­но­по­ли­за­цию рын­ка нес­коль­ки­ми ли­ца­ми в ны­неш­них ус­ло­виях край­не опас­ным и не­даль­но­вид­ным ша­гом. Это до­ве­дет про­тест­ные наст­рое­ния масс до кри­ти­чес­кой точ­ки и вы­ве­дет лю­дей на ули­цы. Поэ­то­му пре­зи­дент не мо­жет под­дер­жать те­бя в этом воп­ро­се, но го­тов одоб­рить лю­бые дру­гие дейст­вия, спо­соб­ные ус­по­коить об­щест­вен­ность и взять си­туа­цию под конт­роль. - В го­ло­се ру­ко­во­ди­те­ля ад­ми­нист­ра­ции Ки­ра­ко­сян по­чувствовал неп­рик­ры­тый сар­казм.

- Это бы­ло не мое лич­ное мне­ние, а кол­лек­тив­ное, ко­то­рое ис­хо­ди­ло от тех, кто по­мог ему сесть в это крес­ло. На­деюсь, он еще пом­нит об этом? - не сда­вал­ся оли­гарх.

- Воп­рос не ко мне. Спро­сишь его при встре­че сам, - улыб­нув­шись, зак­рыл те­му гла­ва ад­ми­нист­ра­ции.

- Хо­ро­шо, при­ни­мает­ся, - скре­пя серд­це сог­ла­сил­ся Ки­ра­ко­сян. - Что еще он конк­рет­но пред­ла­гает, что­бы раз­ря­дить обста­нов­ку?

- По­жерт­во­вать нес­коль­ки­ми чле­на­ми на­шей ко­ман­ды, наи­бо­лее уяз­ви­мы­ми с точ­ки зре­ния об­щест­вен­но­го мне­ния. Нап­ри­мер, Нал­бан­дя­ном. Су­дя по то­му, что о нем пи­шут, он в пол­ном дерь­ме. И ес­ли не се­год­ня, то завт­ра его всё рав­но при­дет­ся сдать. Так уж луч­ше мы опе­ре­дим со­бы­тия и за­не­сем это се­бе в ак­тив. Еще двух “кан­ди­да­тов” от­бе­ри­те са­ми.

- Это не­воз­мож­но. Нас не пой­мут, и ник­то с этим в ко­ман­де не сог­ла­сит­ся, - не на шут­ку встре­во­жил­ся оли­гарх.

- Дру­го­го вы­хо­да нет, - от­ре­зал со­бе­сед­ник. - Вы упусти­ли мо­мент и со­вер­ши­ли ряд серьез­ных оши­бок. Те­перь их сроч­но на­до исп­рав­лять, а не тор­го­вать­ся, по­ка не слу­чи­лось не­поп­ра­ви­мое.

- А ес­ли Нал­бан­дян и дру­гие не сог­ла­сят­ся на роль доб­ро­воль­ной жерт­вы?

- Твоя за­да­ча убе­дить их в том, что так на­зы­вае­мое “жерт­во­при­но­ше­ние” не что иное, как блеф. Их от­пустят сра­зу же, как толь­ко си­туа­ция в стра­не нем­но­го ут­ря­сет­ся.

- Ну, по­ло­жим, мы пой­дем на этот шаг, а даль­ше что?

- А даль­ше про­ве­дем простую ро­ки­ров­ку и за­ме­ним од­них на­ших лю­дей дру­ги­ми.

Из­бе­гая смот­реть в ли­цо свое­му со­бе­сед­ни­ку, Ки­ра­ко­сян кив­нул го­ло­вой и уста­ло произ­нес:

- Хо­ро­шо, мы об­су­дим все это и о своем ре­ше­нии до­ло­жим пре­зи­ден­ту.

- Толь­ко дейст­вуй­те по­расто­роп­ней. Я бы не со­ве­то­вал тя­нуть ре­зи­ну, - хо­лод­но за­ме­тил на про­ща­ние гла­ва ап­па­ра­та. - И пе­рестань мо­ро­чить нам го­ло­ву, буд­то всё у те­бя под конт­ро­лем… - Мо­жет быть, Ки­ра­ко­ся­ну и по­ка­за­лось, но в пос­лед­них сло­вах свое­го со­бе­сед­ни­ка он уло­вил уг­ро­жаю­щие нот­ки.

 

 

98

 

Из­вест­ный в стра­не биз­нес­мен, вхо­жий в выс­шие го­су­дарст­вен­ные кру­ги, ме­це­нат и вместе с тем “не чу­жак” в мест­ном преступ­ном ми­ре уве­рен­но шаг­нул под ар­ку ме­тал­лоис­ка­те­ля в за­ле вы­ле­тов аэ­ро­пор­та “Зварт­ноц”. Рань­ше эта обя­за­тель­ная для всех про­це­ду­ра его не ка­са­лась. Он неб­реж­но ки­вал стоя­ще­му у ду­ги сот­руд­ни­ку и, об­хо­дя ее, про­хо­дил даль­ше. Но сей­час бес­пре­пятст­вен­но прой­ти на по­сад­ку, как преж­де, ему не да­ли. А пе­ресту­пив ар­ку, он ус­лы­шал тре­вож­ный зум­мер.

- Будь­те доб­ры, вынь­те из кар­ма­нов все ме­тал­ли­чес­кие пред­ме­ты, -поп­ро­сил пас­са­жи­ра де­жур­ный та­мо­жен­ник. Ря­дом с ним у ап­па­ра­та на­хо­ди­лись еще нес­коль­ко че­ло­век в штатс­ком, ко­то­рые, не вме­ши­ваясь, со сто­ро­ны наб­лю­да­ли за проис­хо­дя­щим.

В от­вет Нал­бан­дян, а это был он, мол­ча бро­сил на сто­лик вна­ча­ле связ­ку клю­чей, за­тем снял с ру­ки усы­пан­ные брил­лиан­та­ми ча­сы и перстень, достал из кар­ма­на зо­ло­тую за­жи­гал­ку и, под ко­нец, пла­ти­но­вый мо­биль­ник “Вер­ту”. По­том сно­ва шаг­нул под ар­ку. Зум­мер пов­то­рил­ся.

По­раз­мыс­лив, Нал­бан­дян при­со­во­ку­пил к соб­ран­ной ку­че брас­лет, ав­то­руч­ку и да­же свой ко­жа­ный бу­маж­ник. Но ап­па­рат про­дол­жал сиг­на­лить.

- Мо­жет, с ма­ши­ной что? - не при­вык­ший к та­ко­го ро­да про­во­лоч­кам, спро­сил он сер­ди­то. - Я опаз­ды­ваю.

- Нет, с ней всё нор­маль­но. Не бес­по­кой­тесь, на рейс не опоз­дае­те, ес­ли вспом­ни­те, что еще за­бы­ли.

- Да ни­че­го я не за­был! Вы еще раз­день­те ме­ня и на рент­ген пош­ли­те, что­бы убе­дить­ся! - расс­ви­ре­пел оли­гарх. - Пом­нит­ся, рань­ше вы бы­ли не столь ще­пе­тиль­ны! Что из­ме­ни­лось?

- Ни­че­го, гос­по­дин Нал­бан­дян. Эта на­ша ра­бо­та, ни­че­го лич­но­го.

Та­мо­жен­ник де­лал вид, буд­то пы­тает­ся опе­ра­тив­но раз­ре­шить воз­ник­шую проб­ле­му. Хо­тя на са­мом де­ле всё де­лал как раз на­обо­рот. С час на­зад ему зво­ни­ли из Служ­бы на­цио­наль­ной бе­зо­пас­ности и нед­вус­мыс­лен­но да­ли по­нять, что граж­да­ни­на Нал­бан­дя­на, вы­ле­таю­ще­го в Па­риж, сле­дует “отв­лечь” до приез­да в аэро­порт спе­циаль­ной оперг­руп­пы, а в слу­чае ее неп­ред­ви­ден­но­го опоз­да­ния за­дер­жать его собст­вен­ны­ми си­ла­ми. С этой целью и стоя­ли ря­дом с ап­па­ра­том те са­мые лю­ди в штатс­ком.

Нал­бан­дян всё еще про­дол­жал рыть­ся в кар­ма­нах, ког­да в за­ле на­ко­нец поя­ви­лись опе­ра­тив­ни­ки и, быст­ро по­дой­дя к не­му, от­че­ка­ни­ли:

- Граж­да­нин Нал­бан­дян?

Тот сра­зу по­нял, что это приш­ли за ним.

- Мы из Служ­бы на­цио­наль­ной бе­зо­пас­ности. Вы за­дер­жа­ны по по­доз­ре­нию в убийст­ве Ме­ли­ка Ме­ли­кя­на.

 

 

99

 

Гром­кая че­ре­да арестов, отста­вок и убийств, как эпи­де­мия про­нес­шая­ся по стра­не с по­не­дель­ни­ка по чет­верг, выз­ва­ла у лю­дей да­ле­ко не од­ноз­нач­ную реак­цию: от шо­ка до ли­ко­ва­ния. Все на­ча­лось с ог­лас­ки в се­тях кор­руп­цион­но­го скан­да­ла, ко­то­рый раз­ра­зил­ся в пен­сион­ном фон­де, чьи ру­ко­во­ди­те­ли бы­ли ули­че­ны в мо­шен­ни­чес­ком сго­во­ре и мно­го­мил­лион­ных хи­ще­ниях. Не ус­пе­ли еще вы­сох­нуть чер­ни­ла на ор­де­рах, вы­дан­ных су­дом на их арест, и стих­нуть улич­ные страсти, как но­вый, бо­лее ощу­ти­мый удар был на­не­сен по од­но­пар­тий­цам Ки­ра­ко­ся­на из двух дру­гих го­су­дарст­вен­ных ве­домств - мин­куль­та и минст­роя, по су­щест­ву ра­зом обезг­лав­лен­ных в пол­ном соста­ве. И здесь, как ока­за­лось, от­ра­бо­тан­ная схе­ма хи­ще­ний но­си­ла систем­ный ха­рак­тер и без­от­каз­но функ­цио­ни­ро­ва­ла дол­гие го­ды. А уже на сле­дую­щий день в объек­ти­вы те­ле­ка­мер по­па­ли от­нюдь не ря­до­вые слу­жи­те­ли оте­чест­вен­ной фе­ми­ды, ули­чен­ные в фак­тах по­лу­че­ния взя­ток. Це­поч­ка эта про­тя­ну­лась до са­мо­го пред­се­да­те­ля Ап­ел­ля­цион­но­го су­да. Во всех пе­ре­чис­лен­ных слу­чаях по­во­дом для при­ня­тия по­доб­ных не­ти­пич­ных для стра­ны мер ста­ли бесс­роч­ные ми­тин­ги, пи­ке­ты и жест­кие выступ­ле­ния чле­нов на­би­рав­ше­го си­лу мо­ло­деж­но­го дви­же­ния “Хва­тит!” и ее но­во­го ли­де­ра Грай­ра Баях­чя­на.

Что до убийств, то пер­вой жерт­вой “чер­ной не­де­ли”, как ее наз­ва­ли жур­на­листы, стал экс-пред­се­да­тель Ко­ми­те­та по та­мо­жен­ным до­хо­дам Ка­ро Са­ноян. Взрыв­ное уст­ройст­во сра­бо­та­ло в тот мо­мент, ког­да он отк­ры­вал двер­цу ав­то­мо­би­ля, что­бы отп­ра­вить­ся на соз­ван­ную им пресс-кон­фе­рен­цию, на которой он на­ме­ревался оз­ву­чить об­ви­не­ния в ад­рес дейст­вую­щей власти. Быв­ший глав­ный та­мо­жен­ник по­гиб на месте. Весть о вто­ром убийст­ве приш­ла в сто­ли­цу спустя три ча­са из Ши­ра­ка. Там при вы­хо­де с клад­би­ща пос­ле пог­ре­баль­ной це­ре­мо­нии был заст­ре­лен де­пу­тат пар­ла­мен­та от оп­по­зи­ции. Ору­дие убийст­ва - снай­пер­скую вин­тов­ку - наш­ли, но кил­ле­ру уда­лось скрыть­ся. На­ко­нец, третьей жерт­вой не­де­ли стал круп­ный ар­мянс­кий предп­ри­ни­ма­тель из Рос­сии, из­вест­ный свои­ми кри­ми­наль­ны­ми свя­зя­ми. По­ку­ше­ние прои­зош­ло глу­бо­кой ночью на трас­се, ве­ду­щей в Ере­ван. Его ма­ши­ну бук­валь­но из­ре­ше­ти­ли на по­во­ро­те ав­то­мат­ной оче­редью. Биз­нес­мен с тя­же­лы­ми ра­не­ния­ми был достав­лен в боль­ни­цу, но жизнь его ви­се­ла на во­лос­ке. Стре­ляв­ших, как и в пре­ды­ду­щем слу­чае, по­ли­ция так и не наш­ла. Но мол­ва сра­зу при­пи­са­ла это по­ку­ше­ние пос­ледст­виям борь­бы за пе­ре­дел сфер влия­ния меж­ду из­вест­ны­ми за­кон­ни­ка­ми Опе­лем и Хос­ро­вом Шах­на­за­ря­ном, по клич­ке Шах. Сло­вом, нап­ря­же­ние в об­щест­ве рос­ло и си­туа­ция с каж­дым ча­сом всё боль­ше вы­хо­ди­ла из-под конт­ро­ля. Лю­ди вы­хо­ди­ли на ули­цы, тре­буя отстав­ки тех, кто был ви­но­вен в этом бесп­ре­де­ле и неук­лон­но ве­л стра­ну к про­пасти.

В пят­ни­цу ве­че­ром, что­бы раз­ря­дить обста­нов­ку и ус­по­коить на­род, со спе­циаль­ным экст­рен­ным заяв­ле­нием по го­су­дарст­вен­но­му те­ле­ви­де­нию высту­пил сек­ре­тарь Со­ве­та на­цио­наль­ной бе­зо­пас­ности, один из тех нем­но­гих деятелей, кто еще не по­те­рял во­ту­ма до­ве­рия на­ро­да. Он приз­вал сог­раж­дан к спо­койст­вию и еди­не­нию в это не­лег­кое для стра­ны вре­мя и зая­вил, что се­год­ня в отстав­ку отп­рав­ле­но пра­ви­тельст­во, а Сов­без при­нял ре­ше­ние про­сить пре­зи­ден­та о рос­пус­ке пар­ла­мен­та и про­ве­де­нии но­вых, дос­роч­ных вы­бо­ров. Пос­ле фор­ми­ро­ва­ния На­цио­наль­но­го соб­ра­ния, го­во­рил он, по­даст в отстав­ку и сам гла­ва го­су­дарст­ва - как че­ло­век, не су­мев­ший обес­пе­чить консти­ту­цион­ные пра­ва своих граж­дан. На­род встре­тил это сооб­ще­ние с ли­ко­ва­нием. В стра­не на­чи­нал­ся но­вый отс­чет вре­ме­ни.

 

- Ар­ман, я еще с ут­ра про­сил те­бя сроч­но най­ти мне Ми­на­ся­на, - стро­го на­пом­нил Ки­ра­ко­сян свое­му по­мощ­ни­ку, отор­вав­шись от эк­ра­на те­ле­ви­зо­ра сра­зу пос­ле заяв­ле­ния сек­ре­та­ря Сов­бе­за.

- Это не­воз­мож­но, Сам­вел Вар­та­но­вич. Все его кон­такт­ные те­ле­фо­ны не­доступ­ны…

Ки­ра­ко­сян про­мол­чал. Он, ко­неч­но, до­га­ды­вал­ся, в чем при­чи­на не­доступ­ности дру­га. С час на­зад ему сооб­щи­ли, что в аэ­ро­пор­ту был за­дер­жан Авет Нал­бан­дян. О Ми­на­ся­не та­ких све­де­ний не посту­па­ло. Зна­чит, он ус­пел бла­го­по­луч­но выб­рать­ся из стра­ны. Улиз­нул, как толь­ко за­пах­ло гро­зой. Что ж, это впол­не в его сти­ле. Но мог хо­тя бы поз­во­нить, поп­ро­щать­ся…

- Сам­вел Вар­та­но­вич, - нео­жи­дан­но прер­вал его мыс­ли Ар­ман. - По ра­дио пе­ре­дают еще од­ну сроч­ную но­вость…

“По не подт­верж­ден­ной по­ка ин­фор­ма­ции, с час на­зад у свое­го до­ма в ра­йо­не Са­ри-Та­ха был заст­ре­лен в упор из­вест­ный кри­ми­наль­ный ав­то­ри­тет Хос­ров Шах­на­за­рян, гла­ва мест­но­го преступ­но­го сооб­щест­ва. Убий­це уда­лось скрыть­ся. Пов­то­ряем, ин­фор­ма­ция посту­пи­ла по нео­фи­циаль­ным ка­на­лам и тре­бует подт­верж­де­ния”.

“Бед­ный Шах. Мог ли он пред­по­ла­гать, ка­кой ко­нец ему уго­то­ван! А ведь меч­тал о де­пу­татст­ве… - Оли­гарх горь­ко ус­мех­нул­ся и вык­лю­чил ра­дио. По­том наг­нул­ся и неж­но пот­ре­пал Мар­ки­за. - Ты один остал­ся у ме­ня, мой единст­вен­ный и пре­дан­ный друг. По­ра со­би­рать­ся и нам…

Дог, ни на шаг не от­хо­див­ший от свое­го хо­зяи­на, в знак сог­ла­сия от­ве­тил гром­ким лаем.

 

 

100

 

Уже час как са­мо­лет Ки­ра­ко­ся­на на­хо­дил­ся в воз­ду­хе. Наб­рав нуж­ную вы­со­ту, он с каж­дой ми­ну­той всё боль­ше от­да­лял­ся от ро­зо­во­го го­ро­да. Ни­ко­го из посто­рон­них на его бор­ту, как обыч­но, не бы­ло. В глу­бо­ком крес­ле, ук­рыв­шись пле­дом, креп­ко спал оли­гарх. А ря­дом, на ков­ри­ке, - Мар­киз.

- Сам­вел Вар­та­но­вич, - бортп­ро­вод­ни­ца осто­рож­но дот­ро­ну­лась до его пле­ча, - вы про­си­ли раз­бу­дить, ког­да мы бу­дем пе­ре­се­кать го­су­дарст­вен­ную гра­ни­цу.

Хо­зяин вздрог­нул и приотк­рыл гла­за. Хму­ро ог­ля­дев­шись, он приль­нул к ил­лю­ми­на­то­ру лай­не­ра. Но за ок­ном ни­че­го не бы­ло вид­но - од­ни сплош­ные об­ла­ка. Где-то там вни­зу на­хо­ди­лась зем­ля, ко­то­рую он вы­нуж­ден­но по­ки­дал сей­час. Мо­жет, на вре­мя, а мо­жет, и нав­сег­да. По­ки­дал нем­но­го с грустью, но без со­жа­ле­ния.

Отор­вав­шись от ил­лю­ми­на­то­ра, Ки­ра­ко­сян тя­же­ло вздох­нул и ко­му-то пог­ро­зил ку­ла­ком.

- Еще не ве­чер… - про­шеп­тал он чуть слыш­но. За­тем, кив­нув бортп­ро­вод­ни­це, от­ки­нул­ся в крес­ле и сно­ва пог­ру­зил­ся в без­мя­теж­ный сон…

 

 

ЭПИ­ЛОГ

 

Ста­рое ка­фе на Кас­ка­де, не­по­да­ле­ку от по­лю­бив­ше­го­ся го­ро­жа­нам мо­ну­мен­таль­но­го чер­но­го “Ко­та” Фер­нан­до Бо­те­ро, тре­ща­ло от нап­лы­ва по­се­ти­те­лей, вы­ну­див ди­рек­цию в ав­раль­ном по­ряд­ке вы­нести на ули­цу спря­тан­ные на зи­му склад­ные сто­лы и стулья. Отов­сю­ду до­но­си­лись смех, му­зы­ка, пес­ни.

- Что, в ва­шем го­ро­де празд­ник? - уди­ви­лись от­ды­хаю­щие здесь же за чаш­кой ко­фе по­жи­лые итальянс­кие ту­ристы, ад­ре­суя свой воп­рос на ло­ма­ном анг­лийс­ком язы­ке мо­ло­дым лю­дям, си­дев­шим за со­сед­ним сто­ли­ком.

- Нет, синьо­ры. Просто ар­мя­не так тра­ди­цион­но от­ме­чают пер­вый день вес­ны, - на чистей­шем анг­лийс­ком от­ве­тил один из мо­ло­дых лю­дей и поп­ро­сил офи­циан­та ­под­нести гостям по бо­ка­лу ар­мянс­ко­го ви­на.

- О! Это здо­ро­во! - воск­лик­ну­ла, смеясь, ка­кая-то синьо­ра. - Так бы­ло рань­ше и у нас в Ми­ла­не. Но вы, ар­мя­не, своим не­удер­жи­мым ве­сельем прев­зош­ли да­же са­мих итальян­цев, - и под­ня­ла бо­кал за их здо­ровье.

Гор с Грай­ром - а это бы­ли они - поб­ла­го­да­ри­ли синьо­ру.

- А ведь и прав­да здо­ро­во. Хо­ро­шо, что ты вы­та­щил ме­ня сю­да, дав­но не по­лу­чал та­ко­го удо­вольст­вия, - ска­зал Грайр.

- По­ду­мал, отв­ле­ку те­бя нем­но­го пос­ле всех этих гран­диоз­ных со­бы­тий.

- Да уж, со­бы­тия и вправ­ду бы­ли гран­диоз­ные. Все­го за не­де­лю и пра­ви­тельст­во отп­ра­ви­ли в отстав­ку, и пар­ла­мент рас­пусти­ли. Сло­вом, ре­волю­цию бар­хат­ную уст­рои­ли.

- А что слыш­но о на­шем об­щем дру­ге?

- О бег­ле­це Ки­ра­ко­ся­не? По моим све­де­ниям, он в Бель­гии, чьим граж­да­ни­ном, ока­зы­вает­ся, яв­ляет­ся дав­но. Но вер­нуть его от­ту­да с его-то день­га­ми бу­дет прак­ти­чес­ки не­воз­мож­но.

- А как с Нал­бан­дя­ном?

- Аве­та Нал­бан­дя­на приш­лось от­пустить. Улик на не­го не бы­ло. Всю ви­ну за убийст­во са­дов­ни­ка взял на се­бя Хи­рург. Меж­ду про­чим, де­ло это пос­ле уволь­не­ния Ата­не­ся­на ве­дет пол­ков­ник Ка­за­рян. Кста­ти, он вместе с Ашо­том Пет­ро­со­вым и Вааг­ном ак­тив­но по­мо­гает мне в из­би­ра­тель­ной кам­па­нии. Ка­за­рян был у ме­ня вче­ра и спра­ши­вал о те­бе. Про­сил пе­ре­дать при­вет, а еще ска­зал, что до кон­ца ве­рил в те­бя.

- Хо­ро­шо, что об этом до­ве­рии в свое вре­мя не з­на­ли на зо­не, - ве­се­ло от­мах­нул­ся Гор.

- А как у те­бя на ра­бо­те?

- Нор­маль­но. Ар­тур при­хо­дит в се­бя у ма­те­ри в Сте­па­на­ва­не. Алек­сан вклю­чил­ся в ра­бо­ту с кад­ра­ми.

- Ну а сам-то?

- А я го­тов­люсь под ве­нец.

- И ког­да ж он насту­пит, сей свет­лый день?

- Кристи­на хо­чет в на­ча­ле ле­та, а я хо­чу дож­дать­ся кон­ца пар­ла­ментс­ких вы­бо­ров.

- Ты твер­до ре­шил не выстав­лять­ся, Гор?

- На все сто. В от­ли­чие от те­бя у ме­ня пол­ная не­сов­мести­мость с по­ли­ти­кой. А ты, я так по­ни­маю, ре­шил­ся?

- Просто не люб­лю оста­нав­ли­вать­ся на пол­пу­ти и сде­лаю все, что­бы за­вер­шить на­ча­тое.

- Строить ту го­су­дарст­вен­ность, о ко­то­рой ты расс­ка­зы­вал нам на той па­мят­ной сту­ден­чес­кой встре­че?

- Имен­но. Расс­лаб­лять­ся нель­зя - впе­ре­ди нас ждут но­вые ав­гие­вы ко­нюш­ни, так что ра­бо­ты бу­дет не­по­ча­тый край.

- Тог­да и ме­ня счи­тай в ко­ман­де…

?>